Топ-247 цитат Анхеля де Куатье

Анхель де Куатье — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 247 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — А мир плох или хорош? — «ответил» мне Диоген. — Мир плох! — уверенно сообщил я. Уж в этом у меня сомнений не было никаких. — Это твой мир плох! И худо тебе. А у счастливого мир замечательный! Но ведь это один и тот же мир — твой и его! Он один! Ну, и скажи теперь, плох мир или хорош?

   — А мир плох или хорош? — «ответил» мне Диоген. — Мир плох! — уверенно сообщил я. Уж в этом у меня сомнений не было никаких. — Это твой мир плох! И худо тебе. А у счастливого мир замечательный! Но ведь это один и тот же мир — твой и его! Он один! Ну, и скажи теперь, плох мир или хорош?

   — Дневник сумасшедшего · книга
2. «

   Большинство мужчин проживает две жизни — до и после свадьбы. До свадьбы — они стройные, быстрые, решительные; после свадьбы — они толстые, медлительные и пассивные.

   Большинство мужчин проживает две жизни — до и после свадьбы. До свадьбы — они стройные, быстрые, решительные; после свадьбы — они толстые, медлительные и пассивные.

   — Всю жизнь ты ждала · книга
3. «

   ...вопрос не в том, что ТЕБЕ НУЖНО. Дело в том, что ТЫ НУЖНА. Осмысли не случайность, а необходимость себя, и тогда всё в твоей жизни встанет на свои места.

   ...вопрос не в том, что ТЕБЕ НУЖНО. Дело в том, что ТЫ НУЖНА. Осмысли не случайность, а необходимость себя, и тогда всё в твоей жизни встанет на свои места.

   — Исповедь Люцифера · книга
4. «

   Мы не должны знать своего конкретного предназначения. Когда ты знаешь свою цель, ты пытаешься выбрать кратчайший путь. Но двигаться напрямик не всегда правильно. Если ты знаешь свою цель, ты начинаешь торопиться, выбираешь неверный путь, спотыкаешься, оступаешься, злишься. И, в конце концов, отказываешься от своей цели, испытываешь разочарование.

   Мы не должны знать своего конкретного предназначения. Когда ты знаешь свою цель, ты пытаешься выбрать кратчайший путь. Но двигаться напрямик не всегда правильно. Если ты знаешь свою цель, ты начинаешь торопиться, выбираешь неверный путь, спотыкаешься, оступаешься, злишься. И, в конце концов, отказываешься от своей цели, испытываешь разочарование.

   — Всю жизнь ты ждала · книга
5. «

   Любовь — это испытание. Она испытывает дух человека. Да, если вы достаточно разумны, если вы способны опираться на свое сознание, вы можете совладать со страстью. Но что дальше? Обозлиться на весь белый свет, поставить на себе крест и спрятаться? В монастырь? В глушь? В Саратов? Нет, если вы по-настоящему любите человека, нужно пройти весь этот путь до конца, а не бежать прочь, поджав хвост, при первых взрывах петард. Просто идите вперед, делайте то, что должны делать, то, что подсказывает вам сердце. И ничего не бойтесь. Да, любовь — это испытание. Но испытание, которое делает вас сильными.

   Любовь — это испытание. Она испытывает дух человека. Да, если вы достаточно разумны, если вы способны опираться на свое сознание, вы можете совладать со страстью. Но что дальше? Обозлиться на весь белый свет, поставить на себе крест и спрятаться? В монастырь? В глушь? В Саратов? Нет, если вы по-настоящему любите человека, нужно пройти весь этот путь до конца, а не бежать прочь, поджав хвост, при первых взрывах петард. Просто идите вперед, делайте то, что должны делать, то, что подсказывает вам сердце. И ничего не бойтесь. Да, любовь — это испытание. Но испытание, которое делает вас сильными.

   — Исповедь Люцифера · книга
6. «

   Старик Фрейд, надо отдать ему должное, понял, что для человека проблема желания всегда будет актуальной. Обязательно. Именно благодаря своей неразрешимости. Но на Саше он погорел. В какой-то момент она просто умерла, умерла внутри, душой. И все — проблема решилась сама собой.

   Старик Фрейд, надо отдать ему должное, понял, что для человека проблема желания всегда будет актуальной. Обязательно. Именно благодаря своей неразрешимости. Но на Саше он погорел. В какой-то момент она просто умерла, умерла внутри, душой. И все — проблема решилась сама собой.

   — Исповедь Люцифера · книга
7. «

   Мудрому не может быть скучно, ведь у него всегда есть достойный собеседник — он сам.

   Мудрому не может быть скучно, ведь у него всегда есть достойный собеседник — он сам.

   — Возьми с собой плеть · книга
8. «

   Как человек может почувствовать, что он умирает? Если бы он на собственном опыте знал, как это должно быть, то, верно, ощутил бы приближение своей смерти. Но ведь нет, так не бывает. Это чувствуешь только однажды. И для каждого его уход из жизни — первый. Так и с Концом Времен. Кто заметит, что он настал, если никто не знает, как это должно быть?

