179 коротких цитат Анхеля де Куатье

Анхель де Куатье — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 179 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Первое препятствие на пути к себе — это зависть. Если один человек завидует другому, он тем самым отказывается от самого себя. Он как бы говорит: «Я себе не нравлюсь, я хочу быть другим». И после этого он уже не может быть самим собой, он фактически убивает себя.

   Первое препятствие на пути к себе — это зависть. Если один человек завидует другому, он тем самым отказывается от самого себя. Он как бы говорит: «Я себе не нравлюсь, я хочу быть другим». И после этого он уже не может быть самим собой, он фактически убивает себя.

   — Учитель танцев · книга
2. «

   ... Я отвечаю на ваши вопросы, потому что уважаю вас. И рад, если могу быть вам чем-то полезен. Но я отвечаю на них, исходя из своих знаний. Вы можете подвергать их сомнению. Вы можете думать, что я заблуждаюсь. Вы можете относиться к моим словам, как угодно. Это ваше право. Но если вы спрашиваете меня, я отвечаю вам в соответствии с моими знаниями. Я отвечаю то, что я думаю, что знаю и чему верю. Я честен с вами.

   ... Я отвечаю на ваши вопросы, потому что уважаю вас. И рад, если могу быть вам чем-то полезен. Но я отвечаю на них, исходя из своих знаний. Вы можете подвергать их сомнению. Вы можете думать, что я заблуждаюсь. Вы можете относиться к моим словам, как угодно. Это ваше право. Но если вы спрашиваете меня, я отвечаю вам в соответствии с моими знаниями. Я отвечаю то, что я думаю, что знаю и чему верю. Я честен с вами.

   — Гаптен · книга
3. «

   Когда тебе больно, ты чувствуешь себя слабым. Когда тебе очень больно, ты чувствуешь злобу. Когда тебя раздирает от боли, тебе уже всё — всё равно. Совсем. Хочется просто тепла и заботы. Любой заботы, от кого угодно. Хоть от кого-нибудь… Хочется почувствовать, что хоть для кого–то ты ценен. Хоть чуть–чуть… Хоть самую малость. Хочется просто чувствовать. Эмоциональная смерть — это когда ты очень хочешь, но больше не можешь… любить. В принципе не можешь, сохраняя огромное желание. Огромное, пожирающее тебя… желание.

   Когда тебе больно, ты чувствуешь себя слабым. Когда тебе очень больно, ты чувствуешь злобу. Когда тебя раздирает от боли, тебе уже всё — всё равно. Совсем. Хочется просто тепла и заботы. Любой заботы, от кого угодно. Хоть от кого-нибудь… Хочется почувствовать, что хоть для кого–то ты ценен. Хоть чуть–чуть… Хоть самую малость. Хочется просто чувствовать. Эмоциональная смерть — это когда ты очень хочешь, но больше не можешь… любить. В принципе не можешь, сохраняя огромное желание. Огромное, пожирающее тебя… желание.

   — Яблоко Евы · книга
4. «

   Человек — существо странное... Один мудрец назвал его «играющим зверем». Человек все превращает в игру. Любые отношения между людьми, любые ценности и даже объекты веры — все постепенно становится игрой, пьесой, где прописаны не только реплики и роли, но даже сами характеры героев, их сущности. Несколько репетиций, а дальше — пожизненные гастроли. Пожизненные. Повторы, повторы, повторы. Но, заигрываясь, человек теряет не только свою индивидуальность, самого себя, но и ощущение жизни. Но потерять себя — значит умереть. И он умирает, физически оставаясь живым. Начав играть однажды, человек уже не может остановиться. Он играет снова и снова. А в какой-то момент ему начинает казаться, что все — это игра, а игра — это все. И тогда он решает: без игры ничего не выйдет — все на ней держится, она включает в себя абсолютно все. Не выйдет... Но не выходит как раз из-за этой самой игры — вот то, чего человек не понимает.

   Человек — существо странное... Один мудрец назвал его «играющим зверем». Человек все превращает в игру. Любые отношения между людьми, любые ценности и даже объекты веры — все постепенно становится игрой, пьесой, где прописаны не только реплики и роли, но даже сами характеры героев, их сущности. Несколько репетиций, а дальше — пожизненные гастроли. Пожизненные. Повторы, повторы, повторы. Но, заигрываясь, человек теряет не только свою индивидуальность, самого себя, но и ощущение жизни. Но потерять себя — значит умереть. И он умирает, физически оставаясь живым. Начав играть однажды, человек уже не может остановиться. Он играет снова и снова. А в какой-то момент ему начинает казаться, что все — это игра, а игра — это все. И тогда он решает: без игры ничего не выйдет — все на ней держится, она включает в себя абсолютно все. Не выйдет... Но не выходит как раз из-за этой самой игры — вот то, чего человек не понимает.

