317 мудрых мыслей Анхеля де Куатье

Анхель де Куатье — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 317 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Это война, Лора. Это война. Как тут остановишь? — Долли, но за что воюют? — Лора никак не могла взять это в толк. — Из принципа, — ответила Долли. — Для войны ведь одна вещь нужна — принцип. Больше ничего не нужно. Все остальное — только поводы да оправдания.

   — Это война, Лора. Это война. Как тут остановишь? — Долли, но за что воюют? — Лора никак не могла взять это в толк. — Из принципа, — ответила Долли. — Для войны ведь одна вещь нужна — принцип. Больше ничего не нужно. Все остальное — только поводы да оправдания.

   — Долли · книга
2. «

   Если со своими делами тебе интереснее, чем с другими людьми, ты безнадёжно одинок. Сейчас все заняты только «своими делами».

   Если со своими делами тебе интереснее, чем с другими людьми, ты безнадёжно одинок. Сейчас все заняты только «своими делами».

   — Дневник сумасшедшего · книга
3. «

   — А чего боятся, если ты любишь? Когда любишь, наоборот, ничего не страшно». — Это правда, но если все идет не так, как ты ожидаешь? Разве это не напугает тебя? Или если ты сталкиваешься с чем-то, что никак не можешь понять? Разве это не вызовет у тебя сомнений? И наконец, если ты не видишь ничего кроме своей любви? Разве не станешь ты держаться за нее, как за спасательный круг? В таком состоянии влюбленные забывают, что обеими ногами они все еще стоят на земле и им просто некуда падать. Паника — вот чувство, которое сопровождает любовь, потому что любовь — это встреча с неизвестным. Неизвестным Другим, неизвестным самим собой. Любить страшно. А испугаться любви — значит предать.

   — А чего боятся, если ты любишь? Когда любишь, наоборот, ничего не страшно». — Это правда, но если все идет не так, как ты ожидаешь? Разве это не напугает тебя? Или если ты сталкиваешься с чем-то, что никак не можешь понять? Разве это не вызовет у тебя сомнений? И наконец, если ты не видишь ничего кроме своей любви? Разве не станешь ты держаться за нее, как за спасательный круг? В таком состоянии влюбленные забывают, что обеими ногами они все еще стоят на земле и им просто некуда падать. Паника — вот чувство, которое сопровождает любовь, потому что любовь — это встреча с неизвестным. Неизвестным Другим, неизвестным самим собой. Любить страшно. А испугаться любви — значит предать.

   — Исповедь Люцифера · книга
4. «

   Старик Фрейд, надо отдать ему должное, понял, что для человека проблема желания всегда будет актуальной. Обязательно. Именно благодаря своей неразрешимости. Но на Саше он погорел. В какой-то момент она просто умерла, умерла внутри, душой. И все — проблема решилась сама собой.

   Старик Фрейд, надо отдать ему должное, понял, что для человека проблема желания всегда будет актуальной. Обязательно. Именно благодаря своей неразрешимости. Но на Саше он погорел. В какой-то момент она просто умерла, умерла внутри, душой. И все — проблема решилась сама собой.

   — Исповедь Люцифера · книга
5. «

   Университетское образование — это университетское образование. Не важно на кого ты выучился, важно — кем ты теперь стал.

   Университетское образование — это университетское образование. Не важно на кого ты выучился, важно — кем ты теперь стал.

   — В поисках скрижалей · книга
6. «

   Мужчина, которому хочется положить голову на плечо. Спрятаться в его объятьях...

   Мужчина, которому хочется положить голову на плечо. Спрятаться в его объятьях...

   — Всю жизнь ты ждала · книга
7. «

   ...любовь — не узы. Подлинная любовь — это, напротив, освобождение.

   ...любовь — не узы. Подлинная любовь — это, напротив, освобождение.

   — Всю жизнь ты ждала · книга
8. «

   Знаки — вещь хорошая. Но их нельзя искать. Они или есть, или их нет. Если есть — то не ошибешься, поймёшь, что Жизнь даёт тебе какой-то сигнал, какое-то знание. А если их нет, то нельзя придумывать. Потом будешь разочаровываться, винить, А кого винить, если ты сам всё это выдумал?..

   Знаки — вещь хорошая. Но их нельзя искать. Они или есть, или их нет. Если есть — то не ошибешься, поймёшь, что Жизнь даёт тебе какой-то сигнал, какое-то знание. А если их нет, то нельзя придумывать. Потом будешь разочаровываться, винить, А кого винить, если ты сам всё это выдумал?..

