Алексей Пехов: 43 фразы, которые разошлись на цитаты

Ниже 43 цитаты Алексея Пехова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Мое отношение к смертным ничуть не хуже, чем их отношение друг к другу. Я даже убиваю их в меньших масштабах, чем они устраивают это сами для себя. И за все время существования Золотых Ос я не смог придумать ничего более жестокого, чем придумали люди — массовые убийства, резервации, концентрационные лагеря, геноцид, садистические опыты…

   Мое отношение к смертным ничуть не хуже, чем их отношение друг к другу. Я даже убиваю их в меньших масштабах, чем они устраивают это сами для себя. И за все время существования Золотых Ос я не смог придумать ничего более жестокого, чем придумали люди — массовые убийства, резервации, концентрационные лагеря, геноцид, садистические опыты…

   — Елена Бычкова · книга
2. «

   У меня слишком мало добрых поступков, чтобы я о них никому не рассказывал.

   У меня слишком мало добрых поступков, чтобы я о них никому не рассказывал.

   — Елена Бычкова · книга
3. «

   Жизнь назначает за все свои дары слишком высокие цены, и мы покупаем самую ничтожную из ее тайн за чудовищную и безмерную плату.

   Жизнь назначает за все свои дары слишком высокие цены, и мы покупаем самую ничтожную из ее тайн за чудовищную и безмерную плату.

   — Елена Бычкова · книга
4. «

   — Тебе дорога эта красотка? — невзначай поинтересовалась Бэсс. — Не знаю, — искренне ответил я. — Вы, мужчины, сплошное ходячее противоречие.... Никогда не знаете, чего хотите в женщинах. Отсюда в нашем мире столько проблем......... Никогда не могла понять, как можно не знать о собственных чувствах. Если любишь — люби, ненавидишь — ненавидь.

   — Тебе дорога эта красотка? — невзначай поинтересовалась Бэсс. — Не знаю, — искренне ответил я. — Вы, мужчины, сплошное ходячее противоречие.... Никогда не знаете, чего хотите в женщинах. Отсюда в нашем мире столько проблем......... Никогда не могла понять, как можно не знать о собственных чувствах. Если любишь — люби, ненавидишь — ненавидь.

   — Пересмешник · книга
5. «

   Говорят, если бы можно было заставить птицу думать над тем, как именно та летит, она бы никогда не смогла расправить крылья...

   Говорят, если бы можно было заставить птицу думать над тем, как именно та летит, она бы никогда не смогла расправить крылья...

   — Елена Бычкова · книга
6. «

   Хороших людей вообще не бывает. Как и плохих. Просто каждый всеми силами преследует свои цели и свои интересы. И если его интересы и поступки совпадают с твоими — он хороший. А если нет — то плохой.

   Хороших людей вообще не бывает. Как и плохих. Просто каждый всеми силами преследует свои цели и свои интересы. И если его интересы и поступки совпадают с твоими — он хороший. А если нет — то плохой.

   — Под знаком мантикоры · книга
7. «

   Удобства растут, а мир портится.

   Удобства растут, а мир портится.

   — Тиль эр' Картиа · книга
8. «

   — А если некроманты появятся вместе с ними? Например, с бетайласами. — Она отодвинула тарелку и уставилась на собеседника пронзительным, требовательным взглядом. — Тогда стреляй в голову, — неторопливо откладывая вилку с ножом, ответил Ричард. — Кому? — Лучше бетайласам. Кадаверциан могут обидеться.

   — А если некроманты появятся вместе с ними? Например, с бетайласами. — Она отодвинула тарелку и уставилась на собеседника пронзительным, требовательным взглядом. — Тогда стреляй в голову, — неторопливо откладывая вилку с ножом, ответил Ричард. — Кому? — Лучше бетайласам. Кадаверциан могут обидеться.

   — Елена Бычкова · книга
9. «

   Атмосфера тревоги растеклась по улицам, заползла в дома, а следом за ней, на мягких лапах, следовал пока ещё невидимый, но уже ощущаемый страх. Кроме этих двух вечных спутников был ещё кое-кто. Но столь призрачный, что я не готов был поручиться, что слышал шорох плаща и видел блеск луны на лезвии косы.

   Атмосфера тревоги растеклась по улицам, заползла в дома, а следом за ней, на мягких лапах, следовал пока ещё невидимый, но уже ощущаемый страх. Кроме этих двух вечных спутников был ещё кое-кто. Но столь призрачный, что я не готов был поручиться, что слышал шорох плаща и видел блеск луны на лезвии косы.

   — Людвиг ван Нормайенн · книга
10. «

    Люди не всегда жестоки и бездушны. Но зло всегда было для них привлекательно, потому что оно носит очень соблазнительную маску порочности и вседозволенности, которую многие понимают как свободу.

    Люди не всегда жестоки и бездушны. Но зло всегда было для них привлекательно, потому что оно носит очень соблазнительную маску порочности и вседозволенности, которую многие понимают как свободу.

