21 лучших цитата — Андрей Александрович Васильев: смешные цитаты

Ниже 21 цитата Андрея Александровича Васильев: смешные цитаты — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Вот же ты, Киф, скотина какая! Сами посудите, Илья Палыч — я для него и то, и это, даже так, как раньше никогда и ни с кем, а он! Брошу я тебя! Точно брошу!

   Вот же ты, Киф, скотина какая! Сами посудите, Илья Палыч — я для него и то, и это, даже так, как раньше никогда и ни с кем, а он! Брошу я тебя! Точно брошу!

   — Андрей Александрович Васильев · книга
2. «

   Я достал телефон и набрал Вежлеву. — Любезный сэр, — сообщила мне она вместо приветствия. — Если вы позвонили мне сообщить, что завтра всё отменяется, я прокляну вас, а после брошусь вниз со своего девятого этажа, как с башни в море. И мой бесплотный призрак будет являться вам каждую ночь, махать пальцем перед вашим носом и премерзко шипеть. — Напротив, моя прелестная леди. — Я поддержал её шуточный тон. — Я позвонил вам, дабы убедиться в том, что наша завтрашняя встреча состоится, ибо только ожиданием её, её одной, я живу все эти длинные дни и эти ужасающие, пустынные и наполненные тоской ночи.

   Я достал телефон и набрал Вежлеву. — Любезный сэр, — сообщила мне она вместо приветствия. — Если вы позвонили мне сообщить, что завтра всё отменяется, я прокляну вас, а после брошусь вниз со своего девятого этажа, как с башни в море. И мой бесплотный призрак будет являться вам каждую ночь, махать пальцем перед вашим носом и премерзко шипеть. — Напротив, моя прелестная леди. — Я поддержал её шуточный тон. — Я позвонил вам, дабы убедиться в том, что наша завтрашняя встреча состоится, ибо только ожиданием её, её одной, я живу все эти длинные дни и эти ужасающие, пустынные и наполненные тоской ночи.

   — Андрей Александрович Васильев · книга
3. «

   — Так, а в чём тогда печаль? — не понял Азов. — Помимо патриархального уклада, её родителей и безумной сестры? – уточнил я. – Да во всём, начиная с дороги. А если на трассе нас встретят два джипа и всех покрошат в мелкий винегрет? У меня, например, на пули аллергия сильнейшая, я от них весь дырками покрываюсь.

   — Так, а в чём тогда печаль? — не понял Азов. — Помимо патриархального уклада, её родителей и безумной сестры? – уточнил я. – Да во всём, начиная с дороги. А если на трассе нас встретят два джипа и всех покрошат в мелкий винегрет? У меня, например, на пули аллергия сильнейшая, я от них весь дырками покрываюсь.

   — Андрей Александрович Васильев · книга
4. «

   — У папеньки тоже всё время шуты были. Помню, тогда в замок его друзья приехали, они вроде как сначала попили, поели, попели, а потом загрустили. И тишина такая в пиршественной зале настала, все молчат, друг на друга смотрят. И тут шут взял и про короля пошутил! — И чего? – заинтересованно спросил кениг. — Да ничего, – снова положил голову на руки Гунтер. – Все очень смеялись, а труп шута закопали во рву, за замком.

   — У папеньки тоже всё время шуты были. Помню, тогда в замок его друзья приехали, они вроде как сначала попили, поели, попели, а потом загрустили. И тишина такая в пиршественной зале настала, все молчат, друг на друга смотрят. И тут шут взял и про короля пошутил! — И чего? – заинтересованно спросил кениг. — Да ничего, – снова положил голову на руки Гунтер. – Все очень смеялись, а труп шута закопали во рву, за замком.

   — Андрей Александрович Васильев · книга
5. «

   Элина булькнула и стала похожа на крабика, больного базедовой болезнью. Сама бледная, глазки выпучились, и вроде даже как и не дышит.

   Элина булькнула и стала похожа на крабика, больного базедовой болезнью. Сама бледная, глазки выпучились, и вроде даже как и не дышит.

   — Андрей Александрович Васильев · книга
6. «

   Много будешь знать — со страшной зомби будешь спать.

   Много будешь знать — со страшной зомби будешь спать.