   — Поединок со смертью · книга
9. «

   Я же тебе говорил: ты постоянно меняешь будущее. Ты можешь изменить и Прошлое. Каждое событие жизни происходит в каждый миг. Всегда. Сейчас я смотрю тебе в глаза, и, поверь мне, это длится вечность...

   Я же тебе говорил: ты постоянно меняешь будущее. Ты можешь изменить и Прошлое. Каждое событие жизни происходит в каждый миг. Всегда. Сейчас я смотрю тебе в глаза, и, поверь мне, это длится вечность...

   — Исповедь Люцифера · книга
10. «

    Если ты думаешь, что жизнь — это задачка, которую нужно решить, жизнь кажется тебе сложной. В тот момент, когда ты понимаешь, что у задачки под названием «жизнь» нет решения, тебя охватывает отчаяние. Казалось бы, само время отказаться от мысли, что перед тобой уравнение... Но ведь это бы означало проигрыш! И, не желая проигрывать, ты начинаешь сводить счёты с собственной жизнью. Ты словно вызываешь её на дуэль. Если не выиграть, то, по крайней мере, есть шанс не проиграть, погибнуть вместе с врагом... Ты стреляешь в себя, чтобы убить её. Безумное решение, которое кажется разуму в этот страшный миг единственно верным...

    Если ты думаешь, что жизнь — это задачка, которую нужно решить, жизнь кажется тебе сложной. В тот момент, когда ты понимаешь, что у задачки под названием «жизнь» нет решения, тебя охватывает отчаяние. Казалось бы, само время отказаться от мысли, что перед тобой уравнение... Но ведь это бы означало проигрыш! И, не желая проигрывать, ты начинаешь сводить счёты с собственной жизнью. Ты словно вызываешь её на дуэль. Если не выиграть, то, по крайней мере, есть шанс не проиграть, погибнуть вместе с врагом... Ты стреляешь в себя, чтобы убить её. Безумное решение, которое кажется разуму в этот страшный миг единственно верным...

    — Яблоко Евы · книга
11. «

    Не путай любовь и желание. Любовь — это солнце, желание — только вспышка. Желание ослепляет, а солнце дарит жизнь. Желающий готов на жертвы, а истинная любовь не знает жертв и не верит жертве — она одаряет. Любовь не отнимает у одного, чтобы дать другому. Любовь — это суть жизни. А свою жизнь не отдашь другому. Желание только кажется благом, но оно — опаляющее душу пламя, это пожар — слепой и жестокий. Если ты любишь тело — это только желание. Любовь — это отношение к человеку, а не к его телу. И тут тайна любви. Всю жизнь мы пытаемся найти самих себя. Это большой и непростой путь. Но насколько же сложнее найти внутренний свет в другом человеке! Вот почему любовь не рождается сразу, сразу возникает только желание. Те, кто не могут отличить любовь от желания, обречены на страдание. Те, кто жертвуют, те — не любят. Тот, кто не нашел самого себя, еще не может любить.

    Не путай любовь и желание. Любовь — это солнце, желание — только вспышка. Желание ослепляет, а солнце дарит жизнь. Желающий готов на жертвы, а истинная любовь не знает жертв и не верит жертве — она одаряет. Любовь не отнимает у одного, чтобы дать другому. Любовь — это суть жизни. А свою жизнь не отдашь другому. Желание только кажется благом, но оно — опаляющее душу пламя, это пожар — слепой и жестокий. Если ты любишь тело — это только желание. Любовь — это отношение к человеку, а не к его телу. И тут тайна любви. Всю жизнь мы пытаемся найти самих себя. Это большой и непростой путь. Но насколько же сложнее найти внутренний свет в другом человеке! Вот почему любовь не рождается сразу, сразу возникает только желание. Те, кто не могут отличить любовь от желания, обречены на страдание. Те, кто жертвуют, те — не любят. Тот, кто не нашел самого себя, еще не может любить.

    — Схимник · книга
12. «

    Женщины сильны от природы. Природа возложила на них священную обязанность продолжать человеческий род. Но быть сильной через силу — этого от женщины потребовало наше общество. Мы любим говорить — «человек», и теряем главное. Мы забываем о душе и сущности пола. Но именно они, взятые вместе, и составляют подлинную жизнь.

