Алишер Навои: 94 фразы, которые разошлись на цитаты

Ниже 94 цитаты Алишера Навои — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   В чужих несчастьях виноватый Спознается со злой расплатой.

   В чужих несчастьях виноватый Спознается со злой расплатой.
2. «

   Пользы мира ты не жаждай, ибо в нем лишь вред, — не больше. Жизнью пользуйся — на время входим в этот свет, — не больше. Странно, что жилье воздвигший приглашает смертных в гости, Ведь и сам он в этом доме — гость недолгих лет, — не больше. Не считай себя могучим, смертен ты — ведь слон громадный Перед комариным жалом — лишь отваги след, — не больше. В бренную войди обитель — шейх там наторел в торговле! Пусть зовется ханакою{*} — это лавка бед, — не больше. Тот, кто в платье златотканом, — пусть кичится неразумно: Знает мыслящий, что в злато жалкий шут одет, — не больше. На престол воссев небесный, все равно не будь беспечен, - В небе ласки ты не встретишь, встретишь лишь рассвет, — не больше. Повелитель справедливый должен думать о народе, Ведь блюсти пасомых благо пастырь дал обет, — не больше. Если нынче стал скитальцем Навои по доброй воле, Не горюй, благоразумный, — глянь безумцу вслед, — не больше!

   Пользы мира ты не жаждай, ибо в нем лишь вред, — не больше. Жизнью пользуйся — на время входим в этот свет, — не больше. Странно, что жилье воздвигший приглашает смертных в гости, Ведь и сам он в этом доме — гость недолгих лет, — не больше. Не считай себя могучим, смертен ты — ведь слон громадный Перед комариным жалом — лишь отваги след, — не больше. В бренную войди обитель — шейх там наторел в торговле! Пусть зовется ханакою{*} — это лавка бед, — не больше. Тот, кто в платье златотканом, — пусть кичится неразумно: Знает мыслящий, что в злато жалкий шут одет, — не больше. На престол воссев небесный, все равно не будь беспечен, - В небе ласки ты не встретишь, встретишь лишь рассвет, — не больше. Повелитель справедливый должен думать о народе, Ведь блюсти пасомых благо пастырь дал обет, — не больше. Если нынче стал скитальцем Навои по доброй воле, Не горюй, благоразумный, — глянь безумцу вслед, — не больше!
3. «

   Уж если об ином молва пошла, Что только зло и злобу в нем найдешь, Добра не жди — не сотворил бы зла, Не сделал зла — уже и тем хорош!

   Уж если об ином молва пошла, Что только зло и злобу в нем найдешь, Добра не жди — не сотворил бы зла, Не сделал зла — уже и тем хорош!
4. «

   Доколе жадная корысть истреблена не будет, Доколе власть дурных страстей погребена не будет, Доколе злоба темных сил изведена не будет, Дотоле радостью людей цвести страна не будет!

   Доколе жадная корысть истреблена не будет, Доколе власть дурных страстей погребена не будет, Доколе злоба темных сил изведена не будет, Дотоле радостью людей цвести страна не будет!
5. «

   Речь имеет много разновидностей, но хуже всех из них — ложь. Тот, кто ради лжи время убивает, об этом не жалеет, даже нос задирает. Если он наивного слушателя находит, когда тот его ложь за правду принимает, это его в восторг приводит. Из Божьих рабов худший он, он будет и Богом, и людьми пристыжен. Поскольку лицом такой злосчастный к злу обращен, из дома счастья он уходит вон.

   Речь имеет много разновидностей, но хуже всех из них — ложь. Тот, кто ради лжи время убивает, об этом не жалеет, даже нос задирает. Если он наивного слушателя находит, когда тот его ложь за правду принимает, это его в восторг приводит. Из Божьих рабов худший он, он будет и Богом, и людьми пристыжен. Поскольку лицом такой злосчастный к злу обращен, из дома счастья он уходит вон.
6. «

   Далекий дым, а не манящий свет Холодной ночью — поводырь скитанья. Не так ли, заглушив соблазн, аскет Находит радость в твердом воздержанье?

   Далекий дым, а не манящий свет Холодной ночью — поводырь скитанья. Не так ли, заглушив соблазн, аскет Находит радость в твердом воздержанье?
7. «

   Какой узор нанес ты на печать, Такой она и будет отмечать.

   Какой узор нанес ты на печать, Такой она и будет отмечать.
8. «

   Я, жар души в стихи вдохнув, мечтал, Чтоб мысль мою тем жаром зажигало. И потушить огонь, что жег мне мысль, Живой воды, наверно, было б мало. О, если бы горение души Всегда огонь свой мысли отдавало!

   Я, жар души в стихи вдохнув, мечтал, Чтоб мысль мою тем жаром зажигало. И потушить огонь, что жег мне мысль, Живой воды, наверно, было б мало. О, если бы горение души Всегда огонь свой мысли отдавало!
9. «

   Иного человеком ты зовешь, А он с людьми по виду только схож.

   Иного человеком ты зовешь, А он с людьми по виду только схож.
10. «

    Народ не уважает того, чей несдержанный язык выдает его болтливое естество. Бездельник, который много болтает, похож на собаку, которая всю ночь лает. Злоречивый человек сердцу людей наносит рану, но на свою голову навлекает бедствия.

