16 цитат Андрея Платоновича Платонова, которые цепляют

Подборка из 16 цитат Андрея Платоновича Платонова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Даже для обыкновенного, несложного труда человеку необходимо внутреннее счастье.

   Даже для обыкновенного, несложного труда человеку необходимо внутреннее счастье.

   — Третий сын · книга
2. «

   Искусство должно умереть — в том смысле, что его должно заменить нечто обыкновенное, человеческое; человек может хорошо петь и без голоса, если в нём есть особый, сущий энтузиазм жизни.

   Искусство должно умереть — в том смысле, что его должно заменить нечто обыкновенное, человеческое; человек может хорошо петь и без голоса, если в нём есть особый, сущий энтузиазм жизни.

   — Записные книжки. Материалы к биографии · книга
3. «

   Многими свойствами наделен человек; если страстно думать над ними, то можно ржать от восторга даже собственного ежесекундного дыхания.

   Многими свойствами наделен человек; если страстно думать над ними, то можно ржать от восторга даже собственного ежесекундного дыхания.

   — Чевенгур · книга
4. «

   Как хорошо не только любить тебя, но и верить в тебя как в бога (с большой буквы), но и иметь в тебе личную свою религию. Любовь, перейдя в религию, только сохранит себя от гибели и от времени.

   Как хорошо не только любить тебя, но и верить в тебя как в бога (с большой буквы), но и иметь в тебе личную свою религию. Любовь, перейдя в религию, только сохранит себя от гибели и от времени.
5. «

   У многих людей ум заменяется наглостью, иронией, насмешкой — «Вы интеллигенты»... Но за этим — невежество хулигана. Эгоизм жулика.

   У многих людей ум заменяется наглостью, иронией, насмешкой — «Вы интеллигенты»... Но за этим — невежество хулигана. Эгоизм жулика.

   — Записные книжки. Материалы к биографии · книга
6. «

   Ты думаешь, это люди существуют? Ого! Это одна наружная кожа, до людей нам далеко идти, вот чего мне жалко!

   Ты думаешь, это люди существуют? Ого! Это одна наружная кожа, до людей нам далеко идти, вот чего мне жалко!

   — Жачев · книга
7. «

   Пишу о нашей любви. Это сверхъестественно тяжело. Я же просто отдираю корки с сердца и разглядываю его, чтобы записать, как оно мучается. Вообще, настоящий писатель это жертва и экспериментатор в одном лице. Но не нарочно это делается, а само собой так получается. Но это ничуть не облегчает личной судьбы писателя — он неминуемо исходит кровью.

   Пишу о нашей любви. Это сверхъестественно тяжело. Я же просто отдираю корки с сердца и разглядываю его, чтобы записать, как оно мучается. Вообще, настоящий писатель это жертва и экспериментатор в одном лице. Но не нарочно это делается, а само собой так получается. Но это ничуть не облегчает личной судьбы писателя — он неминуемо исходит кровью.

   — «Я прожил жизнь». Письма. 1920-1950 гг. · книга
8. «

   Жил с людьми, — вот и поседел от горя...

   Жил с людьми, — вот и поседел от горя...

   — Котлован · книга
9. «

   Человек болтлив, когда ему нечего сказать. Многие длинноты происходят из-за недостаточности мыслей и чувств.

   Человек болтлив, когда ему нечего сказать. Многие длинноты происходят из-за недостаточности мыслей и чувств.

   — Усомнившийся Макар · книга
10. «

    ... решающие жизнь истины существуют тайно в заброшенных книгах.

    ... решающие жизнь истины существуют тайно в заброшенных книгах.

    — Чевенгур · книга
11. «

    Ходил он опять по полю под облаками и думал обо всем — отчего так хорошо на свете, когда ничего тут нету хорошего и все дела известны.

    Ходил он опять по полю под облаками и думал обо всем — отчего так хорошо на свете, когда ничего тут нету хорошего и все дела известны.

    — Ерик · книга
12. «

    Скучные книги происходят от скучного читателя, ибо в книгах действует ищущая тоска читателя, а не умелость сочинителя.

    Скучные книги происходят от скучного читателя, ибо в книгах действует ищущая тоска читателя, а не умелость сочинителя.

    — Чевенгур · книга
13. «

    Не расти, девочка, затоскуешь.

    Не расти, девочка, затоскуешь.

    — Вощев · книга
14. «

    Прощай, неизъяснимая, у меня любовь рвёт сердце и душа стала бездной, где крутится вихрем пламя тоски по тебе.

    Прощай, неизъяснимая, у меня любовь рвёт сердце и душа стала бездной, где крутится вихрем пламя тоски по тебе.

    — «Я прожил жизнь». Письма. 1920-1950 гг. · книга
15. «

    И от работы ей стало легче; ручная работа лечит больную тоскующую душу.

    И от работы ей стало легче; ручная работа лечит больную тоскующую душу.

    — Взыскание погибших · книга
16. «

    Нигде человеку конца не найдёшь и масштабной карты души его составить нельзя.

    Нигде человеку конца не найдёшь и масштабной карты души его составить нельзя.

    — Сокровенный человек · книга