    Женщины сильны от природы. Природа возложила на них священную обязанность продолжать человеческий род. Но быть сильной через силу — этого от женщины потребовало наше общество. Мы любим говорить — «человек», и теряем главное. Мы забываем о душе и сущности пола. Но именно они, взятые вместе, и составляют подлинную жизнь.

    — Всю жизнь ты ждала · книга
13. «

    Главная наша привязанность — это наше представление о самих себе, то есть наше «эго». Эгоцентрики — это люди, зацикленные на своем «я», они держатся за него всеми силами, цепляются за него. И они категорически не хотят принимать другого человека таким, какой он есть. Все в этом мире должны быть только такими, как им нужно.

    Главная наша привязанность — это наше представление о самих себе, то есть наше «эго». Эгоцентрики — это люди, зацикленные на своем «я», они держатся за него всеми силами, цепляются за него. И они категорически не хотят принимать другого человека таким, какой он есть. Все в этом мире должны быть только такими, как им нужно.

    — Вавилонская блудница · книга
14. «

    Мы можем всё высчитать и всё просчитать, но Вселенная слушает себя, а не наши расчёты. А в ней всё со всем связано, всё на всё влияет и при этом постоянно меняется. Мы бессильны перед величием её хаоса. Ей наплевать на наши вычислительные машины, которые производят миллионы операций в секунду и способны учесть в своем решении сотни тысяч переменных. Она так величественна, что Бога, я думаю, разбирает смех, когда Он смотрит на усилия научного интеллекта.

    Мы можем всё высчитать и всё просчитать, но Вселенная слушает себя, а не наши расчёты. А в ней всё со всем связано, всё на всё влияет и при этом постоянно меняется. Мы бессильны перед величием её хаоса. Ей наплевать на наши вычислительные машины, которые производят миллионы операций в секунду и способны учесть в своем решении сотни тысяч переменных. Она так величественна, что Бога, я думаю, разбирает смех, когда Он смотрит на усилия научного интеллекта.

    — Дневник сумасшедшего · книга
15. «

    — Знаешь, я очень благодарна тебе, — Кристина задумалась, глаза Руслана забегали. — Очень. Нет, правда. Я, кажется, перестала бояться смерти. Это ты меня научил. — Я?! — Да, Руслан. Да. Я думала, твой уход — это хуже смерти, ведь я боялась его больше смерти. Но ты ушел, и ничего не случилось. Ни-че-го... Смерть — это как твой уход. Страшно, но терпимо.

    — Знаешь, я очень благодарна тебе, — Кристина задумалась, глаза Руслана забегали. — Очень. Нет, правда. Я, кажется, перестала бояться смерти. Это ты меня научил. — Я?! — Да, Руслан. Да. Я думала, твой уход — это хуже смерти, ведь я боялась его больше смерти. Но ты ушел, и ничего не случилось. Ни-че-го... Смерть — это как твой уход. Страшно, но терпимо.

    — Всю жизнь ты ждала · книга
16. «

    Человек — странное существо... Он обожает учить, но совершенно не умеет учиться. Его рассудок лишен любопытства, а внутренний опыт, который мог бы помочь человеку в познании себя и мира, переосмысляется им так, как бы ему самому хотелось. А хочется человеку оставаться неизменным. Человек замкнут в себе и в своих представлениях, совершенно не желая из них выбираться. И цель этой замкнутости — видеть мир таким, каким человек хочет его видеть. Он подстраивает мир под себя, и это дает ему возможность упорствовать в собственных заблуждениях. Человек слаб для того, чтобы меняться, и завистлив от того, что не может принять существование чего-то, что ему неподвластно. Человек из всего устраивает соревнование, он готов соревноваться даже с любимым. Человек допускает ошибки, но проблема не в этом. Проблема в том, что он не собирается их исправлять, этому противостоит все его существо.

    Человек — странное существо... Он обожает учить, но совершенно не умеет учиться. Его рассудок лишен любопытства, а внутренний опыт, который мог бы помочь человеку в познании себя и мира, переосмысляется им так, как бы ему самому хотелось. А хочется человеку оставаться неизменным. Человек замкнут в себе и в своих представлениях, совершенно не желая из них выбираться. И цель этой замкнутости — видеть мир таким, каким человек хочет его видеть. Он подстраивает мир под себя, и это дает ему возможность упорствовать в собственных заблуждениях. Человек слаб для того, чтобы меняться, и завистлив от того, что не может принять существование чего-то, что ему неподвластно. Человек из всего устраивает соревнование, он готов соревноваться даже с любимым. Человек допускает ошибки, но проблема не в этом. Проблема в том, что он не собирается их исправлять, этому противостоит все его существо.

