83 цитаты Андрея Курпатова для тех, кто любит думать

Андрей Курпатов — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 83 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Конечно, интересно учиться новому. Но ровно первые пять минут, а потом мозг начнёт страдать. Мозгу же предстоит перестраивать самого себя под новый опыт, формировать новые навыки. То есть фактически ему сейчас придётся перекладывать внутри самого себя нервные пути – анатомически меняться, шипики канделовские растить

   Конечно, интересно учиться новому. Но ровно первые пять минут, а потом мозг начнёт страдать. Мозгу же предстоит перестраивать самого себя под новый опыт, формировать новые навыки. То есть фактически ему сейчас придётся перекладывать внутри самого себя нервные пути – анатомически меняться, шипики канделовские растить

   — Красная таблетка-2. Вся правда об успехе · книга
2. «

   Это научный факт: то, что мы помним, знаем или думаем, зависит не от реального положения дел, а от того, в какую именно игру с нами играет наш мозг. Он не хочет помнить плохое — и вуаля, вы этого не помните!

   Это научный факт: то, что мы помним, знаем или думаем, зависит не от реального положения дел, а от того, в какую именно игру с нами играет наш мозг. Он не хочет помнить плохое — и вуаля, вы этого не помните!

   — Красная таблетка · книга
3. «

   Рай не наступит, когда ваша финальная, как вам сейчас кажется, цель будет достигнута, Вы останетесь с тем же внутренним напряжением ретикулярной формации и с теми же желаниями, которые, удовлетворившись, воскресают снова, но с ещё большей силой. Продолжая работать, реализовывая свои амбиции последовательно – от десятилетия к десятилетию, – вы сможете проживать жизнь как долгий, последовательный подъем вверх. В противном случае быстрый взлёт, скорее всего, обернётся эмоциональным падением, тотальным разочарованием и чувством опустошённости.

   Рай не наступит, когда ваша финальная, как вам сейчас кажется, цель будет достигнута, Вы останетесь с тем же внутренним напряжением ретикулярной формации и с теми же желаниями, которые, удовлетворившись, воскресают снова, но с ещё большей силой. Продолжая работать, реализовывая свои амбиции последовательно – от десятилетия к десятилетию, – вы сможете проживать жизнь как долгий, последовательный подъем вверх. В противном случае быстрый взлёт, скорее всего, обернётся эмоциональным падением, тотальным разочарованием и чувством опустошённости.

   — Красная таблетка-2. Вся правда об успехе · книга
4. «

   «Если что-то тебя не устраивает, измени к этому свое отношение». Фраза глуповата, а потому многих раздражает. Что значит «изменить отношение»? Вот, например, если меня кто-то раздражает, я, конечно, могу изменить к нему свое отношение — считал подлецом, буду считать дураком, но он все равно меня раздражает! Какая разница?

   «Если что-то тебя не устраивает, измени к этому свое отношение». Фраза глуповата, а потому многих раздражает. Что значит «изменить отношение»? Вот, например, если меня кто-то раздражает, я, конечно, могу изменить к нему свое отношение — считал подлецом, буду считать дураком, но он все равно меня раздражает! Какая разница?

   — Любить или не любить? · книга
5. «

   Создатель асептики, венгерский врач-акушер Игнац Филипп Земмельвайс, был поднят коллегами на смех, а потом и вовсе признан душевнобольным за убеждение, что врачи должны дезинфицировать руки и инструменты перед хирургической операцией. При жизни Винсента Ван Гога не было продано ни одной его картины, и больницы для умалишённых ему тоже не удалось избежать. Это тупиковый путь — искать признания. Даже если и не дойдёт до крайности, как в случае с Земмельвайсом, существует и другой, вполне реальный риск. Если мотивировать себя ожиданием общественного признания, попадаешь в зависимость от чужих оценок и в какой-то момент уже не можешь заниматься тем, что считаешь действительно важным. Подобное случалось со многими, и поверьте, это тяжёлая психологическая травма.