   — Сердце ангела · книга
5. «

   — Я не понимаю. Что такое Частицы Света? Что такое Тьма? — Частицы Света, Данила, это души людей и твоя душа. Мир, в котором они живут, их тела и даже мысли — всё это Тьма. Но они могут превращать Ее в Свет. В этом предназначение каждого человека.

   — Я не понимаю. Что такое Частицы Света? Что такое Тьма? — Частицы Света, Данила, это души людей и твоя душа. Мир, в котором они живут, их тела и даже мысли — всё это Тьма. Но они могут превращать Ее в Свет. В этом предназначение каждого человека.

   — Источник Света · книга
6. «

   Человек — странное существо... Он обожает учить, но совершенно не умеет учиться. Его рассудок лишен любопытства, а внутренний опыт, который мог бы помочь человеку в познании себя и мира, переосмысляется им так, как бы ему самому хотелось. А хочется человеку оставаться неизменным. Человек замкнут в себе и в своих представлениях, совершенно не желая из них выбираться. И цель этой замкнутости — видеть мир таким, каким человек хочет его видеть. Он подстраивает мир под себя, и это дает ему возможность упорствовать в собственных заблуждениях. Человек слаб для того, чтобы меняться, и завистлив от того, что не может принять существование чего-то, что ему неподвластно. Человек из всего устраивает соревнование, он готов соревноваться даже с любимым. Человек допускает ошибки, но проблема не в этом. Проблема в том, что он не собирается их исправлять, этому противостоит все его существо.

   Человек — странное существо... Он обожает учить, но совершенно не умеет учиться. Его рассудок лишен любопытства, а внутренний опыт, который мог бы помочь человеку в познании себя и мира, переосмысляется им так, как бы ему самому хотелось. А хочется человеку оставаться неизменным. Человек замкнут в себе и в своих представлениях, совершенно не желая из них выбираться. И цель этой замкнутости — видеть мир таким, каким человек хочет его видеть. Он подстраивает мир под себя, и это дает ему возможность упорствовать в собственных заблуждениях. Человек слаб для того, чтобы меняться, и завистлив от того, что не может принять существование чего-то, что ему неподвластно. Человек из всего устраивает соревнование, он готов соревноваться даже с любимым. Человек допускает ошибки, но проблема не в этом. Проблема в том, что он не собирается их исправлять, этому противостоит все его существо.

   — Сердце ангела · книга
7. «

   Не было гвоздя — подкова пропала, Не было подковы — лошадь захромала, Лошадь захромала — командир убит, Конница разбита, армия бежит, Враг вступает в город, пленных не щадя, Оттого что в кузнице не было гвоздя! Неучтённая нами мелочь, гвоздь в кузнице может привести к фатальному результату.

   Не было гвоздя — подкова пропала, Не было подковы — лошадь захромала, Лошадь захромала — командир убит, Конница разбита, армия бежит, Враг вступает в город, пленных не щадя, Оттого что в кузнице не было гвоздя! Неучтённая нами мелочь, гвоздь в кузнице может привести к фатальному результату.

   — Дневник сумасшедшего · книга
8. «

   Бог даёт нам не то, что мы у него просим, а то, что Он считает для нас нужным.

   Бог даёт нам не то, что мы у него просим, а то, что Он считает для нас нужным.

   — Яблоко Евы · книга
9. «

   Тот, кто пытается обрести свободу через власть, делает себя рабом власти. Те, кто мечтает властвовать, – самые уязвимые. Таково действие Правила Силы.

   Тот, кто пытается обрести свободу через власть, делает себя рабом власти. Те, кто мечтает властвовать, – самые уязвимые. Таково действие Правила Силы.

   — Всадники тьмы · книга
10. «

    ...ждать подарков в ответ на свою любовь — это почти безумие. Твоя любовь не даёт тебе никаких прав.

    ...ждать подарков в ответ на свою любовь — это почти безумие. Твоя любовь не даёт тебе никаких прав.

    — Исповедь Люцифера · книга
11. «

    Свобода — это взгляд в лицо собственному страху.

    Свобода — это взгляд в лицо собственному страху.

    — Превращение духа · книга
12. «

    ... Есть в этом мире какая-то справедливость. Если Бог тебя обделяет, он от тебя и не требует ничего. А если дает, то и взыскивает.

    ... Есть в этом мире какая-то справедливость. Если Бог тебя обделяет, он от тебя и не требует ничего. А если дает, то и взыскивает.