   Как человек может почувствовать, что он умирает? Если бы он на собственном опыте знал, как это должно быть, то, верно, ощутил бы приближение своей смерти. Но ведь нет, так не бывает. Это чувствуешь только однажды. И для каждого его уход из жизни — первый. Так и с Концом Времен. Кто заметит, что он настал, если никто не знает, как это должно быть?

   — Возьми с собой плеть · книга
9. «

   Если уничтожить мир, населенный грешниками и отступниками, сам акт творения теряет всякий смысл. И разве это наказание? Что за диво, если все умрут вместе — в один закатный час? Это в одиночестве помирать страшно, а если всем вместе, за компанию, то что в этом такого? Боязно остаться одному, а уйти в общей массе, растворившись в огромной толпе, — разве это страшно?

   Если уничтожить мир, населенный грешниками и отступниками, сам акт творения теряет всякий смысл. И разве это наказание? Что за диво, если все умрут вместе — в один закатный час? Это в одиночестве помирать страшно, а если всем вместе, за компанию, то что в этом такого? Боязно остаться одному, а уйти в общей массе, растворившись в огромной толпе, — разве это страшно?

   — Смеющийся Христос · книга
10. «

    Чтобы быть чутким, ты должен довериться своей любви. Чтобы быть нежным, ты должен раствориться в своей любви. Чтобы быть сильным, ты должен принадлежать своей любви. В этом истина — чтобы быть, нужно любить.

    Чтобы быть чутким, ты должен довериться своей любви. Чтобы быть нежным, ты должен раствориться в своей любви. Чтобы быть сильным, ты должен принадлежать своей любви. В этом истина — чтобы быть, нужно любить.

    — Маленькая принцесса · книга
11. «

    Можно, наверное, смириться с тем, что твоя страсть — блажь и глупость. Как болезнь, как временное помешательство. Рано или поздно это пройдет. Если в тебе достаточно внутренней силы, ты справишься. Главное понять, что ты просто запутался и дальше выбираться. Конечно, это не повод, чтобы чувствовать себя несчастной!

    Можно, наверное, смириться с тем, что твоя страсть — блажь и глупость. Как болезнь, как временное помешательство. Рано или поздно это пройдет. Если в тебе достаточно внутренней силы, ты справишься. Главное понять, что ты просто запутался и дальше выбираться. Конечно, это не повод, чтобы чувствовать себя несчастной!

    — Исповедь Люцифера · книга
12. «

    Страсть лишена объективности, она лишена правды. Поэтому помните: если мозг охвачен возбуждением, вы в опасности...

    Страсть лишена объективности, она лишена правды. Поэтому помните: если мозг охвачен возбуждением, вы в опасности...

    — Исповедь Люцифера · книга
13. «

    Время — иллюзия, его нет. Я знаю, ты не можешь думать иначе, кроме как во временной перспективе, но это проблема твоего мышления, и только. Это никак не связно со временем. Прошлое, настоящее, будущее — это сказка для разума. Твоя любовь «сейчас» и твой страх «тогда» будут с тобой до скончания времен. И только если ты вернёшься в своё прошлое и изменишь его, этот страх покинет тебя навсегда. Каждую секунду мы меняем своё будущее. Каждый твой новый поступок делает твоё будущее другим. И как ты постоянно меняешь свое будущее, точно так же ты можешь изменить и своё прошлое.

    Время — иллюзия, его нет. Я знаю, ты не можешь думать иначе, кроме как во временной перспективе, но это проблема твоего мышления, и только. Это никак не связно со временем. Прошлое, настоящее, будущее — это сказка для разума. Твоя любовь «сейчас» и твой страх «тогда» будут с тобой до скончания времен. И только если ты вернёшься в своё прошлое и изменишь его, этот страх покинет тебя навсегда. Каждую секунду мы меняем своё будущее. Каждый твой новый поступок делает твоё будущее другим. И как ты постоянно меняешь свое будущее, точно так же ты можешь изменить и своё прошлое.

    — Исповедь Люцифера · книга
14. «

    А может люди уже умерли?... По крайней мере, все признаки жизни, отчаянно отдают мертвечиной!

    А может люди уже умерли?... По крайней мере, все признаки жизни, отчаянно отдают мертвечиной!

    — Превращение духа · книга
15. «

    Любовь вспыхивает, живет, а затем... А затем прежние влюбленные начинают искать поводы для расставания. Неспособные любить, они ищут способ разочароваться друг в друге. Вместо то чтобы говорить от сердца к сердцу, о главном — о любви, они ищут поводы ненавидеть.

    Любовь вспыхивает, живет, а затем... А затем прежние влюбленные начинают искать поводы для расставания. Неспособные любить, они ищут способ разочароваться друг в друге. Вместо то чтобы говорить от сердца к сердцу, о главном — о любви, они ищут поводы ненавидеть.

    — Сердце ангела · книга
16. «

    У Русалочки появилась соперница, бархатный голос которой околдовал Принца. Счастливый, он рассказал Русалочке о своем счастье: «Русалочка, я женюсь на самой прекрасной Принцессе! Порадуйся за меня! Ты же мой самый близкий друг!» Какие ужасные слова! Русалочка была в отчаянии, но не подала виду.

