28 лучших фраз Андрея Левоновича Шляхова

Подборка из 28 цитат Андрея Левоновича Шляхова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Американцы всегда говорят о демократии, когда им надо кого-нибудь ограбить или обмануть.

   Американцы всегда говорят о демократии, когда им надо кого-нибудь ограбить или обмануть.

   — Реальный чувак · книга
2. «

   Предвкушение удовольствия лучше самого удовольствия.

   Предвкушение удовольствия лучше самого удовольствия.

   — Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад! · книга
3. «

   Я просто подумала — как же это здорово, когда тебя любят до полного изнеможения, так, что и пальцем пошевелить сил нет...

   Я просто подумала — как же это здорово, когда тебя любят до полного изнеможения, так, что и пальцем пошевелить сил нет...

   — Оксана · книга
4. «

   Когда я долго не играю, долго не готовлю новой роли, я себя чувствую как пианист, у которого ампутированы руки.

   Когда я долго не играю, долго не готовлю новой роли, я себя чувствую как пианист, у которого ампутированы руки.

   — Фаина Раневская · книга
5. «

   А потом — стакан чая. Черного, как моя совесть, и горького, как моя жизнь.

   А потом — стакан чая. Черного, как моя совесть, и горького, как моя жизнь.

   — Доктор Данилов в роддоме, или Мужикам тут не место · книга
6. «

   Сплетничать «на ушко», исподтишка распространять порочащие слухи, интриговать, сколачивать группировки, юлить, выгадывать — все это было не по ней.

   Сплетничать «на ушко», исподтишка распространять порочащие слухи, интриговать, сколачивать группировки, юлить, выгадывать — все это было не по ней.

   — Фаина Раневская. Одинокая насмешница · книга
7. «

   Винить — бесперспективное занятие. Я анализирую и делаю выводы.

   Винить — бесперспективное занятие. Я анализирую и делаю выводы.

   — Доктор Данилов в роддоме, или Мужикам тут не место · книга
8. «

   Великие актрисы – они ведь тоже бывают разные. Смотришь на одну и понимаешь, что она ни на кого не похожа, а взглянешь на другую – и сразу вспомнишь соседку тетю Машу.

   Великие актрисы – они ведь тоже бывают разные. Смотришь на одну и понимаешь, что она ни на кого не похожа, а взглянешь на другую – и сразу вспомнишь соседку тетю Машу.

   — Фаина Раневская. Одинокая насмешница · книга
9. «

   У нас дома стоял рояль «Блютнер», — вспоминал Андрей, — но до четырёх лет я был убеждён, что это фамилия рояля. Дело в том, что к нам часто приходил композитор Матвей Исаакович Блантер. Я был уверен, что Блантер, Блютнер — это одна и та же фамилия. Вообще, мои родители очень музыкальные люди, и они мечтали, чтобы я стал пианистом. Ещё буквально в грудном возрасте меня подносили к инструменту, я бил по клавишам и уже тогда произносил фамилию великого композитора: «Бах. бах, бах». Ну и родители сочли это достаточным основанием, чтобы пригласить ко мне учителя музыки. Это был очень пожилой человек с печальными глазами. Он сыграл мне что-то и попросил меня повторить. Как мог, я повторил. Глаза его стали ещё печальнее. Он сказал: «К сожалению, у этого мальчика нет слуха». Тогда вмешалась бабушка, она была очень энергичная женщина, и сказала: «Я не понимаю, а зачем мальчику слух, он же будет играть, а не слушать. И потом, его отец великолепно играет на рояле, разве это не передаётся по наследству?» А музыкант был такой интеллигентный человек, он сказал: «Не волнуйтесь, мадам, рояль передаётся».

   У нас дома стоял рояль «Блютнер», — вспоминал Андрей, — но до четырёх лет я был убеждён, что это фамилия рояля. Дело в том, что к нам часто приходил композитор Матвей Исаакович Блантер. Я был уверен, что Блантер, Блютнер — это одна и та же фамилия. Вообще, мои родители очень музыкальные люди, и они мечтали, чтобы я стал пианистом. Ещё буквально в грудном возрасте меня подносили к инструменту, я бил по клавишам и уже тогда произносил фамилию великого композитора: «Бах. бах, бах». Ну и родители сочли это достаточным основанием, чтобы пригласить ко мне учителя музыки. Это был очень пожилой человек с печальными глазами. Он сыграл мне что-то и попросил меня повторить. Как мог, я повторил. Глаза его стали ещё печальнее. Он сказал: «К сожалению, у этого мальчика нет слуха». Тогда вмешалась бабушка, она была очень энергичная женщина, и сказала: «Я не понимаю, а зачем мальчику слух, он же будет играть, а не слушать. И потом, его отец великолепно играет на рояле, разве это не передаётся по наследству?» А музыкант был такой интеллигентный человек, он сказал: «Не волнуйтесь, мадам, рояль передаётся».

