103 лучших фразы Андрея Александровича Васильева

Подборка из 103 цитаты Андрея Александровича Васильева: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ...тот, кто спорит с женщиной, только больше убеждает её в собственной правоте.

   ...тот, кто спорит с женщиной, только больше убеждает её в собственной правоте.

   — Хассан ибн Кемаль · книга
2. «

   Бескорыстие — это добродетель, требующая награды.

   Бескорыстие — это добродетель, требующая награды.

   — Старик · книга
3. «

   Когда у мужчины есть настоящая цель, то он не думает о потерях, боли и смерти, он идёт до конца самым прямым путем.

   Когда у мужчины есть настоящая цель, то он не думает о потерях, боли и смерти, он идёт до конца самым прямым путем.

   — Назир · книга
4. «

   Всё точно по древней восточной мудрости, которая говорит о том, что уходящий по дороге вдаль уносит с собой только одну четверть печали разлуки, а три других остаются у того, кто смотрит ему вслед.

   Всё точно по древней восточной мудрости, которая говорит о том, что уходящий по дороге вдаль уносит с собой только одну четверть печали разлуки, а три других остаются у того, кто смотрит ему вслед.

   — Харитон Никифоров «Хейген» · книга
5. «

   Всё как всегда — у кого хлеб чёрствый, у кого жемчуг мелкий...

   Всё как всегда — у кого хлеб чёрствый, у кого жемчуг мелкий...

   — Харитон Никифоров «Хейген» · книга
6. «

   — Если я не знаю, куда еду, то неплохо бы хоть понимать почему. — Красиво загнул. — Агриппа похлопал в ладоши. — Мастер, вы сделали из него ритора. — Полагаю, он сам не понял, что сказал, — усмехнулся маг...

   — Если я не знаю, куда еду, то неплохо бы хоть понимать почему. — Красиво загнул. — Агриппа похлопал в ладоши. — Мастер, вы сделали из него ритора. — Полагаю, он сам не понял, что сказал, — усмехнулся маг...

   — Агриппа · книга
7. «

   Нет, не понять мне женщин. У них всё-таки мозги по-другому работают, не так как у нас. Хотя — может, оно и к лучшему. При всех неудобствах, которые они нам создают, именно благодаря им мы иногда засыпаем со счастливой улыбкой на губах. А это уже немало.

   Нет, не понять мне женщин. У них всё-таки мозги по-другому работают, не так как у нас. Хотя — может, оно и к лучшему. При всех неудобствах, которые они нам создают, именно благодаря им мы иногда засыпаем со счастливой улыбкой на губах. А это уже немало.

   — Крис Жучок «Эраст фон Рут» · книга
8. «

   Вот ведь, мой старик-отец всегда говорил мне, что судьба как качели. То ты наверху, то внизу, то вообще с них навернешься, да так, что костей не соберешь.

   Вот ведь, мой старик-отец всегда говорил мне, что судьба как качели. То ты наверху, то внизу, то вообще с них навернешься, да так, что костей не соберешь.

   — Харитон Никифоров «Хейген» · книга
9. «

   Неохота умирать-то — заметил Флоси, доставая боевой топор — Ну вот совсем.

   Неохота умирать-то — заметил Флоси, доставая боевой топор — Ну вот совсем.

   — Флоси · книга
10. «

    «Ну я не знаю». Волшебная и великая фраза. Женщина, говоря: «Ну, я не знаю», — отлично понимает, что в этот момент в голове мужчины экспрессом пролетают тысячи возможных вариантов, от: «Придумай, как меня развлечь» до: «Всё, милый, я беременна». Но что именно думает женщина, говоря это, — знает только женщина. А в отдельных случаях — и она сама не в курсе.

    «Ну я не знаю». Волшебная и великая фраза. Женщина, говоря: «Ну, я не знаю», — отлично понимает, что в этот момент в голове мужчины экспрессом пролетают тысячи возможных вариантов, от: «Придумай, как меня развлечь» до: «Всё, милый, я беременна». Но что именно думает женщина, говоря это, — знает только женщина. А в отдельных случаях — и она сама не в курсе.

    — Харитон Никифоров · книга
11. «

    Тишина — вот что поразило меня после прихода в себя. Тишина — это то, что почти недоступно жителям земных городов последние лет триста. Гул машин, самолётов, постоянно доносящаяся откуда-то музыка стали привычной какофонией для наших ушей, от которой не спасали ни пластиковые окна, ни специальные гермозатворы. Впрочем, всерьёз страдали только те, кто приехал в большие города недавно, для коренных горожан это было не более чем фоном, их слух сам отбрасывал в сторону ненужные звуки, как шелуху от семечек.

    Тишина — вот что поразило меня после прихода в себя. Тишина — это то, что почти недоступно жителям земных городов последние лет триста. Гул машин, самолётов, постоянно доносящаяся откуда-то музыка стали привычной какофонией для наших ушей, от которой не спасали ни пластиковые окна, ни специальные гермозатворы. Впрочем, всерьёз страдали только те, кто приехал в большие города недавно, для коренных горожан это было не более чем фоном, их слух сам отбрасывал в сторону ненужные звуки, как шелуху от семечек.

    — Станислав Воробьев · книга
12. «

    Если человек хочет быть одураченным, так это его почетное право.

    Если человек хочет быть одураченным, так это его почетное право.

