78 цитат Андрея Рубанова — коротко и по делу

Ниже 78 цитат Андрея Рубанова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Он пытался строить свою жизнь не на желаниях и мечтах о том, что будет, а на извлечении радости из того, что есть.

   Он пытался строить свою жизнь не на желаниях и мечтах о том, что будет, а на извлечении радости из того, что есть.

   — о савелии · книга
2. «

   Хорошая книга не дарит тебе откровение, хорошая книга укрепляет тебя в твоих самостоятельных догадках. Она обращается не к жажде информации, а к твоим страхам — дает понять, что ты не один, есть еще кто-то, кого мучают те же вопросы, что и тебя.

   Хорошая книга не дарит тебе откровение, хорошая книга укрепляет тебя в твоих самостоятельных догадках. Она обращается не к жажде информации, а к твоим страхам — дает понять, что ты не один, есть еще кто-то, кого мучают те же вопросы, что и тебя.

   — Хлорофилия · книга
3. «

   Диктатура красоты должна быть низложена. Сейчас красота не спасает мир, а губит его. Она — товар, она продается. Как и гармония. Посетите психоаналитика, запишитесь на курс йоги — вам взвесят, завернут и продадут любое количество первоклассной гармонии.

   Диктатура красоты должна быть низложена. Сейчас красота не спасает мир, а губит его. Она — товар, она продается. Как и гармония. Посетите психоаналитика, запишитесь на курс йоги — вам взвесят, завернут и продадут любое количество первоклассной гармонии.

   — Йод · книга
4. «

   Война кончится, когда начальство пожелает. Война кончится, когда майоры станут полковниками, а полковники — генералами. Когда все они добудут славу и ордена. А сколько солдатских жизней надо будет положить — о том они мало думают.

   Война кончится, когда начальство пожелает. Война кончится, когда майоры станут полковниками, а полковники — генералами. Когда все они добудут славу и ордена. А сколько солдатских жизней надо будет положить — о том они мало думают.

   — Человек из красного дерева · книга
5. «

   Почему жизнь пододвинула ко мне именно этих людей, а не каких-то других? Потому что свободы нет — каждый выбирает из того, что ему предложено. Я выбрал друзей из тех, кого подвела ко мне судьба. И она правильно сделала — их можно и нужно любить, моих друзей.

   Почему жизнь пододвинула ко мне именно этих людей, а не каких-то других? Потому что свободы нет — каждый выбирает из того, что ему предложено. Я выбрал друзей из тех, кого подвела ко мне судьба. И она правильно сделала — их можно и нужно любить, моих друзей.

   — Йод · книга
6. «

   Что такое память? По воле Создателя родились многие миллиарды — но память осталась о немногих. Кто знает, какие удивительные существа появились на свет в отдаленные времена? Может, до нас, деревянных людей, жили каменные люди, а до каменных — люди, вовсе не имеющие материального облика, а ещё раньше — люди, не уверенные, что они люди. Кто помнит о них? Устная память хранит историю около ста лет: от деда к внуку, дальше внук понемногу забывает сказанное дедом. Письменная память хранит историю от пятисот до тысячи лет; но любой, самый надежный и уважаемый письменный источник, — однажды вдруг подвергается жесткой критике, оспаривается, признаётся ничтожным. Прошлое так же подвижно, как и будущее. Незыблем лишь настоящий момент: сегодняшний, сейчас протекающий миг, неуловимый и ужасный в своей быстротечности.

   Что такое память? По воле Создателя родились многие миллиарды — но память осталась о немногих. Кто знает, какие удивительные существа появились на свет в отдаленные времена? Может, до нас, деревянных людей, жили каменные люди, а до каменных — люди, вовсе не имеющие материального облика, а ещё раньше — люди, не уверенные, что они люди. Кто помнит о них? Устная память хранит историю около ста лет: от деда к внуку, дальше внук понемногу забывает сказанное дедом. Письменная память хранит историю от пятисот до тысячи лет; но любой, самый надежный и уважаемый письменный источник, — однажды вдруг подвергается жесткой критике, оспаривается, признаётся ничтожным. Прошлое так же подвижно, как и будущее. Незыблем лишь настоящий момент: сегодняшний, сейчас протекающий миг, неуловимый и ужасный в своей быстротечности.

   — Человек из красного дерева · книга
7. «

   Время лечит ото всего, любую боль вымывает, в этом его бесценное свойство.

   Время лечит ото всего, любую боль вымывает, в этом его бесценное свойство.

   — Человек из красного дерева · книга
8. «

   Нет такого удовольствия, к которому нельзя привыкнуть, и когда ты к нему привыкаешь — ты его лишаешься.

   Нет такого удовольствия, к которому нельзя привыкнуть, и когда ты к нему привыкаешь — ты его лишаешься.

   — Финист – ясный сокол · книга
9. «

   Если мужчина гордится своей женщиной — это счастье. Женщине можно многое простить, когда она дает повод для гордости.

   Если мужчина гордится своей женщиной — это счастье. Женщине можно многое простить, когда она дает повод для гордости.

