98 цитат Алишера Навои — читать онлайн

Ниже 98 цитат Алишера Навои — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Хулит моих сородичей народ За их бездарность. Это — справедливо. Но и моя «бездарность» всех гнетет: Мол, я не всё дарю. Вот это — диво!

   Хулит моих сородичей народ За их бездарность. Это — справедливо. Но и моя «бездарность» всех гнетет: Мол, я не всё дарю. Вот это — диво!
2. «

   Когда корысть звучит в словах, не верь Ни лести женщины, ни проискам мужчины.

   Когда корысть звучит в словах, не верь Ни лести женщины, ни проискам мужчины.
3. «

   Когда творят хорошие дела, Нужна ли им пустая похвала?

   Когда творят хорошие дела, Нужна ли им пустая похвала?
4. «

   Бальзам для ран я не нашел, страницы книг листая, Что тело мне терзает в кровь — не хищных птиц ли стая? Огонь любви мне душу сжег, и в горькой той пустыне Не отыскал ни одного целебного листа я.

   Бальзам для ран я не нашел, страницы книг листая, Что тело мне терзает в кровь — не хищных птиц ли стая? Огонь любви мне душу сжег, и в горькой той пустыне Не отыскал ни одного целебного листа я.
5. «

   Людей презрением напрасно ты порочишь, Желая им того, чего себе не хочешь.

   Людей презрением напрасно ты порочишь, Желая им того, чего себе не хочешь.
6. «

   Где справедливость — шахских дел основа, Там разоренный край воспрянет снова.

   Где справедливость — шахских дел основа, Там разоренный край воспрянет снова.
7. «

   Не злись, когда решится друг твои грехи назвать, Не дуй на зеркало свое, чтоб не тускнела гладь.

   Не злись, когда решится друг твои грехи назвать, Не дуй на зеркало свое, чтоб не тускнела гладь.
8. «

   Заводишь речь — скажи лишь половину: Навьешь словес — и жалкий будет вид! Когда паук накрутит паутину, Он в ней и сам как пойманный висит.

   Заводишь речь — скажи лишь половину: Навьешь словес — и жалкий будет вид! Когда паук накрутит паутину, Он в ней и сам как пойманный висит.
9. «

   Укрывшийся в горах от мира человек В пещере в зимний день найдет себе ночлег. Ему прохладу в зной дарует горный снег, А власть тщеты мирской ему чужда навек.

   Укрывшийся в горах от мира человек В пещере в зимний день найдет себе ночлег. Ему прохладу в зной дарует горный снег, А власть тщеты мирской ему чужда навек.
10. «

    Знай — настоящий тот глупец, кто вечности от мира ждет, И, несомненно, тот дурак, кто верности от ближних ждет.

    Знай — настоящий тот глупец, кто вечности от мира ждет, И, несомненно, тот дурак, кто верности от ближних ждет.
11. «

    Невежда в страхе жизнь провел: Боялся он учиться слову. И был он ну точь-в-точь осел: Влачил свой век от рева к реву.

    Невежда в страхе жизнь провел: Боялся он учиться слову. И был он ну точь-в-точь осел: Влачил свой век от рева к реву.
12. «

    Со мной в походе два коня, Но пеший я ходок: Что кони в шахматах, они Поднять не могут ног. Что в шахматах, за край полей Им не дано дорог. Конь черный подо мной — земля, А белый конь — песок.

    Со мной в походе два коня, Но пеший я ходок: Что кони в шахматах, они Поднять не могут ног. Что в шахматах, за край полей Им не дано дорог. Конь черный подо мной — земля, А белый конь — песок.
13. «

    Слова страдающих людей — это огонь, смягчающий каменные сердца и вызывающий слезы из очей жестокосердного. Дуновение людей, знающих истинные слова, — это ветер, который уносит мусор самолюбия и сметает пыль негодования.

    Слова страдающих людей — это огонь, смягчающий каменные сердца и вызывающий слезы из очей жестокосердного. Дуновение людей, знающих истинные слова, — это ветер, который уносит мусор самолюбия и сметает пыль негодования.
14. «

    Помогай угнетенным и будешь в безопасности от угнетающих, приноси подвластным пользу и тебе не будет вреда от властвующих.