   Создатель асептики, венгерский врач-акушер Игнац Филипп Земмельвайс, был поднят коллегами на смех, а потом и вовсе признан душевнобольным за убеждение, что врачи должны дезинфицировать руки и инструменты перед хирургической операцией. При жизни Винсента Ван Гога не было продано ни одной его картины, и больницы для умалишённых ему тоже не удалось избежать. Это тупиковый путь — искать признания. Даже если и не дойдёт до крайности, как в случае с Земмельвайсом, существует и другой, вполне реальный риск. Если мотивировать себя ожиданием общественного признания, попадаешь в зависимость от чужих оценок и в какой-то момент уже не можешь заниматься тем, что считаешь действительно важным. Подобное случалось со многими, и поверьте, это тяжёлая психологическая травма.

   — Красная таблетка · книга
6. «

   Относиться к себе слишком серьёзно – это смешно. Никто из нас, сколь бы мы прекрасными ни были, ничего особенного собой не представляет. Миллиарды людей жили до нас, миллиарды живут вместе с нами, миллиарды, надо полагать, будут жить после. А потом всё это вообще взорвётся к чёртовой матери и растает в небытии нового «Большого взрыва», ну или просто в аккуратной «чёрной дырочке», цедящей едва заметным излучением товарища Хокинга.

   Относиться к себе слишком серьёзно – это смешно. Никто из нас, сколь бы мы прекрасными ни были, ничего особенного собой не представляет. Миллиарды людей жили до нас, миллиарды живут вместе с нами, миллиарды, надо полагать, будут жить после. А потом всё это вообще взорвётся к чёртовой матери и растает в небытии нового «Большого взрыва», ну или просто в аккуратной «чёрной дырочке», цедящей едва заметным излучением товарища Хокинга.

   — Красная таблетка · книга
7. «

   Проблема ведь не в том, что мир плох или вам почему-то катастрофически не везёт. Проблема в том, что вы думаете, что вы думаете правильно. Мы все так думаем, это универсальное заблуждение.

   Проблема ведь не в том, что мир плох или вам почему-то катастрофически не везёт. Проблема в том, что вы думаете, что вы думаете правильно. Мы все так думаем, это универсальное заблуждение.

   — Красная таблетка · книга
8. «

   Мы никогда не вернёмся в прежний животный рай, из которого нас изгнали. Даже Альцгеймер нас в него не вернёт. Эта плёнка засвечена, защитный слой снят. Придётся играть в эту игру до конца. Родившись, мы обречены на жизнь. Став человеком разумным, мы обречены на жизнь в культуре, а она сложна и противоречива.

   Мы никогда не вернёмся в прежний животный рай, из которого нас изгнали. Даже Альцгеймер нас в него не вернёт. Эта плёнка засвечена, защитный слой снят. Придётся играть в эту игру до конца. Родившись, мы обречены на жизнь. Став человеком разумным, мы обречены на жизнь в культуре, а она сложна и противоречива.

   — Красная таблетка · книга
9. «

   Если человек думает, что его жизнь кого-то интересует, кроме него самого, он заблуждается (даже близким мы нужны какими-то, в каком-то своём качестве, а вовсе не сами по себе – не надо питать иллюзий). Но дважды заблуждается тот, кто не осознаёт, что его жизнь нужна ему самому.

   Если человек думает, что его жизнь кого-то интересует, кроме него самого, он заблуждается (даже близким мы нужны какими-то, в каком-то своём качестве, а вовсе не сами по себе – не надо питать иллюзий). Но дважды заблуждается тот, кто не осознаёт, что его жизнь нужна ему самому.

   — Красная таблетка-2. Вся правда об успехе · книга
10. «

    Мы – люди с мозгом кроманьонца – принуждены жить в культуре, в социальных мифах, в мегаполисах, в бизнесе, в семье. Весь мир, который мы видим перед собой, нам неорганичен, несмотря на то что именно мы совместными усилиями его и создали. Теперь все наши хилые силы брошены на то, чтобы хоть как-то согласовать свою биологическую природу с жизнью, на которую мы обречены. Мы должны научиться жить в мире, где нет больше необходимости постоянно думать о выживании, но нужно научиться бороться с искушениями, на которые мы так падки.

    Мы – люди с мозгом кроманьонца – принуждены жить в культуре, в социальных мифах, в мегаполисах, в бизнесе, в семье. Весь мир, который мы видим перед собой, нам неорганичен, несмотря на то что именно мы совместными усилиями его и создали. Теперь все наши хилые силы брошены на то, чтобы хоть как-то согласовать свою биологическую природу с жизнью, на которую мы обречены. Мы должны научиться жить в мире, где нет больше необходимости постоянно думать о выживании, но нужно научиться бороться с искушениями, на которые мы так падки.