    — Сердце ангела · книга
17. «

    Все, с чем мы встречаемся в сновидении — это части нас самих. Сон — это своеобразное раздвоение личности, но не настоящее сумасшествие. Сначала мне в это не верилось, но потом я понял. В каждом из нас идет борьба. Разные силы, живущие в нашей душе, словно бы раздирают ее на части. Когда мы бодрствуем, эта борьба выражается внутренним диалогом. Иногда даже спором, который мы ведем сами с собой. Мы ведь постоянно о чем-то думаем, дискутируем внутри своей головы. Если бы этой внутренней борьбы не было, то нам и думать бы не пришлось. Все было бы очевидно, а об очевидном нельзя дискутировать. Так что эта борьба идет. Во сне же борющиеся в нас силы обретают некие образы, подчас страшные, превращаются в символы.

    Все, с чем мы встречаемся в сновидении — это части нас самих. Сон — это своеобразное раздвоение личности, но не настоящее сумасшествие. Сначала мне в это не верилось, но потом я понял. В каждом из нас идет борьба. Разные силы, живущие в нашей душе, словно бы раздирают ее на части. Когда мы бодрствуем, эта борьба выражается внутренним диалогом. Иногда даже спором, который мы ведем сами с собой. Мы ведь постоянно о чем-то думаем, дискутируем внутри своей головы. Если бы этой внутренней борьбы не было, то нам и думать бы не пришлось. Все было бы очевидно, а об очевидном нельзя дискутировать. Так что эта борьба идет. Во сне же борющиеся в нас силы обретают некие образы, подчас страшные, превращаются в символы.

    — Всю жизнь ты ждала · книга
18. «

    В этом мире время не поворачивается вспять. Мы не можем отыграть обратно.

    В этом мире время не поворачивается вспять. Мы не можем отыграть обратно.

    — Схимник · книга
19. «

    — Ведь если тебе что-то по-настоящему нужно, Жизнь даст это обязательно. — Мне нужно ещё шесть скрижалей, — рассмеялся я. — Что ж, тогда ты должен очень этого хотеть!

    — Ведь если тебе что-то по-настоящему нужно, Жизнь даст это обязательно. — Мне нужно ещё шесть скрижалей, — рассмеялся я. — Что ж, тогда ты должен очень этого хотеть!

    — Всю жизнь ты ждала · книга
20. «

    Раньше цифрами обозначались только большие начальники – Вильгельм I, Фридрих II, Эдуард IV. А теперь у всех номера есть. Идентификационные... Каждый человек – это теперь набор цифр. Если надо тебе узнать что-то о человеке, нет нужды с ним знакомиться. Достаточно просто посмотреть, какими цифрами он обозначен. И президент, и нищий, и профессор, и рабочий – это уже не люди, это набор цифр. Даже покойник! Никуда от них не уйти. Номер страховки, номер водительских прав, номер какого-нибудь удостоверения, диплома, свидетельства, учетной карточки. Мы превратились в цифры. Ни души, ни чувств, ни мысли – только набор цифр. Цифры командуют цифрами. А что эти цифры собой представляют? Никому не ведомо. Почему одна цифра командует другой? Неизвестно.

    Раньше цифрами обозначались только большие начальники – Вильгельм I, Фридрих II, Эдуард IV. А теперь у всех номера есть. Идентификационные... Каждый человек – это теперь набор цифр. Если надо тебе узнать что-то о человеке, нет нужды с ним знакомиться. Достаточно просто посмотреть, какими цифрами он обозначен. И президент, и нищий, и профессор, и рабочий – это уже не люди, это набор цифр. Даже покойник! Никуда от них не уйти. Номер страховки, номер водительских прав, номер какого-нибудь удостоверения, диплома, свидетельства, учетной карточки. Мы превратились в цифры. Ни души, ни чувств, ни мысли – только набор цифр. Цифры командуют цифрами. А что эти цифры собой представляют? Никому не ведомо. Почему одна цифра командует другой? Неизвестно.

    — Всадники тьмы · книга