134 цитаты Анна и Сержа Голона — избранное

Ниже 134 цитаты Анна и Сержа Голона — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Глупость — привилегия избранных

   Глупость — привилегия избранных

   — Молин · книга
2. «

   И что у мужчин за страсть спорить о всяких пустяках!

   И что у мужчин за страсть спорить о всяких пустяках!

   — Анжелика · книга
3. «

   Когда умный, дипломатичный человек имеет свое мнение и может предложить, как избегнуть кровопролития, обязательно находятся такие, которые напротив, хотят спровоцировать эту кровь.

   Когда умный, дипломатичный человек имеет свое мнение и может предложить, как избегнуть кровопролития, обязательно находятся такие, которые напротив, хотят спровоцировать эту кровь.
4. «

   Так прекрасен мир, что никогда не знаешь, откуда придеть смерть.

   Так прекрасен мир, что никогда не знаешь, откуда придеть смерть.

   — Анжелика · книга
5. «

   Зачастую ваше беспечное щебетание — не что иное, как способ скрыть что-то важное, сокровенное. Кстати, ваши замечания бывают весьма остроумными. Продолжайте молчать таким же образом: это отличный способ вращаться в свете, но при этом надежно сохранять свои тайны.

   Зачастую ваше беспечное щебетание — не что иное, как способ скрыть что-то важное, сокровенное. Кстати, ваши замечания бывают весьма остроумными. Продолжайте молчать таким же образом: это отличный способ вращаться в свете, но при этом надежно сохранять свои тайны.

   — Франсуаза Скаррон · книга
6. «

   Ошибаться позволено каждому, и подданные склонны к этому больше, чем короли.

   Ошибаться позволено каждому, и подданные склонны к этому больше, чем короли.

   — Людовик XIV · книга
7. «

   Настоящие женщины не могут жить вне событий, они входят, вживаются в них.

   Настоящие женщины не могут жить вне событий, они входят, вживаются в них.

   — Анжелика · книга
8. «

   Я был обязан убить этого волка, а ваша судьба меня нисколько не волновала. Не смейтесь, вы меня бесите. Вы, как любая женщина, полагаете, что неотразимы и что каждый с радостью готов умереть за вас. Я не отношусь к этой породе мужчин. Когда-нибудь вы поймете, если не поняли до сих пор: я тоже волк.

   Я был обязан убить этого волка, а ваша судьба меня нисколько не волновала. Не смейтесь, вы меня бесите. Вы, как любая женщина, полагаете, что неотразимы и что каждый с радостью готов умереть за вас. Я не отношусь к этой породе мужчин. Когда-нибудь вы поймете, если не поняли до сих пор: я тоже волк.

   — Филипп дю Плесси-Бельер · книга
9. «

   Я его нашла, но он меня не признал. Не признал меня своей женой, — поправила она себя. — Столько лет мечтать, горевать, надеяться — и всё напрасно… Вот когда я действительно стала вдовой…

   Я его нашла, но он меня не признал. Не признал меня своей женой, — поправила она себя. — Столько лет мечтать, горевать, надеяться — и всё напрасно… Вот когда я действительно стала вдовой…

   — Анжелика · книга
10. «

    Я хотел бы вовлечь в борьбу всех несчастных и подарить им победу. Но для того, чтобы подняться, нужна недюжинная сила... Единство, без которого нас уничтожают поодиночке. Закваска мятежа киснет прежде, чем успеет подойти тесто.

    Я хотел бы вовлечь в борьбу всех несчастных и подарить им победу. Но для того, чтобы подняться, нужна недюжинная сила... Единство, без которого нас уничтожают поодиночке. Закваска мятежа киснет прежде, чем успеет подойти тесто.

    — Гонтран · книга
11. «

    Можно ли обрести утерянное счастье? Филипп заблудился на дорогах, ведущих к гибели. Анжелика давно стала женщиной. Но могущество природы столь велико, что оно может вновь заставить расцвести даже увядшие чувства — так же, как весной после долгой ледяной зимы расцветает земля.

