303 цитат Александры Маринины, которые цепляют

Александра Маринина — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 303 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Николай Селуянов был влюблен и впервые за несколько лет чувствовал себя счастливым, а потому, как и многие влюбленные, хотел, чтобы всем было хорошо и все окружающие были тоже по возможности счастливы.

   Николай Селуянов был влюблен и впервые за несколько лет чувствовал себя счастливым, а потому, как и многие влюбленные, хотел, чтобы всем было хорошо и все окружающие были тоже по возможности счастливы.

   — Стилист · книга
2. «

   ... Всё бывает очень страшно и тяжело только в первый раз, потом душа обретает умение с этим как-то справляться.

   ... Всё бывает очень страшно и тяжело только в первый раз, потом душа обретает умение с этим как-то справляться.

   — Призрак музыки · книга
3. «

   Мне исполнился сорок один год. Ты понимаешь, Юрик? Сорок один! Я же пятый десяток разменяла. И что же я, как девчонка-малолетка, всех боюсь? Начальников боюсь, родителей боюсь, даже просто людей на улице боюсь, а вдруг меня кто-нибудь обидит, оскорбит, нахамит мне? Ну сколько же можно всех и всего бояться, а? Что я, рассыплюсь оттого, что на меня кто-то наорет? Да пусть орут, пусть ругаются, с меня даже волосок не упадет.

   Мне исполнился сорок один год. Ты понимаешь, Юрик? Сорок один! Я же пятый десяток разменяла. И что же я, как девчонка-малолетка, всех боюсь? Начальников боюсь, родителей боюсь, даже просто людей на улице боюсь, а вдруг меня кто-нибудь обидит, оскорбит, нахамит мне? Ну сколько же можно всех и всего бояться, а? Что я, рассыплюсь оттого, что на меня кто-то наорет? Да пусть орут, пусть ругаются, с меня даже волосок не упадет.

   — Анастасия Каменская · книга
4. «

   Нужно разговаривать с людьми. Нужно внимательно слушать все, что они говорят, не дежурно, а вникая в каждое слово, потому что невозможно угадать, в какой момент прозвучит то, что толкнет твою собственную мысль в нужном направлении.

   Нужно разговаривать с людьми. Нужно внимательно слушать все, что они говорят, не дежурно, а вникая в каждое слово, потому что невозможно угадать, в какой момент прозвучит то, что толкнет твою собственную мысль в нужном направлении.

   — Тьма после рассвета · книга
5. «

   — ... В служебной жизни мы либо собаки, либо кошки. Собака преданно любит своего хозяина, хочет заслужить его одобрение и радуется, когда ей это удается. Она выполняет команды даже тогда, когда ей этого совсем не хочется, потому что ее так выучили, выдрессировали, и она понимает, что, если не выполнит команду, хозяин будет недоволен. Собака — стайное животное, для нее жизненно необходимо одобрение вожака стаи, она так устроена. А кошки — животные не стайные, они делают только то, что считают нужным, и только тогда, когда хотят, и ни в каком одобрении со стороны хозяина не нуждаются, потому что не признают его первенства, его главенства. Именно поэтому кошки практически не поддаются дрессировке. — А Куклачев как же? У него ведь целый театр кошек. — Куклачев — мудрый человек, он не заставляет кошек делать то, чего они делать не хотят, он за ними длительное время наблюдает, высматривает, что им нравится делать, и использует и закрепляет только это. Каждый человек волен выбирать, кем ему быть в жизни, собакой или кошкой. Если он выбирает быть собакой, то ему, конечно, важно, чтобы о нем хорошо думали окружающие, чтобы начальство его любило, он стремится угодить главе стаи и получить от него поощрение. Я выбрал быть кошкой. То есть котом. И мне совершенно все равно, что обо мне думают окружающие, если сам я уверен, что делаю правильно и поступаю так, как велит моя душа.

   — ... В служебной жизни мы либо собаки, либо кошки. Собака преданно любит своего хозяина, хочет заслужить его одобрение и радуется, когда ей это удается. Она выполняет команды даже тогда, когда ей этого совсем не хочется, потому что ее так выучили, выдрессировали, и она понимает, что, если не выполнит команду, хозяин будет недоволен. Собака — стайное животное, для нее жизненно необходимо одобрение вожака стаи, она так устроена. А кошки — животные не стайные, они делают только то, что считают нужным, и только тогда, когда хотят, и ни в каком одобрении со стороны хозяина не нуждаются, потому что не признают его первенства, его главенства. Именно поэтому кошки практически не поддаются дрессировке. — А Куклачев как же? У него ведь целый театр кошек. — Куклачев — мудрый человек, он не заставляет кошек делать то, чего они делать не хотят, он за ними длительное время наблюдает, высматривает, что им нравится делать, и использует и закрепляет только это. Каждый человек волен выбирать, кем ему быть в жизни, собакой или кошкой. Если он выбирает быть собакой, то ему, конечно, важно, чтобы о нем хорошо думали окружающие, чтобы начальство его любило, он стремится угодить главе стаи и получить от него поощрение. Я выбрал быть кошкой. То есть котом. И мне совершенно все равно, что обо мне думают окружающие, если сам я уверен, что делаю правильно и поступаю так, как велит моя душа.