    — Руфуc · книга
13. «

    ...меньше трех часов ночью дрыхнуть нельзя — эту истину в меня намертво вдолбила одна моя знакомая медичка. Если в перспективе у тебя маячит меньшее количество часов для сна, то лучше уж вообще не ложиться — выспаться не выспишься, но вот разбитое физическое состояние и подавленное умственное ты себе обеспечишь (и это действительно так, проверено опытным путем). А после к этому добавится ещё повышенная раздражительность и редкостная вздорность. Лучше уж так, без сна. Правда, после двух часов дня тебя сносить будет нереально, но до двух часов еще дожить надо.

    ...меньше трех часов ночью дрыхнуть нельзя — эту истину в меня намертво вдолбила одна моя знакомая медичка. Если в перспективе у тебя маячит меньшее количество часов для сна, то лучше уж вообще не ложиться — выспаться не выспишься, но вот разбитое физическое состояние и подавленное умственное ты себе обеспечишь (и это действительно так, проверено опытным путем). А после к этому добавится ещё повышенная раздражительность и редкостная вздорность. Лучше уж так, без сна. Правда, после двух часов дня тебя сносить будет нереально, но до двух часов еще дожить надо.

    — Харитон Никифоров «Хейген» · книга
14. «

    Всё-то у нас не так, то дров нет, то угля, а поутру и котел сп… спёрли.

    Всё-то у нас не так, то дров нет, то угля, а поутру и котел сп… спёрли.

    — Илья Павлович Азов · книга
15. «

    Сват, — первым нас заметил Одессит, сегодня ночью он сидел на «точке». — Тьфу на тебя, такие мои тебе слова! И шо ты делаешь с нами, а? Таки у нас же нервы, они же ж не канаты и тем более не стальные тросы! Настя, эта маленькая девочка, этот милый ребенок, уже столько выплакала слёз, что я теперь только могу гадать, чем она сегодня будет пи́сать!

    Сват, — первым нас заметил Одессит, сегодня ночью он сидел на «точке». — Тьфу на тебя, такие мои тебе слова! И шо ты делаешь с нами, а? Таки у нас же нервы, они же ж не канаты и тем более не стальные тросы! Настя, эта маленькая девочка, этот милый ребенок, уже столько выплакала слёз, что я теперь только могу гадать, чем она сегодня будет пи́сать!

    — «Одессит» · книга
16. «

    Н-да, это не женщина. Это мечта самоубийцы-экстремала и прыщавого старшеклассника одновременно. Умная, красивая, опытная, успешная и опасная. Причем опасная в первую очередь.

    Н-да, это не женщина. Это мечта самоубийцы-экстремала и прыщавого старшеклассника одновременно. Умная, красивая, опытная, успешная и опасная. Причем опасная в первую очередь.

    — Харитон Никифоров · книга
17. «

    Я иногда завидую мёртвым — они могут позволить себе вести абсолютно спокойный образ жизни. Лежи себе и ни о чём не думай. Не то, что мы, живые — всё куда-то бежим, спешим, о чём-то волнуемся. Суета, болезни, любовь, войны и всё остальные напасти, какие только есть на свете. А им — всё нипочём.

    Я иногда завидую мёртвым — они могут позволить себе вести абсолютно спокойный образ жизни. Лежи себе и ни о чём не думай. Не то, что мы, живые — всё куда-то бежим, спешим, о чём-то волнуемся. Суета, болезни, любовь, войны и всё остальные напасти, какие только есть на свете. А им — всё нипочём.

    — Равах-ага · книга
18. «

    - Иди работай! — покраснев, рыкнула Вика. — Между прочим, рабочий день давно начался. И руки фу от моей собственности! — Крепостное право отменили в 1861 году, — прощебетала Шелестова у меня над ухом. — Мы с тех пор все свои собственные. Да, Харитон Юрьевич?

    - Иди работай! — покраснев, рыкнула Вика. — Между прочим, рабочий день давно начался. И руки фу от моей собственности! — Крепостное право отменили в 1861 году, — прощебетала Шелестова у меня над ухом. — Мы с тех пор все свои собственные. Да, Харитон Юрьевич?

    — Вика Травникова · книга
19. «

    — Не умею я. Ну вот не умею, — недовольно пояснил он мне. — Плохо. Надо неустанно овладевать полезными умениями и навыками, — наставительно сообщил я ему. — Потому как знания — они самое верное орудие пролетариата. И куда лучше и надежнее булыжника, тоже популярного в народной среде оружия. — Кого? — заинтересовался Данут. — А что такое пролетариат? Ты поподробнее не объяснишь? Стоп! Не хватало только вооружить этих компаньерос марксистско-ленинской теорией, они тут мигом социалистическую революцию забабахают, в отдельно взятых джунглях.

    — Не умею я. Ну вот не умею, — недовольно пояснил он мне. — Плохо. Надо неустанно овладевать полезными умениями и навыками, — наставительно сообщил я ему. — Потому как знания — они самое верное орудие пролетариата. И куда лучше и надежнее булыжника, тоже популярного в народной среде оружия. — Кого? — заинтересовался Данут. — А что такое пролетариат? Ты поподробнее не объяснишь? Стоп! Не хватало только вооружить этих компаньерос марксистско-ленинской теорией, они тут мигом социалистическую революцию забабахают, в отдельно взятых джунглях.

    — Харитон Никифоров «Хейген» · книга
20. «

    Верю-верю всякому зверю, а ему, ежу, — погожу.

    Верю-верю всякому зверю, а ему, ежу, — погожу.

    — Станислав Воробьев «Сват» · книга