   — Андрей Александрович Васильев · книга
7. «

   В приёмной Зимина никакой суеты не было. Там как всегда царили тишина, покой, порядок и привычно ухоженная, не сказать — холёная Елиза Валбетовна. - Никифоров, — как всегда в её голосе имелись нотки недовольства и не очень мягкой иронии, — Ты у нас прямо как Гвидон из сказки поэта Пушкина. - В смысле — красив, молод и богат? - В смысле — чуть что, а ты уже мухой здесь, — не стала повышать мою самооценку референт Зимина, – Примчался и давай жужжать.

   В приёмной Зимина никакой суеты не было. Там как всегда царили тишина, покой, порядок и привычно ухоженная, не сказать — холёная Елиза Валбетовна. - Никифоров, — как всегда в её голосе имелись нотки недовольства и не очень мягкой иронии, — Ты у нас прямо как Гвидон из сказки поэта Пушкина. - В смысле — красив, молод и богат? - В смысле — чуть что, а ты уже мухой здесь, — не стала повышать мою самооценку референт Зимина, – Примчался и давай жужжать.

   — Андрей Александрович Васильев · книга
8. «

   — Мастер, где тут левый фланг? — спросил я гнома. — Слева, — уставился он на меня, видимо, поразившись моей недалёкости. — А, ну да, — сказал ему я и побежал к левой части равнинки, но не добежал.

   — Мастер, где тут левый фланг? — спросил я гнома. — Слева, — уставился он на меня, видимо, поразившись моей недалёкости. — А, ну да, — сказал ему я и побежал к левой части равнинки, но не добежал.

   — Андрей Александрович Васильев · книга
9. «

   А мне почему-то страшно стало, — раздался голос Таши. — Уж очень у Виктории Евгеньевны лицо бело-красное было, прямо как эмблема у «Спартака».

   А мне почему-то страшно стало, — раздался голос Таши. — Уж очень у Виктории Евгеньевны лицо бело-красное было, прямо как эмблема у «Спартака».

   — Андрей Александрович Васильев · книга
10. «

    Итак — выпьем за благополучное возвращение под родную крышу наших дорогих друзей — Кифа и Вики. Мы скучали за вами, как за космонавтом ракета. Прозит!

    Итак — выпьем за благополучное возвращение под родную крышу наших дорогих друзей — Кифа и Вики. Мы скучали за вами, как за космонавтом ракета. Прозит!

    — Андрей Александрович Васильев · книга
11. «

    «Пять минут полежу, пожру и пойду статью писать», — погладил себя мысленно по голове за трудолюбие и усидчивость. И с чувством выполненного долга уснул.

    «Пять минут полежу, пожру и пойду статью писать», — погладил себя мысленно по голове за трудолюбие и усидчивость. И с чувством выполненного долга уснул.

    — Андрей Александрович Васильев · книга
12. «

    Где он? — раздался громкий девичий вопль, — Где? Проводите меня к нему, я хочу плюнуть в этого человека!

    Где он? — раздался громкий девичий вопль, — Где? Проводите меня к нему, я хочу плюнуть в этого человека!

    — Андрей Александрович Васильев · книга
13. «

    Выйду в поле ночью голенькой, Пусть сожрёт меня медведь, Всё одно мне бедненькой Нечего надеть.

    Выйду в поле ночью голенькой, Пусть сожрёт меня медведь, Всё одно мне бедненькой Нечего надеть.

    — Андрей Александрович Васильев · книга
14. «

    — Итак, — Верорг разжал кулаки и припечатал ладони к столу, — что ты хочешь за свои услуги? — Щенка, саблю и барабан! — я активно похлопал ресницами. — И ещё пятьсот эскимо!

    — Итак, — Верорг разжал кулаки и припечатал ладони к столу, — что ты хочешь за свои услуги? — Щенка, саблю и барабан! — я активно похлопал ресницами. — И ещё пятьсот эскимо!

    — Андрей Александрович Васильев · книга
15. «

    – Вы все – мертвецы – с скрежетом убрав меч в ножны, заявил Витар, и для убедительности обвел нас пальцем, закованным в сталь – Все! Я лично каждому сердце вырежу. – Страшно-то как – хихикнул кто-то из молодых рыцарей. – Он похож на Хельга-дурачка из замка моего папеньки – заметил другой – Того тоже все, кому не лень лупили, а он всякий раз грозился отомстить. Ужасно и неотвратимо. – Отомстил? – заинтересовалось сразу несколько рыцарей – Или нет? – Какой там. Мало того – за каждую такую угрозу он еще и дополнительных тумаков получал.