    У Русалочки появилась соперница, бархатный голос которой околдовал Принца. Счастливый, он рассказал Русалочке о своем счастье: «Русалочка, я женюсь на самой прекрасной Принцессе! Порадуйся за меня! Ты же мой самый близкий друг!» Какие ужасные слова! Русалочка была в отчаянии, но не подала виду.

    — Всю жизнь ты ждала · книга
17. «

    В этом все русские: важно не то, что будет, важно то, что есть.

    В этом все русские: важно не то, что будет, важно то, что есть.

    — Всю жизнь ты ждала · книга
18. «

    Ложь помогает существовать, но она убивает жизнь. И это труднее всего — не врать самому себе.

    Ложь помогает существовать, но она убивает жизнь. И это труднее всего — не врать самому себе.

    — Маленькая принцесса · книга
19. «

    Когда вы внезапно видите под собой обрыв, вы не думаете: «А тут высоко... Я могу упасть. Если я упаду, то разобьюсь и умру. Мне страшно!» Нет, вы просто видите под ногами пропасть и пугаетесь. Потому что страх высоты — генетический, он в нас. Но электричество, например, не менее опасно, чем высота. И все же, чтобы аккуратно обращаться с розеткой и проводами, мы должны дать себе инструкцию: «Осторожно! Это может быть опасно!» Потому что страх электричества — выученный, искусственный. Сидя рядом с розеткой, вы не станете паниковать. Вероятно, вы даже не заметите ее, а если она вам понадобится, будете долго искать. Но вот сидя рядом с обрывом, на высоте, над пропастью, вы будете постоянно ощущать ее присутствие. Так и с истиной. Она может быть выученной, понятой, неживой. А может быть в нас.

    Когда вы внезапно видите под собой обрыв, вы не думаете: «А тут высоко... Я могу упасть. Если я упаду, то разобьюсь и умру. Мне страшно!» Нет, вы просто видите под ногами пропасть и пугаетесь. Потому что страх высоты — генетический, он в нас. Но электричество, например, не менее опасно, чем высота. И все же, чтобы аккуратно обращаться с розеткой и проводами, мы должны дать себе инструкцию: «Осторожно! Это может быть опасно!» Потому что страх электричества — выученный, искусственный. Сидя рядом с розеткой, вы не станете паниковать. Вероятно, вы даже не заметите ее, а если она вам понадобится, будете долго искать. Но вот сидя рядом с обрывом, на высоте, над пропастью, вы будете постоянно ощущать ее присутствие. Так и с истиной. Она может быть выученной, понятой, неживой. А может быть в нас.

    — Золотое сечение · книга
20. «

    Человек — странное существо... Он ходит по кругу, меняя одно чувство на другое. И все оттого, что у него не хватает силы ни на прощение, ни на понимание. Он хочет, чтобы все в этом мире складывалось согласно его собственному представлению о жизни — о том, что правильно, а что неправильно, что истинно, а что ложно. Он тиран и сам не догадывается об этом. Когда человеку плохо, ему настолько же невыносимо чужое счастье, сколь и собственное страдание. Ему кажется, что если он страдает, то страдать должен и весь окружающий мир, каждый человек. Тогда как ему следовало бы радоваться тому, что в мире кроме страданий есть еще и счастье. Этим бы он мог преодолеть собственное страдание. Но слабость и зависть мешают ему. Странно ли, что человек упивается собственным трагическим образом куда больше, чем собственным счастьем? Первым он считает возможность гордиться второе — собственно счастье — не спешит выставлять напоказ, словно боится, что оно будет у него отнято или украдено. Насколько же надо быть слабым, чтобы бояться делиться собственным счастьем, и насколько завистливым, чтобы с такой щедростью изливать на мир собственное страдание?

    Человек — странное существо... Он ходит по кругу, меняя одно чувство на другое. И все оттого, что у него не хватает силы ни на прощение, ни на понимание. Он хочет, чтобы все в этом мире складывалось согласно его собственному представлению о жизни — о том, что правильно, а что неправильно, что истинно, а что ложно. Он тиран и сам не догадывается об этом. Когда человеку плохо, ему настолько же невыносимо чужое счастье, сколь и собственное страдание. Ему кажется, что если он страдает, то страдать должен и весь окружающий мир, каждый человек. Тогда как ему следовало бы радоваться тому, что в мире кроме страданий есть еще и счастье. Этим бы он мог преодолеть собственное страдание. Но слабость и зависть мешают ему. Странно ли, что человек упивается собственным трагическим образом куда больше, чем собственным счастьем? Первым он считает возможность гордиться второе — собственно счастье — не спешит выставлять напоказ, словно боится, что оно будет у него отнято или украдено. Насколько же надо быть слабым, чтобы бояться делиться собственным счастьем, и насколько завистливым, чтобы с такой щедростью изливать на мир собственное страдание?

    — Сердце ангела · книга