    Можно ли обрести утерянное счастье? Филипп заблудился на дорогах, ведущих к гибели. Анжелика давно стала женщиной. Но могущество природы столь велико, что оно может вновь заставить расцвести даже увядшие чувства — так же, как весной после долгой ледяной зимы расцветает земля.

    — Анжелика. Война в кружевах · книга
12. «

    Любовь — враг излишеств... Истинное наслаждение кончается, когда начинается распутство, — ибо, погрязнув в нём, приходишь к отвращению.

    Любовь — враг излишеств... Истинное наслаждение кончается, когда начинается распутство, — ибо, погрязнув в нём, приходишь к отвращению.

    — Анжелика · книга
13. «

    ... именно от хозяйки зависит достойный тон дома и поведение слуг.

    ... именно от хозяйки зависит достойный тон дома и поведение слуг.

    — Пьер де Марка (архиепископ Тулузский) · книга
14. «

    — Запомни, — наконец сказал дантист повелительным тоном, — главное чтобы он никогда не знал ни холода, ни голода, ни страха, чтобы он не чувствовал себя покинутым, чтобы его окружали одни и те же лица, чтобы он стал счастлив. Только при этих условиях он будет жить. — и знай, — сказал он вдогонку Анжелике, беря в свои волосатые руки ужасные щипцы, — заставь его улыбаться.

    — Запомни, — наконец сказал дантист повелительным тоном, — главное чтобы он никогда не знал ни холода, ни голода, ни страха, чтобы он не чувствовал себя покинутым, чтобы его окружали одни и те же лица, чтобы он стал счастлив. Только при этих условиях он будет жить. — и знай, — сказал он вдогонку Анжелике, беря в свои волосатые руки ужасные щипцы, — заставь его улыбаться.

    — Дантист · книга
15. «

    Если уж женщина чего захочет, так самому Господу Богу не под силу ей помешать.

    Если уж женщина чего захочет, так самому Господу Богу не под силу ей помешать.
16. «

    Изуродованный распутной жизнью, которая принесла ему больше разочарования, чем удовольствия, он никак не мог поверить в необычайную гармонию, возникшую во время физической близости с одним из тех ненавистных и презренных существ, которыми он считал женщин. Должен ли он признаться себе, что именно это и называют любовью? Или это всего лишь мираж? Страх перед новым разочарованием терзал его сердце. Он повторял себе, что, если оно наступит, он умрет от досады и горя. Уж лучше цинизм и насилие.

    Изуродованный распутной жизнью, которая принесла ему больше разочарования, чем удовольствия, он никак не мог поверить в необычайную гармонию, возникшую во время физической близости с одним из тех ненавистных и презренных существ, которыми он считал женщин. Должен ли он признаться себе, что именно это и называют любовью? Или это всего лишь мираж? Страх перед новым разочарованием терзал его сердце. Он повторял себе, что, если оно наступит, он умрет от досады и горя. Уж лучше цинизм и насилие.

    — Анжелика. Война в кружевах · книга
17. «

    Это чувство, — прошептала она, — приобщает простого смертного к величию вселенной, дарит ему радости затаенных грез, наполняет жизненной силой, делает вас поистине всемогущим...

    Это чувство, — прошептала она, — приобщает простого смертного к величию вселенной, дарит ему радости затаенных грез, наполняет жизненной силой, делает вас поистине всемогущим...

    — Анжелика · книга
18. «

    Любовь, искусство любить — драгоценнейшее качество, которым наделены мы...

    Любовь, искусство любить — драгоценнейшее качество, которым наделены мы...

    — Жоффрей де Пейрак · книга
19. «

    Благосклонность великих мира сего так изменчива, и лавры, которыми они нас венчают, могут порой и погубить.

    Благосклонность великих мира сего так изменчива, и лавры, которыми они нас венчают, могут порой и погубить.

    — цирюльник Франсуа Бине · книга
20. «

    Поистине, вкус жизни хорошо ощущаешь лишь тогда, когда в лицо тебе только что посмотрела смерть.

    Поистине, вкус жизни хорошо ощущаешь лишь тогда, когда в лицо тебе только что посмотрела смерть.

    — Анжелика · книга