    — Красная таблетка-2. Вся правда об успехе · книга
11. «

    То, каким вы себя знаете, – это лишь следствие вполне определённых внешних обстоятельств. Если они существенно изменятся, вы, вероятно, уже не сможете себя узнать.

    То, каким вы себя знаете, – это лишь следствие вполне определённых внешних обстоятельств. Если они существенно изменятся, вы, вероятно, уже не сможете себя узнать.

    — Красная таблетка · книга
12. «

    Учитесь испытывать удовольствие от незнания, радость от неопределённости, от незавершённости, от... перспективы. До тех пор пока вы способны испытывать любопытство и живой интерес, ваша жизнь, поверьте, будет вам нравиться. Как только вам покажется, что вы всё знаете, она потеряет для вас ценность.

    Учитесь испытывать удовольствие от незнания, радость от неопределённости, от незавершённости, от... перспективы. До тех пор пока вы способны испытывать любопытство и живой интерес, ваша жизнь, поверьте, будет вам нравиться. Как только вам покажется, что вы всё знаете, она потеряет для вас ценность.

    — Красная таблетка · книга
13. «

    С тех пор я придерживаюсь строгого правила: когда говоришь что-то, помни о значении каждого своего слова. Тогда, кстати, нетрудно заметить, что в высказывании: «Все дебилы!» первое слово — «все». Включая, соответственно, и того, кто изрекает эту невероятную «мудрость». Так что, принимая решение под воздействием подобного «откровения», лучше подумать дважды.

    С тех пор я придерживаюсь строгого правила: когда говоришь что-то, помни о значении каждого своего слова. Тогда, кстати, нетрудно заметить, что в высказывании: «Все дебилы!» первое слово — «все». Включая, соответственно, и того, кто изрекает эту невероятную «мудрость». Так что, принимая решение под воздействием подобного «откровения», лучше подумать дважды.

    — Красная таблетка · книга
14. «

    Вы не управляете своим поведением, не контролируете ваши мысли, но вы и есть это поведение, вы и есть эти ваши мысли.

    Вы не управляете своим поведением, не контролируете ваши мысли, но вы и есть это поведение, вы и есть эти ваши мысли.

    — Красная таблетка · книга
15. «

    Неврастения движется подобно снежной лавине — всё начинается с небольшого внутреннего конфликта — «больного пункта» — или просто с перенапряжения, а дальше одно начинает цепляться за другое. Истощаясь, наша нервная система становится значительно более чувствительной и ранимой, именно поэтому у нас возрастает общая тревожность и появляются самые разнообразные страхи, увеличивается раздражительность, а это, в свою очередь, приводит к ещё большему истощению нашего психического аппарата. Перенапряжение приводит к нарушениям сна, и мы лишаемся полноценного отдыха, что при неврастении, как вы понимаете, смерти подобно.

    Неврастения движется подобно снежной лавине — всё начинается с небольшого внутреннего конфликта — «больного пункта» — или просто с перенапряжения, а дальше одно начинает цепляться за другое. Истощаясь, наша нервная система становится значительно более чувствительной и ранимой, именно поэтому у нас возрастает общая тревожность и появляются самые разнообразные страхи, увеличивается раздражительность, а это, в свою очередь, приводит к ещё большему истощению нашего психического аппарата. Перенапряжение приводит к нарушениям сна, и мы лишаемся полноценного отдыха, что при неврастении, как вы понимаете, смерти подобно.

    — Средство от усталости · книга
16. «

    Но пока мы обманываем себя, мы слепы. Ложь — признак страха. И нет силы, которая ослепляла бы нас сильнее. Пока мы боимся, мы не видим ничего, кроме собственной лжи.

    Но пока мы обманываем себя, мы слепы. Ложь — признак страха. И нет силы, которая ослепляла бы нас сильнее. Пока мы боимся, мы не видим ничего, кроме собственной лжи.

    — Красная таблетка · книга
17. «

    Всё, что вы думали о значении своего сознания в собственной жизни, – чушь, забудьте!

    Всё, что вы думали о значении своего сознания в собственной жизни, – чушь, забудьте!

