57 цитат Александры Кристо

Подборка из 57 цитат Александры Кристо: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ничто не может связать прочнее океана. Даже кровь.

   Ничто не может связать прочнее океана. Даже кровь.

   — Элиан Мидасский · книга
2. «

   Для выживания нельзя прогибаться под мир — надо прогнуть мир под себя.

   Для выживания нельзя прогибаться под мир — надо прогнуть мир под себя.

   — Элиан Мидасский · книга
3. «

   Пираты — лжецы по призванию, а королевские отпрыски — по крови.

   Пираты — лжецы по призванию, а королевские отпрыски — по крови.

   — Лира · книга
4. «

   Боль — это не всегда страдания.

   Боль — это не всегда страдания.

   — Лира · книга
5. «

   Некоторые люди пылают так ярко, что их пламя невозможно затушить.

   Некоторые люди пылают так ярко, что их пламя невозможно затушить.

   — Элиан Мидасский · книга
6. «

   Мне не положены эмоции, я должна внушать ужас, а не испытывать его.

   Мне не положены эмоции, я должна внушать ужас, а не испытывать его.

   — Лира · книга
7. «

   Так странно, я ведь хотела забрать сердце Элиана, а теперь надеюсь, что он заберет мое.

   Так странно, я ведь хотела забрать сердце Элиана, а теперь надеюсь, что он заберет мое.

   — Лира · книга
8. «

   Они приветствуют возможную смерть и радуются большой компании. Они безумны и прекрасны.

   Они приветствуют возможную смерть и радуются большой компании. Они безумны и прекрасны.

   — Элиан Мидасский · книга
9. «

   — Ты сегодня как никогда бессердечна. — Вот уж сердец у меня всегда в достатке. Семнадцать штук под кроватью.

   — Ты сегодня как никогда бессердечна. — Вот уж сердец у меня всегда в достатке. Семнадцать штук под кроватью.

   — Лира · книга
10. «

    Убить сирену не то же, что русалку. Их гниющими трупами пестрит морское дно, а скелеты обрастают кораллами, в то время как мы превращаемся в то, что нас породило. В океан, пену и соль в наших жилах. Мы уходим, не оставляя воспоминаний.

    Убить сирену не то же, что русалку. Их гниющими трупами пестрит морское дно, а скелеты обрастают кораллами, в то время как мы превращаемся в то, что нас породило. В океан, пену и соль в наших жилах. Мы уходим, не оставляя воспоминаний.

    — Лира · книга
11. «

    Мое чудовище нашло меня, и теперь мой черед ее искать.

    Мое чудовище нашло меня, и теперь мой черед ее искать.

    — Элиан Мидасский · книга
12. «

    Любовь — в океане нечасто встретишь это слово. Оно рождается лишь в моей песне да на устах убитых мною принцев.

    Любовь — в океане нечасто встретишь это слово. Оно рождается лишь в моей песне да на устах убитых мною принцев.

    — Лира · книга
13. «

    Люди открывают секреты не потому, что кому-то их нужно знать, а потому, что хотят с кем-нибудь поделиться.

    Люди открывают секреты не потому, что кому-то их нужно знать, а потому, что хотят с кем-нибудь поделиться.

    — Элиан Мидасский · книга
14. «

    — Для ясности, — говорит, равнодушно взбалтывая ром, — я не его дамочка. И прежде чем я успеваю перевести взгляд на Райкрофта, Лира наклоняется вперёд и выплескивает золотую жидкость ему прямо в глаза.

    — Для ясности, — говорит, равнодушно взбалтывая ром, — я не его дамочка. И прежде чем я успеваю перевести взгляд на Райкрофта, Лира наклоняется вперёд и выплескивает золотую жидкость ему прямо в глаза.

    — Лира · книга
15. «

    Ты провел в море так много времени, что забыл, каково быть самим собой.

    Ты провел в море так много времени, что забыл, каково быть самим собой.

    — Элиан Мидасский · книга
16. «

    Я уверена, что даже без своей силы все еще опасна. Может, у меня сейчас нет плавников и даже голоса, но я дочь своей матери. Я самое смертоносное существо на сотню королевств.

    Я уверена, что даже без своей силы все еще опасна. Может, у меня сейчас нет плавников и даже голоса, но я дочь своей матери. Я самое смертоносное существо на сотню королевств.

    — Лира · книга
17. «

    О красоте сирен ходят легенды, но в кетонках течет королевская кровь, а это дарует особое великолепие. Величие, выкованное соленой водой и царскими привилегиями. Ресницы наши сотканы из ледяной стружки айсбергов, губы окрашены кровью моряков. Даже странно, что для кражи сердец нам вообще нужна песня.

    О красоте сирен ходят легенды, но в кетонках течет королевская кровь, а это дарует особое великолепие. Величие, выкованное соленой водой и царскими привилегиями. Ресницы наши сотканы из ледяной стружки айсбергов, губы окрашены кровью моряков. Даже странно, что для кражи сердец нам вообще нужна песня.

    — Лира · книга
18. «

    Правда о том, кто я есть, стала кошмаром.

    Правда о том, кто я есть, стала кошмаром.

    — Лира · книга
19. «

    Мы не наивные юные наследники, из которых можно лепить что вздумается. Мы воины. Мы властители.

    Мы не наивные юные наследники, из которых можно лепить что вздумается. Мы воины. Мы властители.

    — Лира · книга
20. «

    Любовь и безумие — две звезды на одном небосклоне.

    Любовь и безумие — две звезды на одном небосклоне.

    — Кристиан · книга