   — Анастасия Каменская · книга
6. «

   ... выиграть у слабого противника — невелика честь, а вот победить чемпиона — совсем другая песня.

   ... выиграть у слабого противника — невелика честь, а вот победить чемпиона — совсем другая песня.

   — Другая правда. Том 2 · книга
7. «

   Мне интересны люди, их мысли, чувства, переживания, побуждения и мотивы, которые толкают их на те или иные поступки, и не имеет значения, в чем эти поступки выражаются: в совершении ли преступления или в выборе пути поиска преступника.

   Мне интересны люди, их мысли, чувства, переживания, побуждения и мотивы, которые толкают их на те или иные поступки, и не имеет значения, в чем эти поступки выражаются: в совершении ли преступления или в выборе пути поиска преступника.
8. «

   Откуда в голове появляется убеждение, что взяться за что-то и не справиться — стыдно?

   Откуда в голове появляется убеждение, что взяться за что-то и не справиться — стыдно?

   — Другая правда. Том 1 · книга
9. «

   ...не существует женских и мужских профессий, а есть природные наклонности, способности и особенности характера, позволяющие успешно заниматься одними видами, деятельности и мешающие добиваться успеха в других сферах. Причем природа эти наклонности и способности раздает людям без учета их половой принадлежности.

   ...не существует женских и мужских профессий, а есть природные наклонности, способности и особенности характера, позволяющие успешно заниматься одними видами, деятельности и мешающие добиваться успеха в других сферах. Причем природа эти наклонности и способности раздает людям без учета их половой принадлежности.

   — Седьмая жертва · книга
10. «

    Мы все глупы и примитивны, даже самые умные и неординарные из нас.

    Мы все глупы и примитивны, даже самые умные и неординарные из нас.

    — Светлый лик смерти · книга
11. «

    У любимых профессий есть одно неприятное свойство: они, как правило, жестоки и всеми силами стараются отделаться от тех, кто слишком сильно их любит, слишком сильно к ним привязан. Любимая профессия не терпит кумирства и обычно жёстко мстит тем, кто сотворил из неё кумира.

    У любимых профессий есть одно неприятное свойство: они, как правило, жестоки и всеми силами стараются отделаться от тех, кто слишком сильно их любит, слишком сильно к ним привязан. Любимая профессия не терпит кумирства и обычно жёстко мстит тем, кто сотворил из неё кумира.

    — Тамара Головина · книга
12. «

    Может, не так уж и плохо быть сорокатрёхлетней? Нет молодой свежести и юного задора, маловато перспектив, зато есть мудрость и спокойствие.

    Может, не так уж и плохо быть сорокатрёхлетней? Нет молодой свежести и юного задора, маловато перспектив, зато есть мудрость и спокойствие.

    — Соавторы · книга
13. «

    Важны не слова, а стоящие за ними мотивы и побуждения.

    Важны не слова, а стоящие за ними мотивы и побуждения.

    — Не мешайте палачу · книга
14. «

    ... Бывает, что ты не можешь выбирать, что тебе делать, потому что есть только один вариант. Он тебе неприятен, ты этого не хочешь, но у тебя нет выбора. Тогда что остаётся? Выбрать мотивацию, по которой ты это делаешь. Ты никогда не окажешься загнанным в угол, потому что у тебя всегда останется возможность выбора если не самого действия, то мотивов, по которым ты это действие всё-таки совершаешь. И ты всегда свободен выбрать именно тот мотив, который сделает такое неприятное и трудное действие если не лёгким, то по крайней мере приемлемым...

    ... Бывает, что ты не можешь выбирать, что тебе делать, потому что есть только один вариант. Он тебе неприятен, ты этого не хочешь, но у тебя нет выбора. Тогда что остаётся? Выбрать мотивацию, по которой ты это делаешь. Ты никогда не окажешься загнанным в угол, потому что у тебя всегда останется возможность выбора если не самого действия, то мотивов, по которым ты это действие всё-таки совершаешь. И ты всегда свободен выбрать именно тот мотив, который сделает такое неприятное и трудное действие если не лёгким, то по крайней мере приемлемым...