    — Исповедь Люцифера · книга
13. «

    Иногда душе кажется, что это совсем несложно — выпрыгнуть из лабиринта, в котором её удерживают «страсти» и «благо». Нужно просто принять решение, и дело сделано. И душа не понимает, не может понять, что этот лабиринт — её участь в нашем мире. Что из него нельзя отречься, нельзя сделать вид, будто его не существует и он не имеет значения. Он есть, и это Судьба. Попытки закрыть глаза на реальность, создать иллюзорный мир — одно из тысяч сладостных искушений души. Она рисует себе сказочный замок, она рисует себе мир, в котором всё просто, всё правильно, всё красиво. Душа рисует свой замок по воспоминаниям, по следам воспоминаний о том мире, где царствует Красота. И лишь одна проблема — он, этот её нарисованный замок, не настоящий. На самом деле душа остаётся всё в той же игре, которую ведут её «страсти» с представлениями о «благе». Найденный выход — просто новая конфигурация прежних сил, ничего больше. Жизнь души в теле — заключение в одиночной камере. А выход, который она то и дело «находит», — это лишь плод её болезненного воображения, ее галлюцинации. Там, где нет собеседников, душа разговаривает с собственными фантомами. И испытывает ужас, когда, вдруг, осознаёт собственное одиночество.

    Иногда душе кажется, что это совсем несложно — выпрыгнуть из лабиринта, в котором её удерживают «страсти» и «благо». Нужно просто принять решение, и дело сделано. И душа не понимает, не может понять, что этот лабиринт — её участь в нашем мире. Что из него нельзя отречься, нельзя сделать вид, будто его не существует и он не имеет значения. Он есть, и это Судьба. Попытки закрыть глаза на реальность, создать иллюзорный мир — одно из тысяч сладостных искушений души. Она рисует себе сказочный замок, она рисует себе мир, в котором всё просто, всё правильно, всё красиво. Душа рисует свой замок по воспоминаниям, по следам воспоминаний о том мире, где царствует Красота. И лишь одна проблема — он, этот её нарисованный замок, не настоящий. На самом деле душа остаётся всё в той же игре, которую ведут её «страсти» с представлениями о «благе». Найденный выход — просто новая конфигурация прежних сил, ничего больше. Жизнь души в теле — заключение в одиночной камере. А выход, который она то и дело «находит», — это лишь плод её болезненного воображения, ее галлюцинации. Там, где нет собеседников, душа разговаривает с собственными фантомами. И испытывает ужас, когда, вдруг, осознаёт собственное одиночество.

    — Яблоко Евы · книга
14. «

    Как часто человеку приходится выбирать между синицей в руках и журавлём, парящим над головой. Но на самом деле он выбирает между страхами. Он боится оставить всё так, как есть, если его это не устраивает. И боится, что не добьётся того, на что надеется, но потеряет синицу.

    Как часто человеку приходится выбирать между синицей в руках и журавлём, парящим над головой. Но на самом деле он выбирает между страхами. Он боится оставить всё так, как есть, если его это не устраивает. И боится, что не добьётся того, на что надеется, но потеряет синицу.

    — Всю жизнь ты ждала · книга
15. «

    Зачем мы любим?.. Правда, странный вопрос. Он кажется нелепым, даже абсурдным. Но почему? Почему мы никогда об этом не думаем? Почему не спросим себя: «Зачем ты любишь? Какой в этом смысл?» Все в этом мире имеет какой-то смысл. В нем нет ничего бесполезного или случайного. Значит, такая цель должна быть и у любви... а мы не знаем ее. Прагматик скажет, что любовь — это просто физиология. Он скажет, что любовь нужна для продолжения рода. Но разве для продолжения рода недостаточно просто физического влечения? И как тогда быть с любовью к своим родителям, к близким, к Богу, наконец? Зачем возникает это чувство? Неужели недостаточно привязанности, уважения, восхищения? Почему любовь? Любовь приносит человеку страдания, но и в этом тоже должен быть какой-то смысл. Не может же быть, что и душевный труд, и страдания любящего лишены всякого смысла! Но так получается... Каждый знает это по своему опыту. Мучительный, изматывающий бег по кругу: пустота — любовь — мука — снова пустота и снова любовь. И вот уже нас одолевает единственное желание — спрятаться, уйти, забыться, не думать. Человек, познавший боль, испытывает страх. Он боится повторения этой муки. Он не хочет любви, не хочет вновь попасть в ее зловещий, манящий омут. Страх перед любовью преследует человека. Ведь влюбиться — значит потерять себя, лишиться чувства опоры. Любящий отказывается от своего «Я», вверяет себя в руки возлюбленного. Это как прыжок с небоскреба — он пугает и завораживает. Завораживающий ужас — вот что такое любовь. Две вещи — любовь и смерть — великая тайна, спрятанная под покрывалами страха. Мы не можем проникнуть в суть этих тайн. Они остаются для нас вечной загадкой — не проясненными, скрытыми, запретными. Небеса посылают нам любовь, Небеса обрекают нас на смерть, не спрашивая ни о нашей готовности, ни о нашем желании. Они обе — любовь и смерть, как Рок, как перст Судьбы повелевают нашими жизнями. А мы не знаем их, не можем понять, и даже не видим в них смысла...