    — Елена Бычкова · книга
11. «

    — Быть может, мой поступок оказался не слишком умным. Но вы даже представить себе не можете, насколько унизительно всю жизнь пресмыкаться перед всеми, культивируя в себе ощущение беспомощности. Я должна была отомстить! Колдун насмешливо поднял чёрные брови. Фэри ожидала очередного едкого замечания, но неожиданно он произнес с одобрением: — Лучше быть в ярости, чем в слезах.

    — Быть может, мой поступок оказался не слишком умным. Но вы даже представить себе не можете, насколько унизительно всю жизнь пресмыкаться перед всеми, культивируя в себе ощущение беспомощности. Я должна была отомстить! Колдун насмешливо поднял чёрные брови. Фэри ожидала очередного едкого замечания, но неожиданно он произнес с одобрением: — Лучше быть в ярости, чем в слезах.

    — Елена Бычкова · книга
12. «

    Чрезмерная страсть не приносит двум людям ни славы, ни удовлетворения, ни счастья. Ведь она не так многогранна, как любовь. Страсть нечто иное, местами более сильное, более дикое, примитивное и в то же время яркое. Порой она заставляет кипеть кровь и заводит почище, чем пузырьки розового шампанского жвилья. Беда лишь в том, что, когда это чувство у кого-то из двоих проходит, на коже остается лишь соль, песок да зола.

    Чрезмерная страсть не приносит двум людям ни славы, ни удовлетворения, ни счастья. Ведь она не так многогранна, как любовь. Страсть нечто иное, местами более сильное, более дикое, примитивное и в то же время яркое. Порой она заставляет кипеть кровь и заводит почище, чем пузырьки розового шампанского жвилья. Беда лишь в том, что, когда это чувство у кого-то из двоих проходит, на коже остается лишь соль, песок да зола.

    — Пересмешник · книга
13. «

    Мы всегда поспешны в своих решениях и слишком часто жалеем о них, пытаясь исправить то, что исправлять давно уже не следует.

    Мы всегда поспешны в своих решениях и слишком часто жалеем о них, пытаясь исправить то, что исправлять давно уже не следует.

    — Тиль эр' Картиа · книга
14. «

    — У тебя есть стратегический план дальнейших действий, мой мальчик? — Да. Называется импровизация.

    — У тебя есть стратегический план дальнейших действий, мой мальчик? — Да. Называется импровизация.

    — Пересмешник · книга
15. «

    Деньги рты не затыкают. Это прерогатива пуль.

    Деньги рты не затыкают. Это прерогатива пуль.

    — Наталья Турчанинова · книга
16. «

    Месть вообще в большинстве своём лишена смысла, если только ты не можешь найти более веских причин для того, что бы умереть.

    Месть вообще в большинстве своём лишена смысла, если только ты не можешь найти более веских причин для того, что бы умереть.

    — Людвиг ван Нормайенн · книга
17. «

    Пустота никогда не может заменить цели...

    Пустота никогда не может заменить цели...

    — Стэфан · книга
18. «

    Со временем всё забылось. Страсти, обида и ненависть погасли. От пламени костра остался лишь серый пепел. Во всяком случае, я хочу так думать.

    Со временем всё забылось. Страсти, обида и ненависть погасли. От пламени костра остался лишь серый пепел. Во всяком случае, я хочу так думать.

    — Тиль эр' Картиа · книга
19. «

    Эклектизм царит в умонастроениях. Люди забывают прошлое, отказываются от него без всякой жалости, без всякого ума и ждут прихода нового, золотого века. Эры открытий. Ждут триумфа науки, не видя, что становится только хуже. Воздух и вода грязнее, войны жестче, цены выше, жизнь хуже. Возьми тот же маленький народец — с началом эпохи прогресса они вымирают тысячами. Им тяжело приспособиться к таким быстрым изменениям мира. Как и многим другим, кстати говоря.

    Эклектизм царит в умонастроениях. Люди забывают прошлое, отказываются от него без всякой жалости, без всякого ума и ждут прихода нового, золотого века. Эры открытий. Ждут триумфа науки, не видя, что становится только хуже. Воздух и вода грязнее, войны жестче, цены выше, жизнь хуже. Возьми тот же маленький народец — с началом эпохи прогресса они вымирают тысячами. Им тяжело приспособиться к таким быстрым изменениям мира. Как и многим другим, кстати говоря.

    — Данте · книга
20. «

    Если долго-долго смотреть на небо, то за ночь можно увидеть десятки падающих звезд, которые могут стать нашими желаниями, пускай даже эти желания, скорее всего, никогда и не сбудутся.

    Если долго-долго смотреть на небо, то за ночь можно увидеть десятки падающих звезд, которые могут стать нашими желаниями, пускай даже эти желания, скорее всего, никогда и не сбудутся.

    — Гаррет-Тень · книга