   — Хлорофилия · книга
10. «

    Ребенок, рожденный в любви, гарантированно получает Божью искру. даже если любовь — на одну ночь. даже если на десять минут...

    Ребенок, рожденный в любви, гарантированно получает Божью искру. даже если любовь — на одну ночь. даже если на десять минут...

    — Смирнов · книга
11. «

    Самые страшные и опасные люди всегда держатся в тени, и вид их таков, что нельзя запомнить.

    Самые страшные и опасные люди всегда держатся в тени, и вид их таков, что нельзя запомнить.

    — Финист – ясный сокол · книга
12. «

    Вот, например, «активная жизненная позиция». Знаешь, что это? Если в камере творится какое-то непотребство, ты не можешь просто отвернуться и сделать вид, что не видишь. Здесь можешь, а там нет. Там ты должен встать и остановить это дело. Если не остановил, значит, ты такой же. Впрочем, сейчас этой этики уже не все придерживаются…

    Вот, например, «активная жизненная позиция». Знаешь, что это? Если в камере творится какое-то непотребство, ты не можешь просто отвернуться и сделать вид, что не видишь. Здесь можешь, а там нет. Там ты должен встать и остановить это дело. Если не остановил, значит, ты такой же. Впрочем, сейчас этой этики уже не все придерживаются…
13. «

    Женщины не любят, когда мужики забиваются в какой-нибудь угол и молча страдают. Пьют, жрут всякую дрянь, с ума сходят… Женщины не уважают страдальцев. Страдальцу можно сочувствовать, можно его жалеть, можно ему помогать – но уважать нельзя. Женщина хочет иметь счастливое потомство от счастливого мужчины. А если мужик страдает – значит, и дети его будут страдать. Страдальцы никому не нужны.

    Женщины не любят, когда мужики забиваются в какой-нибудь угол и молча страдают. Пьют, жрут всякую дрянь, с ума сходят… Женщины не уважают страдальцев. Страдальцу можно сочувствовать, можно его жалеть, можно ему помогать – но уважать нельзя. Женщина хочет иметь счастливое потомство от счастливого мужчины. А если мужик страдает – значит, и дети его будут страдать. Страдальцы никому не нужны.

    — жена Савелия Герца · книга
14. «

    С болезнями невозможно примириться. Больной человек беспомощен и сам себе отвратителен. Все болезни сводятся к смерти, полной или частичной.

    С болезнями невозможно примириться. Больной человек беспомощен и сам себе отвратителен. Все болезни сводятся к смерти, полной или частичной.

    — Патриот · книга
15. «

    Впрочем, у великих судеб часто бесславные финалы.

    Впрочем, у великих судеб часто бесславные финалы.

    — Боги Богов · книга
16. «

    Убивая, я был человеком. Мыслящим зверем. Клыкастый, рычащий, безжалостный, выскочил из человека, содеял ужасное, а потом обратно спрятался, как будто его и не было. А потом и человек спрятался, и снова я стал цельнодеревянным чудищем.

    Убивая, я был человеком. Мыслящим зверем. Клыкастый, рычащий, безжалостный, выскочил из человека, содеял ужасное, а потом обратно спрятался, как будто его и не было. А потом и человек спрятался, и снова я стал цельнодеревянным чудищем.

    — Человек из красного дерева · книга
17. «

    Я — человек, и вера моя — человеческая. Я верю только в то, что делает меня крепче.

    Я — человек, и вера моя — человеческая. Я верю только в то, что делает меня крепче.

    — Финист – ясный сокол · книга
18. «

    Ночная Москва хороша и прихотлива. Днём или же вечером выходного дня, шагая пешком по самому её центру, можно принять сумму фасадов, ярких витрин и опрятных тротуаров за нечто вполне европейское. По ночам же, через ветровое стекло автомобиля, этот город открывает своё истинное лицо. Он огромен, весь плавно изогнут, застроен очень богато, но хаотично. Щедро залит электрическим светом — и тут же опрокинут в непроглядный мрак. Всё просторно, всё немного криво — Азия, господа! Будь я проклят, если это не Азия.

    Ночная Москва хороша и прихотлива. Днём или же вечером выходного дня, шагая пешком по самому её центру, можно принять сумму фасадов, ярких витрин и опрятных тротуаров за нечто вполне европейское. По ночам же, через ветровое стекло автомобиля, этот город открывает своё истинное лицо. Он огромен, весь плавно изогнут, застроен очень богато, но хаотично. Щедро залит электрическим светом — и тут же опрокинут в непроглядный мрак. Всё просторно, всё немного криво — Азия, господа! Будь я проклят, если это не Азия.

    — Сажайте, и вырастет · книга
19. «

    Всякий ребенок талантлив, но при одном условии : если он зачат в любви.

    Всякий ребенок талантлив, но при одном условии : если он зачат в любви.

    — Смирнов · книга
20. «

    Конец света совершается с каждым человеком в отдельности.

    Конец света совершается с каждым человеком в отдельности.

    — Трава была зеленее, или Писатели о своем детстве · книга