    Зачем мы любим?.. Правда, странный вопрос. Он кажется нелепым, даже абсурдным. Но почему? Почему мы никогда об этом не думаем? Почему не спросим себя: «Зачем ты любишь? Какой в этом смысл?» Все в этом мире имеет какой-то смысл. В нем нет ничего бесполезного или случайного. Значит, такая цель должна быть и у любви... а мы не знаем ее. Прагматик скажет, что любовь — это просто физиология. Он скажет, что любовь нужна для продолжения рода. Но разве для продолжения рода недостаточно просто физического влечения? И как тогда быть с любовью к своим родителям, к близким, к Богу, наконец? Зачем возникает это чувство? Неужели недостаточно привязанности, уважения, восхищения? Почему любовь? Любовь приносит человеку страдания, но и в этом тоже должен быть какой-то смысл. Не может же быть, что и душевный труд, и страдания любящего лишены всякого смысла! Но так получается... Каждый знает это по своему опыту. Мучительный, изматывающий бег по кругу: пустота — любовь — мука — снова пустота и снова любовь. И вот уже нас одолевает единственное желание — спрятаться, уйти, забыться, не думать. Человек, познавший боль, испытывает страх. Он боится повторения этой муки. Он не хочет любви, не хочет вновь попасть в ее зловещий, манящий омут. Страх перед любовью преследует человека. Ведь влюбиться — значит потерять себя, лишиться чувства опоры. Любящий отказывается от своего «Я», вверяет себя в руки возлюбленного. Это как прыжок с небоскреба — он пугает и завораживает. Завораживающий ужас — вот что такое любовь. Две вещи — любовь и смерть — великая тайна, спрятанная под покрывалами страха. Мы не можем проникнуть в суть этих тайн. Они остаются для нас вечной загадкой — не проясненными, скрытыми, запретными. Небеса посылают нам любовь, Небеса обрекают нас на смерть, не спрашивая ни о нашей готовности, ни о нашем желании. Они обе — любовь и смерть, как Рок, как перст Судьбы повелевают нашими жизнями. А мы не знаем их, не можем понять, и даже не видим в них смысла...

    — Всю жизнь ты ждала · книга
16. «

    Любовь — это когда ты чувствуешь другую душу. А влечение — это влечение. Просто потребность, как голод.

    Любовь — это когда ты чувствуешь другую душу. А влечение — это влечение. Просто потребность, как голод.

    — Дневник сумасшедшего · книга
17. «

    Счастье – не одежда, которую можно купить в магазине или пошить в ателье. Счастье – это внутренняя гармония. Добиться её извне невозможно. Только изнутри.

    Счастье – не одежда, которую можно купить в магазине или пошить в ателье. Счастье – это внутренняя гармония. Добиться её извне невозможно. Только изнутри.

    — Об Анхель де Куатье · книга
18. «

    Зачем ты тащишь за собой целый обоз из своих несчастий? Зачем гордишься своей мукой? Ты хочешь сказать, что это делает тебя сильной? Неправда. Ты живешь своим прошлым только потому, что боишься будущего. Ты думаешь, что сила человека в его опыте, в пережитой боли? Ну что ж, тогда умри, чтобы у тебя был весь опыт! Только, что с ним делать покойнику?… Сила в тебе, а не в твоем прошлом. И ты нужна без всякой причины. Просто потому, что ты нужна.

    Зачем ты тащишь за собой целый обоз из своих несчастий? Зачем гордишься своей мукой? Ты хочешь сказать, что это делает тебя сильной? Неправда. Ты живешь своим прошлым только потому, что боишься будущего. Ты думаешь, что сила человека в его опыте, в пережитой боли? Ну что ж, тогда умри, чтобы у тебя был весь опыт! Только, что с ним делать покойнику?… Сила в тебе, а не в твоем прошлом. И ты нужна без всякой причины. Просто потому, что ты нужна.

    — Исповедь Люцифера · книга
19. «

    В жизни слишком мало жизни.

    В жизни слишком мало жизни.

    — Вавилонская блудница · книга
20. «

    Я плакал... Эти слёзы распирали меня, распирали изнутри. Душили, давили, жгли. Слёзы страха, слёзы отчаяния, слёзы усталости, опустошённости, беспомощности, а теперь — и слёзы счастья. Слёзы... Я вдруг почувствовал себя счастливым. Я плакал и чувствовал себя счастливым.

    Я плакал... Эти слёзы распирали меня, распирали изнутри. Душили, давили, жгли. Слёзы страха, слёзы отчаяния, слёзы усталости, опустошённости, беспомощности, а теперь — и слёзы счастья. Слёзы... Я вдруг почувствовал себя счастливым. Я плакал и чувствовал себя счастливым.

    — Анхель · книга