    Народ не уважает того, чей несдержанный язык выдает его болтливое естество. Бездельник, который много болтает, похож на собаку, которая всю ночь лает. Злоречивый человек сердцу людей наносит рану, но на свою голову навлекает бедствия.
11. «

    Знай: гордым птицам с лётом соколиным Несвойственно гнездиться по низинам.

    Знай: гордым птицам с лётом соколиным Несвойственно гнездиться по низинам.
12. «

    Ответа ждут — всю истину скажи, Не говори ни хитростей, ни лжи.

    Ответа ждут — всю истину скажи, Не говори ни хитростей, ни лжи.
13. «

    Скряга испытывает жестокие муки, чтобы свое имущество сохранить, завистливый из-за своего позорного поведения не может спокойно жить. Один погибает от того, что мучит сам себя, другой болеет из-за своих поступков.

    Скряга испытывает жестокие муки, чтобы свое имущество сохранить, завистливый из-за своего позорного поведения не может спокойно жить. Один погибает от того, что мучит сам себя, другой болеет из-за своих поступков.
14. «

    Благородство — это дело благороднейшего из благородных, государя; человек, обладающий благородством, имеет это качество от Царя небес.

    Благородство — это дело благороднейшего из благородных, государя; человек, обладающий благородством, имеет это качество от Царя небес.
15. «

    Не для мужчины — хвастовство одеждой, Такой хвастун всегда слывет невеждой.

    Не для мужчины — хвастовство одеждой, Такой хвастун всегда слывет невеждой.
16. «

    Все хорошее и все дурное, знай, от Бога вышнего дано, Так зови хорошее хорошим, а плохим плохое звать должно. Если же ты станешь ошибаться и хорошим назовешь плохое, Недалек тот миг, когда ты будешь, друг мой милый, звать дурным благое.

    Все хорошее и все дурное, знай, от Бога вышнего дано, Так зови хорошее хорошим, а плохим плохое звать должно. Если же ты станешь ошибаться и хорошим назовешь плохое, Недалек тот миг, когда ты будешь, друг мой милый, звать дурным благое.
17. «

    Кто за подачку быть готов рабом, Его бы об котел измазать лбом!

    Кто за подачку быть готов рабом, Его бы об котел измазать лбом!
18. «

    Твори добро и не болтай о том, Хороших дел не порти хвастовством.

    Твори добро и не болтай о том, Хороших дел не порти хвастовством.
19. «

    Тот, кто собирается лгать, сбивается с пути осторожности и благоразумия. Каждое слово, которое неправдиво, не принимается правдивыми людьми. Лгун один или два раза может провести людей, но никто не поверит его словам после того, как он будет опозорен ложью своей.

    Тот, кто собирается лгать, сбивается с пути осторожности и благоразумия. Каждое слово, которое неправдиво, не принимается правдивыми людьми. Лгун один или два раза может провести людей, но никто не поверит его словам после того, как он будет опозорен ложью своей.
20. «

    Я в юности старцам служил, в послугах сгибаясь спиной, Но старость пришла и ко мне, невесело юным со мной. Слова что ни день — трудней, а странно: не проще ли речь Цедить меж редких зубов, а не через ряд сплошной! Меня к молодым влечет сильнее день ото дня, Но почему-то они обходят меня стороной! Должно быть, правы они, если раскинуть умом: У них ведь иные пути, и жребий у них иной. Сравнить ли цвет камфары с румянцем их мускусных щек? Мой пламень под снегом скрыт, под мертвенной белизной. Среди цветущих дерев стоит скоробленный куст, То — я среди молодых, и сгорбленный и больной. О сердце, тебе бы теперь молитву творить в тиши, — Увы, все шумят вокруг, навек простись с тишиной! Полета привалов в пути! Пора усмирить свой пыл: Спешить уже нету сил, поспешность была бы смешной. Полсотни лет я грешил, и что я смогу свершить, Коль век меня наградит еще половиной одной! Создатель, дай веру мне, я в ней заглушу мой стыд За бедность моих трудов, за боль свершенного мной. Не сетуй же, Навои, что море благих щедрот Волнуется и шумит: надежду несет волной!

    Я в юности старцам служил, в послугах сгибаясь спиной, Но старость пришла и ко мне, невесело юным со мной. Слова что ни день — трудней, а странно: не проще ли речь Цедить меж редких зубов, а не через ряд сплошной! Меня к молодым влечет сильнее день ото дня, Но почему-то они обходят меня стороной! Должно быть, правы они, если раскинуть умом: У них ведь иные пути, и жребий у них иной. Сравнить ли цвет камфары с румянцем их мускусных щек? Мой пламень под снегом скрыт, под мертвенной белизной. Среди цветущих дерев стоит скоробленный куст, То — я среди молодых, и сгорбленный и больной. О сердце, тебе бы теперь молитву творить в тиши, — Увы, все шумят вокруг, навек простись с тишиной! Полета привалов в пути! Пора усмирить свой пыл: Спешить уже нету сил, поспешность была бы смешной. Полсотни лет я грешил, и что я смогу свершить, Коль век меня наградит еще половиной одной! Создатель, дай веру мне, я в ней заглушу мой стыд За бедность моих трудов, за боль свершенного мной. Не сетуй же, Навои, что море благих щедрот Волнуется и шумит: надежду несет волной!