   — Андрей Миронов · книга
10. «

    Прежде, чем завязать новые отношения, надо завершить старые, иначе жизнь запутается в такой клубок, что вовек не распутать.

    Прежде, чем завязать новые отношения, надо завершить старые, иначе жизнь запутается в такой клубок, что вовек не распутать.

    — Доктор Данилов в морге, или Невероятные будни патологоанатома · книга
11. «

    Учился он на тройки, утверждая, что лучше закончить институт с красным лицом и синим дипломом, чем наоборот.

    Учился он на тройки, утверждая, что лучше закончить институт с красным лицом и синим дипломом, чем наоборот.

    — Доктор Данилов в роддоме, или Мужикам тут не место · книга
12. «

    Опасайтесь состояния, когда все хорошо настолько, что лучше и быть не может! После него обычно наступает черная полоса шириной во всю оставшуюся жизнь. Этот мир завязан на балансе черного и белого, плохого и хорошего… Пусть все будет хорошо, но еще лучше, когда для полного блаженства не хватает какой-то малости. Так надежней.

    Опасайтесь состояния, когда все хорошо настолько, что лучше и быть не может! После него обычно наступает черная полоса шириной во всю оставшуюся жизнь. Этот мир завязан на балансе черного и белого, плохого и хорошего… Пусть все будет хорошо, но еще лучше, когда для полного блаженства не хватает какой-то малости. Так надежней.

    — Доктор Данилов в роддоме, или Мужикам тут не место · книга
13. «

    Кто знает – будь детство Фаины Фельдман другим, таким, как ей самой хотелось его видеть, мир мог бы остаться без великой актрисы Фаины Георгиевны Раневской.

    Кто знает – будь детство Фаины Фельдман другим, таким, как ей самой хотелось его видеть, мир мог бы остаться без великой актрисы Фаины Георгиевны Раневской.

    — Фаина Раневская. Одинокая насмешница · книга
14. «

    Работу, между прочим, каждый сам себе выбирает и каждый сам для себя решает, останется он на этой работе человеком или собакой станет.

    Работу, между прочим, каждый сам себе выбирает и каждый сам для себя решает, останется он на этой работе человеком или собакой станет.

    — Рябчиков · книга
15. «

    ...лучше десять раз необоснованно госпитализировать, чем один раз необоснованно отказать в госпитализации!

    ...лучше десять раз необоснованно госпитализировать, чем один раз необоснованно отказать в госпитализации!

    — Доктор Данилов в роддоме, или Мужикам тут не место · книга
16. «

    Если все вдруг идет необычно гладко, то это не означает, что жизнь наконец-то наладилась. Просто провидение решило поразвлечься. Оно не стало равномерно распределять неприятности, а приберегло их до особого случая, чтобы выдать разом.

    Если все вдруг идет необычно гладко, то это не означает, что жизнь наконец-то наладилась. Просто провидение решило поразвлечься. Оно не стало равномерно распределять неприятности, а приберегло их до особого случая, чтобы выдать разом.

    — Доктор Данилов в роддоме, или Мужикам тут не место · книга
17. «

    Это правда бывает одна, а глупость вариабельна и многогранна.

    Это правда бывает одна, а глупость вариабельна и многогранна.

    — Доктор Данилов в морге, или Невероятные будни патологоанатома · книга
18. «

    Всех пробегающих мимо следует задерживать для выяснения обстоятельств, помешавших им идти спокойно.

    Всех пробегающих мимо следует задерживать для выяснения обстоятельств, помешавших им идти спокойно.

    — Доктор Данилов в роддоме, или Мужикам тут не место · книга
19. «

    Нельзя отбирать у человека его заблуждения. Человек без заблуждений подобен дереву без корней — ему нечем цепляться за реальность.

    Нельзя отбирать у человека его заблуждения. Человек без заблуждений подобен дереву без корней — ему нечем цепляться за реальность.

    — Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад! · книга
20. «

    Сначала ждёшь принца, потом — просто героя, потом — просто мужчину...

    Сначала ждёшь принца, потом — просто героя, потом — просто мужчину...

    — Доктор Данилов в морге, или Невероятные будни патологоанатома · книга