24 цитаты Андрея Левоновича Шляхова — подборка на все случаи

Подборка из 24 цитаты Андрея Левоновича Шляхова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Когда я долго не играю, долго не готовлю новой роли, я себя чувствую как пианист, у которого ампутированы руки.

   Когда я долго не играю, долго не готовлю новой роли, я себя чувствую как пианист, у которого ампутированы руки.

   — Фаина Раневская · книга
2. «

   Работу, между прочим, каждый сам себе выбирает и каждый сам для себя решает, останется он на этой работе человеком или собакой станет.

   Работу, между прочим, каждый сам себе выбирает и каждый сам для себя решает, останется он на этой работе человеком или собакой станет.

   — Рябчиков · книга
3. «

   Умирать не страшно. Страшно сознавать, что чего-то хорошего больше в твоей жизни не будет.

   Умирать не страшно. Страшно сознавать, что чего-то хорошего больше в твоей жизни не будет.

   — Пациент · книга
4. «

   Жизнь просто обожает устраивать сюрпризы. Уверен в чем-то? Получи совершенно противоположный результат! Ждешь одного? Получай другое! Выстроил четкий план действий? Забудь о нем!

   Жизнь просто обожает устраивать сюрпризы. Уверен в чем-то? Получи совершенно противоположный результат! Ждешь одного? Получай другое! Выстроил четкий план действий? Забудь о нем!

   — Доктор Данилов в морге, или Невероятные будни патологоанатома · книга
5. «

   Опасайтесь состояния, когда все хорошо настолько, что лучше и быть не может! После него обычно наступает черная полоса шириной во всю оставшуюся жизнь. Этот мир завязан на балансе черного и белого, плохого и хорошего… Пусть все будет хорошо, но еще лучше, когда для полного блаженства не хватает какой-то малости. Так надежней.

   Опасайтесь состояния, когда все хорошо настолько, что лучше и быть не может! После него обычно наступает черная полоса шириной во всю оставшуюся жизнь. Этот мир завязан на балансе черного и белого, плохого и хорошего… Пусть все будет хорошо, но еще лучше, когда для полного блаженства не хватает какой-то малости. Так надежней.

   — Доктор Данилов в роддоме, или Мужикам тут не место · книга
6. «

   Еще и жить толком не начал — а тут уже старость на пороге маячит.

   Еще и жить толком не начал — а тут уже старость на пороге маячит.

   — Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад! · книга
7. «

   Но кто сказал, что глупая мысль не может поселиться в умной голове? Дуракам ведь иногда умные мысли в голову приходят.

   Но кто сказал, что глупая мысль не может поселиться в умной голове? Дуракам ведь иногда умные мысли в голову приходят.

   — Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад! · книга
8. «

   Если все вдруг идет необычно гладко, то это не означает, что жизнь наконец-то наладилась. Просто провидение решило поразвлечься. Оно не стало равномерно распределять неприятности, а приберегло их до особого случая, чтобы выдать разом.

   Если все вдруг идет необычно гладко, то это не означает, что жизнь наконец-то наладилась. Просто провидение решило поразвлечься. Оно не стало равномерно распределять неприятности, а приберегло их до особого случая, чтобы выдать разом.

   — Доктор Данилов в роддоме, или Мужикам тут не место · книга
9. «

   Винить — бесперспективное занятие. Я анализирую и делаю выводы.

   Винить — бесперспективное занятие. Я анализирую и делаю выводы.

   — Доктор Данилов в роддоме, или Мужикам тут не место · книга
10. «

    Нельзя отбирать у человека его заблуждения. Человек без заблуждений подобен дереву без корней — ему нечем цепляться за реальность.

    Нельзя отбирать у человека его заблуждения. Человек без заблуждений подобен дереву без корней — ему нечем цепляться за реальность.

    — Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад! · книга
11. «

    Дело в том, что стоит только впустить женщину в свою жизнь, как она тотчас же начинает опутывать тебя какими-то обязательствами и внушать, что отношения немыслимы без жертв. Это очень напрягает...

    Дело в том, что стоит только впустить женщину в свою жизнь, как она тотчас же начинает опутывать тебя какими-то обязательствами и внушать, что отношения немыслимы без жертв. Это очень напрягает...

    — Полянский · книга
12. «

    Стоит только задуматься о том, что скажут люди, как жизнь сразу же начинает катиться к чертям. Опасный это вопрос, лучше никогда его не задавать. Ни себе, ни окружающим.

    Стоит только задуматься о том, что скажут люди, как жизнь сразу же начинает катиться к чертям. Опасный это вопрос, лучше никогда его не задавать. Ни себе, ни окружающим.

    — Фаина Раневская · книга
13. «

    Самое худшее — это чувствовать свою беспомощность, а самое противное — подчиняться дуракам.

    Самое худшее — это чувствовать свою беспомощность, а самое противное — подчиняться дуракам.

    — Скорая помощь. Обычные ужасы и необычная жизнь доктора Данилова · книга
14. «

    Великие актрисы – они ведь тоже бывают разные. Смотришь на одну и понимаешь, что она ни на кого не похожа, а взглянешь на другую – и сразу вспомнишь соседку тетю Машу.

    Великие актрисы – они ведь тоже бывают разные. Смотришь на одну и понимаешь, что она ни на кого не похожа, а взглянешь на другую – и сразу вспомнишь соседку тетю Машу.

    — Фаина Раневская. Одинокая насмешница · книга
15. «

    Кто знает – будь детство Фаины Фельдман другим, таким, как ей самой хотелось его видеть, мир мог бы остаться без великой актрисы Фаины Георгиевны Раневской.

