44 цитаты Аники Вишеса для тех, кто любит думать

Аника Вишес — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 44 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Старая сказка может ожить, если слишком часто рассказывать ее детям перед сном.

   Старая сказка может ожить, если слишком часто рассказывать ее детям перед сном.

   — Жажда доверия · книга
2. «

   Внутри, где-то в легких, будто дрожал воздух. Липкое и слабое, но все же паническое чувство, как если бы девушка состояла целиком из желе, и к нему бы прикоснулись электрической зубной щеткой.

   Внутри, где-то в легких, будто дрожал воздух. Липкое и слабое, но все же паническое чувство, как если бы девушка состояла целиком из желе, и к нему бы прикоснулись электрической зубной щеткой.

   — Жажда доверия · книга
3. «

   Расскажи мне об этом. Но только не теперь, а потом. Когда я почувствую, что смогу понять все, что бы ты мне ни открыл. Думаю, этот момент не за горами.

   Расскажи мне об этом. Но только не теперь, а потом. Когда я почувствую, что смогу понять все, что бы ты мне ни открыл. Думаю, этот момент не за горами.

   — Кристина · книга
4. «

   Нужно было выбрать самый красивый букет. В прозрачных пластиковых вазонах на полках специальных холодильников стояли сотни цветов со всего мира. Хрупкие тюльпаны и ирисы; розы белые, чайные, нежные; розы темные, полные пафоса, взывающие к классике; герберы, похожие на разноцветные солнца на ножках; лилии, чьи соцветия, точно бокалы, до краев наполнены пьянящей сладостью, и еще десятки растений, чьих названий девушка не знала.

   Нужно было выбрать самый красивый букет. В прозрачных пластиковых вазонах на полках специальных холодильников стояли сотни цветов со всего мира. Хрупкие тюльпаны и ирисы; розы белые, чайные, нежные; розы темные, полные пафоса, взывающие к классике; герберы, похожие на разноцветные солнца на ножках; лилии, чьи соцветия, точно бокалы, до краев наполнены пьянящей сладостью, и еще десятки растений, чьих названий девушка не знала.

   — Жажда доверия · книга
5. «

   Даже если ты встанешь на площади и будешь кричать во все стороны о монстрах-кровососах, скрывающихся в толпе, как ты думаешь, много ли народу тебе поверит и как скоро тебя погрузят в машину скорой помощи, чтобы отвезти в психушку?

   Даже если ты встанешь на площади и будешь кричать во все стороны о монстрах-кровососах, скрывающихся в толпе, как ты думаешь, много ли народу тебе поверит и как скоро тебя погрузят в машину скорой помощи, чтобы отвезти в психушку?

   — Алекс Мареш · книга
6. «

   Что было, то прошло. Ты права, нужно как-то жить дальше.

   Что было, то прошло. Ты права, нужно как-то жить дальше.

   — Кристина · книга
7. «

   Кажется, я начинаю постигать некую тайну этого мира, но пока завеса только слегка отдернута. Не уверена, что я хочу останавливаться.

   Кажется, я начинаю постигать некую тайну этого мира, но пока завеса только слегка отдернута. Не уверена, что я хочу останавливаться.

   — Кристина · книга
8. «

   — А мне нравилось, когда на нас все смотрели. — Почему это? — Ну, — улыбнулась она, — можно было бы представить, что я иду рядом с каким-нибудь героем кино или типа того. — Я не герой, — Локи посмотрел на нее, и девушке показалось, что она заметила в этом взгляде легкую грусть, — и никогда не был героем.

   — А мне нравилось, когда на нас все смотрели. — Почему это? — Ну, — улыбнулась она, — можно было бы представить, что я иду рядом с каким-нибудь героем кино или типа того. — Я не герой, — Локи посмотрел на нее, и девушке показалось, что она заметила в этом взгляде легкую грусть, — и никогда не был героем.

   — Локи · книга
9. «

   Представь себе парадокс: я бессмертный, но у меня нет времени. Именно сейчас у меня его нет!

   Представь себе парадокс: я бессмертный, но у меня нет времени. Именно сейчас у меня его нет!

   — Герман Мареш · книга
10. «

    – Ты вор. Ты знаешь об этом? – Я Бог Лжи и Великий Плут. Если надо, то и вор. Да, я в курсе.

    – Ты вор. Ты знаешь об этом? – Я Бог Лжи и Великий Плут. Если надо, то и вор. Да, я в курсе.

    — Локи · книга
11. «

    Знаешь, какой грех страшнее лени и многих других? Самый страшный грех из всех? Это гордыня, милый. Гордыня.

    Знаешь, какой грех страшнее лени и многих других? Самый страшный грех из всех? Это гордыня, милый. Гордыня.

    — Покинутый бог · книга
12. «

    Сердце бешено гнало кровь, до шума в ушах. Но она стояла, ровно и спокойно, глядя на эту сцену, будто вырезанную из дешевой мелодрамы и вклеенную в ее жизнь.

    Сердце бешено гнало кровь, до шума в ушах. Но она стояла, ровно и спокойно, глядя на эту сцену, будто вырезанную из дешевой мелодрамы и вклеенную в ее жизнь.

    — Жажда доверия · книга
13. «

    Ад — это здесь и сейчас. Когда-нибудь я тебе это докажу.

    Ад — это здесь и сейчас. Когда-нибудь я тебе это докажу.

    — Жажда доверия · книга
14. «

    Нет ничего плохого в том, чтобы ненавидеть тех, кто достоин ненависти. Мы же любим тех, кто заслуживает любви?

    Нет ничего плохого в том, чтобы ненавидеть тех, кто достоин ненависти. Мы же любим тех, кто заслуживает любви?

    — Жажда доверия · книга
15. «

    Идеальный студент и работник не должен иметь сердца.

    Идеальный студент и работник не должен иметь сердца.

    — Жажда доверия · книга
16. «

    Нет ничего плохого в том, чтобы ненавидеть тех, кто достоин ненависти. Мы же любим тех, кто заслуживает любви? Потому я не вижу зла в мести. Это просто награда за другое зло. То, что было причинено мне раньше. Все честно. Так сохраняется баланс.

    Нет ничего плохого в том, чтобы ненавидеть тех, кто достоин ненависти. Мы же любим тех, кто заслуживает любви? Потому я не вижу зла в мести. Это просто награда за другое зло. То, что было причинено мне раньше. Все честно. Так сохраняется баланс.

    — Герман · книга
17. «

    Ждать я умею. У меня вообще со временем особые отношения.

    Ждать я умею. У меня вообще со временем особые отношения.

    — Жажда доверия · книга
18. «

    Жалость – это так унизительно. Лучше быть забитым до смерти, чем остаться живым для жалости и сочувственных взглядов.

    Жалость – это так унизительно. Лучше быть забитым до смерти, чем остаться живым для жалости и сочувственных взглядов.

    — Локи · книга
19. «

    – Как тебе это удалось, мошенник ты эдакий? Если сам Один выносит приговор, увильнуть не удается никому. – Ну, – самодовольно улыбнулся Локи, – не забывай, с кем имеешь дело. Недаром меня окрестили Великим Плутом, ведь так?

    – Как тебе это удалось, мошенник ты эдакий? Если сам Один выносит приговор, увильнуть не удается никому. – Ну, – самодовольно улыбнулся Локи, – не забывай, с кем имеешь дело. Недаром меня окрестили Великим Плутом, ведь так?

    — Локи · книга
20. «

    По законам всех Девяти миров негоже проламывать голову посланнику мира.

    По законам всех Девяти миров негоже проламывать голову посланнику мира.

    — Покинутый бог · книга