114 цитат Андрея Белянина, которые стоит перечитать

Андрей Белянин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 114 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Верблюд моих мыслей дошёл до колодца твоего сознания, не рассыпав по пути ни зернышка смысла из хурджинов красноречия?

   Верблюд моих мыслей дошёл до колодца твоего сознания, не рассыпав по пути ни зернышка смысла из хурджинов красноречия?

   — Лев Оболенский · книга
2. «

   С чего он решил, что с таким брюхом будет соответствовать моему вкусу? Что вообще он знает о моих вкусах, если я меняю их по десять раз на дню?!

   С чего он решил, что с таким брюхом будет соответствовать моему вкусу? Что вообще он знает о моих вкусах, если я меняю их по десять раз на дню?!

   — Галина Черная · книга
3. «

   ... Казак я или тварь дорожная?! Ну указала мне девушка на дверь, так надо ей в форточку букет цветов забросить! Я ж, по сути, и поухаживать за ней толком не успел, не подарил ничего, не поинтересовался её внутренним миром, а как без этого? Нахрапом и коня не взнуздаешь, так девицам тем более ласка нужна и понимание. Они тоже люди, не как мы, конечно, но ничем и не хуже…

   ... Казак я или тварь дорожная?! Ну указала мне девушка на дверь, так надо ей в форточку букет цветов забросить! Я ж, по сути, и поухаживать за ней толком не успел, не подарил ничего, не поинтересовался её внутренним миром, а как без этого? Нахрапом и коня не взнуздаешь, так девицам тем более ласка нужна и понимание. Они тоже люди, не как мы, конечно, но ничем и не хуже…

   — Илья Иловайский · книга
4. «

   Когда кто-то говорит, что ему не нужно от тебя ничего, значит – он хочет всё!

   Когда кто-то говорит, что ему не нужно от тебя ничего, значит – он хочет всё!

   — Лана... (поэма о высшей любви) · книга
5. «

   Член Союза писателей! Тьфу, да за что ж тебя так обозвали...

   Член Союза писателей! Тьфу, да за что ж тебя так обозвали...

   — Фармазон · книга
6. «

   У меня есть друзья, есть враги и нет сердца!

   У меня есть друзья, есть враги и нет сердца!

   — Скиминок · книга
7. «

   Как-нибудь писать нельзя! Грех, читатель не простит.

   Как-нибудь писать нельзя! Грех, читатель не простит.

   — Галина Черная · книга
8. «

   Это была болезненная и странная любовь. Любовь, подразумевающая логику и трезвость с обеих сторон до того единственного момента, когда мы оставались один на один друг с другом. Тогда все барьеры рушились – и плотины, искусственно возводимые нами для ограничения и сдерживания страсти, сметало неудержимой мощью первого же поцелуя!

   Это была болезненная и странная любовь. Любовь, подразумевающая логику и трезвость с обеих сторон до того единственного момента, когда мы оставались один на один друг с другом. Тогда все барьеры рушились – и плотины, искусственно возводимые нами для ограничения и сдерживания страсти, сметало неудержимой мощью первого же поцелуя!

   — Лана... (поэма о высшей любви) · книга
9. «

   Тяжело в леченье, легко в гробу!

   Тяжело в леченье, легко в гробу!

   — Меч Без Имени · книга
10. «

    ...общество изобрело не так много объединяющих средств для того, чтобы диаметрально противоположные индивидуумы могли как-то притереться, попав в одно замкнутое помещение. У них должен быть общий враг, общая любовь, общий интерес, общая тема или, самое простое, общий выпивон! Во всех случаях срабатывает…

    ...общество изобрело не так много объединяющих средств для того, чтобы диаметрально противоположные индивидуумы могли как-то притереться, попав в одно замкнутое помещение. У них должен быть общий враг, общая любовь, общий интерес, общая тема или, самое простое, общий выпивон! Во всех случаях срабатывает…

    — Малыш · книга
11. «

    В правильной оценке происходящего Ивану очень мешало его образование. Кто-то очень верно заметил, что все беды нынешних филологов проистекают от их начитанности и соответственно убеждённости в незыблемости вычитанных знаний. Эльфы ДОЛЖНЫ быть только такими – благородными, красивыми, романтическими, и точка! А действительность порой весьма бесцеремонно возит нас мордой об асфальт с одной лишь просьбой – принимать её такой, какая она есть, а не той, которую нам навязали литературоведческим образованием… Видимо, всему виной этот великий и могучий русский язык! Язык, который живёт, ширится и развивается исключительно по своим собственным законам, постоянно ставя в тупик всю лингвистически-филологическую братию. Язык, в котором буквально каждое слово имеет сразу два, а то и три зачастую совершенно противоположных значения. Как угнаться за ним, как придумать для него чёткие понятия и рамки? Что соответствует незыблемым «правилам русского языка», а что нет? Он же кардинально меняется каждое столетие… «Боже, ну кто так пишет?! Это сущий бред, это надругательство над высокими традициями нашей литературы, над столпами классики, над канонами жанра, над самой системой культурного образования народа!» – в полный голос вопиют знающие люди. Но народ их не слышит, он читает и… смеётся. Смеётся! Потому что видит в книге своё, родное, тёплое, близкое и внятное – свой язык, свою речь, своих героев… Иван Кочуев попробовал лишь чуть-чуть сместить угол зрения – и всё встало на свои места. Итак, продолжим…