    — Красная таблетка · книга
18. «

    Они познакомились с ним еще в университете. И были друзьями, ну, или считались таковыми. Поскольку у Кирилла в принципе не было друзей, то, с учетом оговорок, его отношения с Ильей действительно можно было бы назвать дружескими. Так или иначе, но это были особенные отношения, которые с течением времени становились все более и более непростыми. Окружающим Илья и Кирилл казались очень похожими друг на друга. Некоторые даже всерьез утверждали, что они – братья. Оба отличались умом, хваткой и жесткостью. Что-то странно общее было в их способе принимать решения, в их поступках, образе мыслей. Они увлекались одними и теми же проблемами, читали одни и те же книги, у них были совместные дела и общие «правила игры». Кирилл, как робот, лишенный всякой человечности, не понимал, что такое искренность и откровенность. Для него эти понятия были синонимом «слабости». Илья думал иначе. Чтобы быть открытым и искренним, Илье требовались огромные усилия. Так что подобные проявления человеческой натуры он считал проявлениями силы, а не слабости. Впрочем, все это Илья понял слишком поздно

    Они познакомились с ним еще в университете. И были друзьями, ну, или считались таковыми. Поскольку у Кирилла в принципе не было друзей, то, с учетом оговорок, его отношения с Ильей действительно можно было бы назвать дружескими. Так или иначе, но это были особенные отношения, которые с течением времени становились все более и более непростыми. Окружающим Илья и Кирилл казались очень похожими друг на друга. Некоторые даже всерьез утверждали, что они – братья. Оба отличались умом, хваткой и жесткостью. Что-то странно общее было в их способе принимать решения, в их поступках, образе мыслей. Они увлекались одними и теми же проблемами, читали одни и те же книги, у них были совместные дела и общие «правила игры». Кирилл, как робот, лишенный всякой человечности, не понимал, что такое искренность и откровенность. Для него эти понятия были синонимом «слабости». Илья думал иначе. Чтобы быть открытым и искренним, Илье требовались огромные усилия. Так что подобные проявления человеческой натуры он считал проявлениями силы, а не слабости. Впрочем, все это Илья понял слишком поздно

    — Возьми с собой плеть (вторая скрижаль завета) · книга
19. «

    Именно то, к чему мы привязаны, является нашим слабым звеном, именно наши желания, сталкивающиеся с невозможностью своей реализации, и сводят нас с ума.

    Именно то, к чему мы привязаны, является нашим слабым звеном, именно наши желания, сталкивающиеся с невозможностью своей реализации, и сводят нас с ума.

    — Средство от усталости · книга
20. «

    Мир никому мёдом не намазан, поэтому давайте не будем друг другу врать: пусть человек и не должен страдать, но страдать он будет. Всякие утверждения обратного вводят людей, да и нас самих в заблуждение. Впрочем, если бы только это, то полбеды. Но есть и вторая часть, сугубо нейрофизиологическая: наш мозг ленив, поэтому он будет страдать в любом случае, если ему надо хоть чуть-чуть напрячься – учитесь ли вы чему-то, работаете, просто строите отношения с другим человеком. Всё это труд, требующий от мозга интеллектуального напряжения, формирования новых нейронных связей, построения сложных моделей реальности, учитывающих интересы других людей, и т. д. и т. п. То есть он сидит там у вас в черепной коробочке – тихо ему, тепло и спокойно. А тут бац, надо что-то делать – вникать, разбираться, поднимать попу с дивана и волочить её куда-то. Понятное дело, он не хочет.

    Мир никому мёдом не намазан, поэтому давайте не будем друг другу врать: пусть человек и не должен страдать, но страдать он будет. Всякие утверждения обратного вводят людей, да и нас самих в заблуждение. Впрочем, если бы только это, то полбеды. Но есть и вторая часть, сугубо нейрофизиологическая: наш мозг ленив, поэтому он будет страдать в любом случае, если ему надо хоть чуть-чуть напрячься – учитесь ли вы чему-то, работаете, просто строите отношения с другим человеком. Всё это труд, требующий от мозга интеллектуального напряжения, формирования новых нейронных связей, построения сложных моделей реальности, учитывающих интересы других людей, и т. д. и т. п. То есть он сидит там у вас в черепной коробочке – тихо ему, тепло и спокойно. А тут бац, надо что-то делать – вникать, разбираться, поднимать попу с дивана и волочить её куда-то. Понятное дело, он не хочет.

    — Красная таблетка-2. Вся правда об успехе · книга