    — Закон трёх отрицаний · книга
15. «

    Движение — самое главное. Стоять никак нельзя.

    Движение — самое главное. Стоять никак нельзя.

    — Другая правда. Том 1 · книга
16. «

    Прислуга — это не порода домашних животных и не разновидность бытовой техники, прислуга — это наименование должности, в которой я состою.

    Прислуга — это не порода домашних животных и не разновидность бытовой техники, прислуга — это наименование должности, в которой я состою.

    — Каждый за себя · книга
17. «

    Если человек что-то не понимает и ему что-то неинтересно, это не означает, что он тупой и ограниченный. Просто он другой. Он не такой, как ты. А кто сказал, что все обязаны быть такими, как ты сам? Кто сказал, что всем должно быть интересно то, что интересно тебе? Кто сказал, что твои интересы — самые интересные, и твои вкусы — самые правильные, и твое мнение — самое безошибочное? Кто, в конце концов, сказал, что ты — эталон, а все, кто этому эталону не соответствует, — глупцы с неразвитым вкусом? Никто этого не говорил, это ты сам придумал, потому что слишком любишь себя и считаешь себя самым лучшим, самым умным и самым правильным, а это, между прочим, есть не что иное, как гордыня — один из смертных грехов, причем самый тяжкий.

    Если человек что-то не понимает и ему что-то неинтересно, это не означает, что он тупой и ограниченный. Просто он другой. Он не такой, как ты. А кто сказал, что все обязаны быть такими, как ты сам? Кто сказал, что всем должно быть интересно то, что интересно тебе? Кто сказал, что твои интересы — самые интересные, и твои вкусы — самые правильные, и твое мнение — самое безошибочное? Кто, в конце концов, сказал, что ты — эталон, а все, кто этому эталону не соответствует, — глупцы с неразвитым вкусом? Никто этого не говорил, это ты сам придумал, потому что слишком любишь себя и считаешь себя самым лучшим, самым умным и самым правильным, а это, между прочим, есть не что иное, как гордыня — один из смертных грехов, причем самый тяжкий.

    — Андрей Филановский · книга
18. «

    Каждый год в России пропадает от пятнадцати до двадцати тысяч детей. Попробуйте только представить себе, что творится с родителями, у которых пропал ребенок, ребенок любого возраста. Поверьте мне, это намного, намного хуже, чем известие о смерти. И этим страданиям нет конца, пока не наступит какая-то ясность. А ведь нужно работать, зарабатывать, содержать себя и семью. Сколько неправильных решений примут такие родители? Сколько ошибок совершат? И кого вы станете винить в этих ошибках?

    Каждый год в России пропадает от пятнадцати до двадцати тысяч детей. Попробуйте только представить себе, что творится с родителями, у которых пропал ребенок, ребенок любого возраста. Поверьте мне, это намного, намного хуже, чем известие о смерти. И этим страданиям нет конца, пока не наступит какая-то ясность. А ведь нужно работать, зарабатывать, содержать себя и семью. Сколько неправильных решений примут такие родители? Сколько ошибок совершат? И кого вы станете винить в этих ошибках?

    — Отдалённые последствия. Том 2 · книга
19. «

    Я не умею сожалеть о том, что было и прошло. Я могу как-то относиться к прошлому, хорошо или плохо, но сожалеть — глупо. Сожаление — это неконструктивно, из чувства сожаления нельзя создать ничего полезного. К прошлому нужно относиться с благодарностью, потому что оно дало мне определённый опыт, из которого я извлекаю уроки и делаю выводы. Даже если опыт очень горький и тяжёлый, из него всё равно извлекаешь урок, становишься умнее, и за это ему огромное спасибо.

    Я не умею сожалеть о том, что было и прошло. Я могу как-то относиться к прошлому, хорошо или плохо, но сожалеть — глупо. Сожаление — это неконструктивно, из чувства сожаления нельзя создать ничего полезного. К прошлому нужно относиться с благодарностью, потому что оно дало мне определённый опыт, из которого я извлекаю уроки и делаю выводы. Даже если опыт очень горький и тяжёлый, из него всё равно извлекаешь урок, становишься умнее, и за это ему огромное спасибо.

    — Юля Пинчук · книга
20. «

    Даже если ты ангел во плоти, всё равно найдется тот, кого твоя непорочность раздражает. Зависть, ревность, обида-никто не может прожить жизнь, не возбудив хоть в ком-нибудь этих чувств.

    Даже если ты ангел во плоти, всё равно найдется тот, кого твоя непорочность раздражает. Зависть, ревность, обида-никто не может прожить жизнь, не возбудив хоть в ком-нибудь этих чувств.

    — Другая правда. Том 2 · книга