    В правильной оценке происходящего Ивану очень мешало его образование. Кто-то очень верно заметил, что все беды нынешних филологов проистекают от их начитанности и соответственно убеждённости в незыблемости вычитанных знаний. Эльфы ДОЛЖНЫ быть только такими – благородными, красивыми, романтическими, и точка! А действительность порой весьма бесцеремонно возит нас мордой об асфальт с одной лишь просьбой – принимать её такой, какая она есть, а не той, которую нам навязали литературоведческим образованием… Видимо, всему виной этот великий и могучий русский язык! Язык, который живёт, ширится и развивается исключительно по своим собственным законам, постоянно ставя в тупик всю лингвистически-филологическую братию. Язык, в котором буквально каждое слово имеет сразу два, а то и три зачастую совершенно противоположных значения. Как угнаться за ним, как придумать для него чёткие понятия и рамки? Что соответствует незыблемым «правилам русского языка», а что нет? Он же кардинально меняется каждое столетие… «Боже, ну кто так пишет?! Это сущий бред, это надругательство над высокими традициями нашей литературы, над столпами классики, над канонами жанра, над самой системой культурного образования народа!» – в полный голос вопиют знающие люди. Но народ их не слышит, он читает и… смеётся. Смеётся! Потому что видит в книге своё, родное, тёплое, близкое и внятное – свой язык, свою речь, своих героев… Иван Кочуев попробовал лишь чуть-чуть сместить угол зрения – и всё встало на свои места. Итак, продолжим…

    — Казак в раю · книга
12. «

    Чуть что — сразу все в крик, в амбиции, в обвинения, пальцем в нос тычут, коленом в грудь стучат!

    Чуть что — сразу все в крик, в амбиции, в обвинения, пальцем в нос тычут, коленом в грудь стучат!

    — Фармазон · книга
13. «

    Равновесие добра и зла во все времена было слишком зыбким и чересчур условным, чтобы всерьез вставать на чью-то сторону...

    Равновесие добра и зла во все времена было слишком зыбким и чересчур условным, чтобы всерьез вставать на чью-то сторону...

    — Вкус вампира · книга
14. «

    Ибо Добро редко носит маску, но Зло всегда скрывает своё истинное лицо…

    Ибо Добро редко носит маску, но Зло всегда скрывает своё истинное лицо…

    — Малыш · книга
15. «

    Тупым и грубым меня делает лишь окружающая общественность…

    Тупым и грубым меня делает лишь окружающая общественность…

    — Малыш · книга
16. «

    Мама приедет ненадолго (о, и на сколько же?), всего на два-три (ага, четыре-шесть-восемь!) дня (не часа?!!), сварит борщ (196745809-я попытка меня отравить…), поможет с уборкой по дому (в прошлый раз я недосчитался телевизора!), ты даже не заметишь её присутствия (полтора центнера вес, три метра в обхвате, хромает на левый протез со скрипом!), и, в конце концов, она моя мама…

    Мама приедет ненадолго (о, и на сколько же?), всего на два-три (ага, четыре-шесть-восемь!) дня (не часа?!!), сварит борщ (196745809-я попытка меня отравить…), поможет с уборкой по дому (в прошлый раз я недосчитался телевизора!), ты даже не заметишь её присутствия (полтора центнера вес, три метра в обхвате, хромает на левый протез со скрипом!), и, в конце концов, она моя мама…

    — Азриелла · книга
17. «

    ... и помни: мой дом — твой дом! Но лучше наоборот...

    ... и помни: мой дом — твой дом! Но лучше наоборот...

    — Сестрёнка из преисподней · книга
18. «

    Быть героем иногда очень почётно, но всегда чревато – от обретения призрачной славы до потери реальной жизни.

    Быть героем иногда очень почётно, но всегда чревато – от обретения призрачной славы до потери реальной жизни.

    — Замок Белого Волка · книга
19. «

    Моя подруга ничуть не более агрессивна, чем любая женщина, вынужденная прерваться в самый неподходящий момент, но как вампир она практикует весьма скудный ассортимент наказаний за проступок: увечье или смерть. Причем выбирать, как водится, ей...

    Моя подруга ничуть не более агрессивна, чем любая женщина, вынужденная прерваться в самый неподходящий момент, но как вампир она практикует весьма скудный ассортимент наказаний за проступок: увечье или смерть. Причем выбирать, как водится, ей...

    — Вкус вампира · книга
20. «

    Совесть... Абсолютно бесполезное и бессмысленное чувство, раньше его называли страх божий. Имеешь его в душе — значит, не можешь поступить плохо.

    Совесть... Абсолютно бесполезное и бессмысленное чувство, раньше его называли страх божий. Имеешь его в душе — значит, не можешь поступить плохо.

    — Демон по вызову · книга