    – Вы все – мертвецы – с скрежетом убрав меч в ножны, заявил Витар, и для убедительности обвел нас пальцем, закованным в сталь – Все! Я лично каждому сердце вырежу. – Страшно-то как – хихикнул кто-то из молодых рыцарей. – Он похож на Хельга-дурачка из замка моего папеньки – заметил другой – Того тоже все, кому не лень лупили, а он всякий раз грозился отомстить. Ужасно и неотвратимо. – Отомстил? – заинтересовалось сразу несколько рыцарей – Или нет? – Какой там. Мало того – за каждую такую угрозу он еще и дополнительных тумаков получал.

    — Андрей Александрович Васильев · книга
16. «

    Молодец. Возьми с полки пирожок — ответил начальник, недовольно глянув на разразившийся жутким трезвоном телефонный аппарат, который, наверное, ещё Ардова из старого документа, написанного в двадцатые годы, помнил. — Там их два, твой тот, что посередине. Всё, свободны.

    Молодец. Возьми с полки пирожок — ответил начальник, недовольно глянув на разразившийся жутким трезвоном телефонный аппарат, который, наверное, ещё Ардова из старого документа, написанного в двадцатые годы, помнил. — Там их два, твой тот, что посередине. Всё, свободны.

    — Андрей Александрович Васильев · книга
17. «

    — Скажи мне, вот отчего люди не летают как птицы? — Потому что дерьма в нас много, оно к земле тянет.

    — Скажи мне, вот отчего люди не летают как птицы? — Потому что дерьма в нас много, оно к земле тянет.

    — Андрей Александрович Васильев · книга
18. «

    Оказывается, тут уже примостился Владек со своей удочкой. — Идите отсюда, — посоветовал он нам. — Не распугивайте рыбу! И вон, улов заберите. На траве рядом с ним лежало штук десять крупных златоглазых рыбин, некоторые из них уже уснули, некоторые еще раскрывали рты. — Ой, красивые какие! – Настя провела по боку одной пальчиком. — А как их зовут? — Збышек, Зденек, Томек, Болек. — Владек потыкал пальцем в рыбин и злобно засопел: — Это рыбы, у них нет имён! Идите, идите отсюда!

    Оказывается, тут уже примостился Владек со своей удочкой. — Идите отсюда, — посоветовал он нам. — Не распугивайте рыбу! И вон, улов заберите. На траве рядом с ним лежало штук десять крупных златоглазых рыбин, некоторые из них уже уснули, некоторые еще раскрывали рты. — Ой, красивые какие! – Настя провела по боку одной пальчиком. — А как их зовут? — Збышек, Зденек, Томек, Болек. — Владек потыкал пальцем в рыбин и злобно засопел: — Это рыбы, у них нет имён! Идите, идите отсюда!

    — Андрей Александрович Васильев · книга
19. «

    Разбудила. Вот всё-таки разбудила. - Не пойду я никуда, — уже членораздельно произнес я, — Не хочу. Лучше расстреляй меня. - И очень плохо! — назидательно произнесла Вика. - Расстреляй хорошо, — предложил я, — Найми актёров, одень их в белогвардейскую форму, и пусть лощёный офицер с тонкими усиками, махнув перчаткой, крикнет: «Огонь». Он даже может обругать меня: «краснопузой сволочью».

    Разбудила. Вот всё-таки разбудила. - Не пойду я никуда, — уже членораздельно произнес я, — Не хочу. Лучше расстреляй меня. - И очень плохо! — назидательно произнесла Вика. - Расстреляй хорошо, — предложил я, — Найми актёров, одень их в белогвардейскую форму, и пусть лощёный офицер с тонкими усиками, махнув перчаткой, крикнет: «Огонь». Он даже может обругать меня: «краснопузой сволочью».

    — Андрей Александрович Васильев · книга
20. «

    Хорошая грязь на пятые сутки сама отваливается.

    Хорошая грязь на пятые сутки сама отваливается.

    — Андрей Александрович Васильев · книга