    Кто знает – будь детство Фаины Фельдман другим, таким, как ей самой хотелось его видеть, мир мог бы остаться без великой актрисы Фаины Георгиевны Раневской.

    — Фаина Раневская. Одинокая насмешница · книга
16. «

    Тринадцать заповедей патологоанатома: 1. Не верь врачам, залечившим пациента до летального исхода. 2. Будь почтителен с тем, кто уже отправился в последний путь. 3. Никогда не отчаивайся, если не можешь найти причину смерти; указывай, какую пожелаешь, ведь ты – последняя инстанция. 4. Пьянство на рабочем месте – не порок, а одна из издержек профессии. 5. Спи сном праведника, ведь ты всегда и во всем прав. 6. Не ищи смысл жизни во время вскрытия. 7. Всегда помни о смерти – твоем поставщике. 8. Если твой пациент начинает предъявлять жалобы, гони его из морга. 9. Прежде чем знакомиться с девушкой, придумай себе менее пугающую специальность. 10. Не уверен – не вскрывай! 11. Не жалей сил для поиска истины. Чем больше найдешь, тем больше унесешь. 12. Поговорку «Семь раз отмерь – один раз отрежь» придумали идиоты. 13. Скальпель в твоей руке не просто нож, а оружие возмездия.

    Тринадцать заповедей патологоанатома: 1. Не верь врачам, залечившим пациента до летального исхода. 2. Будь почтителен с тем, кто уже отправился в последний путь. 3. Никогда не отчаивайся, если не можешь найти причину смерти; указывай, какую пожелаешь, ведь ты – последняя инстанция. 4. Пьянство на рабочем месте – не порок, а одна из издержек профессии. 5. Спи сном праведника, ведь ты всегда и во всем прав. 6. Не ищи смысл жизни во время вскрытия. 7. Всегда помни о смерти – твоем поставщике. 8. Если твой пациент начинает предъявлять жалобы, гони его из морга. 9. Прежде чем знакомиться с девушкой, придумай себе менее пугающую специальность. 10. Не уверен – не вскрывай! 11. Не жалей сил для поиска истины. Чем больше найдешь, тем больше унесешь. 12. Поговорку «Семь раз отмерь – один раз отрежь» придумали идиоты. 13. Скальпель в твоей руке не просто нож, а оружие возмездия.

    — Доктор Данилов в морге, или Невероятные будни патологоанатома · книга
17. «

    У нас дома стоял рояль «Блютнер», — вспоминал Андрей, — но до четырёх лет я был убеждён, что это фамилия рояля. Дело в том, что к нам часто приходил композитор Матвей Исаакович Блантер. Я был уверен, что Блантер, Блютнер — это одна и та же фамилия. Вообще, мои родители очень музыкальные люди, и они мечтали, чтобы я стал пианистом. Ещё буквально в грудном возрасте меня подносили к инструменту, я бил по клавишам и уже тогда произносил фамилию великого композитора: «Бах. бах, бах». Ну и родители сочли это достаточным основанием, чтобы пригласить ко мне учителя музыки. Это был очень пожилой человек с печальными глазами. Он сыграл мне что-то и попросил меня повторить. Как мог, я повторил. Глаза его стали ещё печальнее. Он сказал: «К сожалению, у этого мальчика нет слуха». Тогда вмешалась бабушка, она была очень энергичная женщина, и сказала: «Я не понимаю, а зачем мальчику слух, он же будет играть, а не слушать. И потом, его отец великолепно играет на рояле, разве это не передаётся по наследству?» А музыкант был такой интеллигентный человек, он сказал: «Не волнуйтесь, мадам, рояль передаётся».

    У нас дома стоял рояль «Блютнер», — вспоминал Андрей, — но до четырёх лет я был убеждён, что это фамилия рояля. Дело в том, что к нам часто приходил композитор Матвей Исаакович Блантер. Я был уверен, что Блантер, Блютнер — это одна и та же фамилия. Вообще, мои родители очень музыкальные люди, и они мечтали, чтобы я стал пианистом. Ещё буквально в грудном возрасте меня подносили к инструменту, я бил по клавишам и уже тогда произносил фамилию великого композитора: «Бах. бах, бах». Ну и родители сочли это достаточным основанием, чтобы пригласить ко мне учителя музыки. Это был очень пожилой человек с печальными глазами. Он сыграл мне что-то и попросил меня повторить. Как мог, я повторил. Глаза его стали ещё печальнее. Он сказал: «К сожалению, у этого мальчика нет слуха». Тогда вмешалась бабушка, она была очень энергичная женщина, и сказала: «Я не понимаю, а зачем мальчику слух, он же будет играть, а не слушать. И потом, его отец великолепно играет на рояле, разве это не передаётся по наследству?» А музыкант был такой интеллигентный человек, он сказал: «Не волнуйтесь, мадам, рояль передаётся».

    — Андрей Миронов · книга
18. «

    Всех пробегающих мимо следует задерживать для выяснения обстоятельств, помешавших им идти спокойно.

    Всех пробегающих мимо следует задерживать для выяснения обстоятельств, помешавших им идти спокойно.

    — Доктор Данилов в роддоме, или Мужикам тут не место · книга
19. «

    Я просто подумала — как же это здорово, когда тебя любят до полного изнеможения, так, что и пальцем пошевелить сил нет...

    Я просто подумала — как же это здорово, когда тебя любят до полного изнеможения, так, что и пальцем пошевелить сил нет...

    — Оксана · книга
20. «

    Неисповедимы пути людского воображения.

    Неисповедимы пути людского воображения.

    — Доктор Данилов в морге, или Невероятные будни патологоанатома · книга