    Помогай угнетенным и будешь в безопасности от угнетающих, приноси подвластным пользу и тебе не будет вреда от властвующих.
15. «

    Кто службой шаху добывает хлеб, Тот может быть и хром, и глух, и слеп. Но тайну скрыть и быть немым, что склеп, Труднейшая из всех земных судеб!

    Кто службой шаху добывает хлеб, Тот может быть и хром, и глух, и слеп. Но тайну скрыть и быть немым, что склеп, Труднейшая из всех земных судеб!
16. «

    Сто раз меня отвергла ты, а сердце встречи ждет, Сто тысяч мук снесет мудрец, но праведным умрет.

    Сто раз меня отвергла ты, а сердце встречи ждет, Сто тысяч мук снесет мудрец, но праведным умрет.
17. «

    Слепец, кто вечности искал среди забот мирских, Глупец, кто верности искал среди сердец людских.

    Слепец, кто вечности искал среди забот мирских, Глупец, кто верности искал среди сердец людских.
18. «

    Кто сокрушил в себе прибежище гордыни, Богатства вечности даны тому отныне. А если гордость и во мне нашла обитель, Найдется ль для богатств другой хранитель?

    Кто сокрушил в себе прибежище гордыни, Богатства вечности даны тому отныне. А если гордость и во мне нашла обитель, Найдется ль для богатств другой хранитель?
19. «

    Какая польза в том, что царь кого-либо казнит, а затем в содеянном кается, он порочит себя, если кого-либо в сане повышает, а потом понижает, когда опоминается.

    Какая польза в том, что царь кого-либо казнит, а затем в содеянном кается, он порочит себя, если кого-либо в сане повышает, а потом понижает, когда опоминается.
20. «

    Я в юности старцам служил, в послугах сгибаясь спиной, Но старость пришла и ко мне, невесело юным со мной. Слова что ни день — трудней, а странно: не проще ли речь Цедить меж редких зубов, а не через ряд сплошной! Меня к молодым влечет сильнее день ото дня, Но почему-то они обходят меня стороной! Должно быть, правы они, если раскинуть умом: У них ведь иные пути, и жребий у них иной. Сравнить ли цвет камфары с румянцем их мускусных щек? Мой пламень под снегом скрыт, под мертвенной белизной. Среди цветущих дерев стоит скоробленный куст, То — я среди молодых, и сгорбленный и больной. О сердце, тебе бы теперь молитву творить в тиши, — Увы, все шумят вокруг, навек простись с тишиной! Полета привалов в пути! Пора усмирить свой пыл: Спешить уже нету сил, поспешность была бы смешной. Полсотни лет я грешил, и что я смогу свершить, Коль век меня наградит еще половиной одной! Создатель, дай веру мне, я в ней заглушу мой стыд За бедность моих трудов, за боль свершенного мной. Не сетуй же, Навои, что море благих щедрот Волнуется и шумит: надежду несет волной!

    Я в юности старцам служил, в послугах сгибаясь спиной, Но старость пришла и ко мне, невесело юным со мной. Слова что ни день — трудней, а странно: не проще ли речь Цедить меж редких зубов, а не через ряд сплошной! Меня к молодым влечет сильнее день ото дня, Но почему-то они обходят меня стороной! Должно быть, правы они, если раскинуть умом: У них ведь иные пути, и жребий у них иной. Сравнить ли цвет камфары с румянцем их мускусных щек? Мой пламень под снегом скрыт, под мертвенной белизной. Среди цветущих дерев стоит скоробленный куст, То — я среди молодых, и сгорбленный и больной. О сердце, тебе бы теперь молитву творить в тиши, — Увы, все шумят вокруг, навек простись с тишиной! Полета привалов в пути! Пора усмирить свой пыл: Спешить уже нету сил, поспешность была бы смешной. Полсотни лет я грешил, и что я смогу свершить, Коль век меня наградит еще половиной одной! Создатель, дай веру мне, я в ней заглушу мой стыд За бедность моих трудов, за боль свершенного мной. Не сетуй же, Навои, что море благих щедрот Волнуется и шумит: надежду несет волной!