159 цитат Анны Андреевны Ахматовы: от иронии до философии

Ниже 159 цитат Анны Андреевны Ахматовы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Она бредила, знаешь, больная, Про иной, про небесный край. Но монах сказал, укоряя: «Не для вас, не для грешных рай».

   Она бредила, знаешь, больная, Про иной, про небесный край. Но монах сказал, укоряя: «Не для вас, не для грешных рай».
2. «

   О тебе ли я заплачу, странном, Улыбнется ль мне твоё лицо? Посмотри! На пальце безымянном Так красиво гладкое кольцо.

   О тебе ли я заплачу, странном, Улыбнется ль мне твоё лицо? Посмотри! На пальце безымянном Так красиво гладкое кольцо.
3. «

   Как сияло там и пело Нашей встречи чудо, Я вернуться не хотела Никуда от туда.

   Как сияло там и пело Нашей встречи чудо, Я вернуться не хотела Никуда от туда.
4. «

   Магдалина билась и рыдала, Ученик любимый каменел, А туда, где молча Мать стояла, Так никто взглянуть и не посмел.

   Магдалина билась и рыдала, Ученик любимый каменел, А туда, где молча Мать стояла, Так никто взглянуть и не посмел.
5. «

   Всё отнято: и сила, и любовь. В немилый город брошенное тело Не радо солнцу. Чувствую, что кровь Во мне уже совсем похолодела.

   Всё отнято: и сила, и любовь. В немилый город брошенное тело Не радо солнцу. Чувствую, что кровь Во мне уже совсем похолодела.
6. «

   Милый! не дрогнет твоя рука. И мне недолго терпеть. Вылетит птица — моя тоска, Сядет на ветку и станет петь.

   Милый! не дрогнет твоя рука. И мне недолго терпеть. Вылетит птица — моя тоска, Сядет на ветку и станет петь.
7. «

   Больше нет ни измен, ни предательств, И до света не слушаешь ты, Как струится поток доказательств Несравненной моей правоты.

   Больше нет ни измен, ни предательств, И до света не слушаешь ты, Как струится поток доказательств Несравненной моей правоты.
8. «

   Какая есть. Желаю вам другую, Получше.

   Какая есть. Желаю вам другую, Получше.
9. «

   А я была дерзкой, злой и весёлой И вовсе не знала, что это — счастье.

   А я была дерзкой, злой и весёлой И вовсе не знала, что это — счастье.
10. «

    Я окошка не завесила, Прямо в горницу гляди. Оттого мне нынче весело, Что не можешь ты уйти. Называй же беззаконницей, Надо мной глумись со зла: Я была твоей бессонницей, Я тоской твоей была.

    Я окошка не завесила, Прямо в горницу гляди. Оттого мне нынче весело, Что не можешь ты уйти. Называй же беззаконницей, Надо мной глумись со зла: Я была твоей бессонницей, Я тоской твоей была.
11. «

    Я получила прозвище «дикая девочка», потому что ходила босиком, бродила без шляпы, бросалась с лодки в открытое море, купалась во время шторма, и загорала до того, что сходила кожа, и всем этим шокировала провинциальных севастопольских барышень.

    Я получила прозвище «дикая девочка», потому что ходила босиком, бродила без шляпы, бросалась с лодки в открытое море, купалась во время шторма, и загорала до того, что сходила кожа, и всем этим шокировала провинциальных севастопольских барышень.
12. «

    Широк и желт вечерний свет, Нежна апрельская прохлада. Ты опоздал на много лет, Но всё-таки тебе я рада.

    Широк и желт вечерний свет, Нежна апрельская прохлада. Ты опоздал на много лет, Но всё-таки тебе я рада.
13. «

    Это он осторожно коснулся Заколдованной жизни моей.

    Это он осторожно коснулся Заколдованной жизни моей.
14. «

    Тебе я милой не была, Ты мне постыл, а пытка длилась, И как преступница томилась Любовь, исполненная зла.

    Тебе я милой не была, Ты мне постыл, а пытка длилась, И как преступница томилась Любовь, исполненная зла.
15. «

    Как хорошо, что некого терять, И можно плакать.

    Как хорошо, что некого терять, И можно плакать.
16. «

    Осквернили пречистое слово, Растоптали священный глагол, чтоб с сиделками тридцать седьмого Мыла я окровавленный пол. Разлучили с единственным сыном, В казематах пытали друзей, Окружили невидимым тыном Крепко слаженной слежки своей. Наградили меня немотою, На весь мир окаянно кляня, Обкормили меня клеветою, Опоили отравой меня. И, до самого края доведши, Почему-то оставили там. Любо мне, городской сумасшедшей, По предсмертным бродить площадям.

    Осквернили пречистое слово, Растоптали священный глагол, чтоб с сиделками тридцать седьмого Мыла я окровавленный пол. Разлучили с единственным сыном, В казематах пытали друзей, Окружили невидимым тыном Крепко слаженной слежки своей. Наградили меня немотою, На весь мир окаянно кляня, Обкормили меня клеветою, Опоили отравой меня. И, до самого края доведши, Почему-то оставили там. Любо мне, городской сумасшедшей, По предсмертным бродить площадям.
17. «

    Забудут? — вот чем удивили! Меня забывали не раз, Сто раз я лежала в могиле, Где, может быть, я и сейчас.

    Забудут? — вот чем удивили! Меня забывали не раз, Сто раз я лежала в могиле, Где, может быть, я и сейчас.
18. «

    Как подарок, приму я разлуку И забвение, как благодать. Но скажи мне, на смертную муку Ты другую посмеешь послать?

    Как подарок, приму я разлуку И забвение, как благодать. Но скажи мне, на смертную муку Ты другую посмеешь послать?
19. «

    Не оттого, что зеркало разбилось, Не оттого, что ветер выл в трубе, Не оттого, что в мысли о тебе Уже чужое что-то просочилось, — Не оттого, совсем не оттого Я на пороге встретила его.

    Не оттого, что зеркало разбилось, Не оттого, что ветер выл в трубе, Не оттого, что в мысли о тебе Уже чужое что-то просочилось, — Не оттого, совсем не оттого Я на пороге встретила его.
20. «

    Ты мог бы мне снится и реже, Ведь часто встречаемся мы, Но грустен, взволнован и нежен Ты только в святилище тьмы. И слаще хвалы серафима Мне губ твоих милая лесть... О, там ты не путаешь имя Моё. Не вздыхаешь, как здесь.

    Ты мог бы мне снится и реже, Ведь часто встречаемся мы, Но грустен, взволнован и нежен Ты только в святилище тьмы. И слаще хвалы серафима Мне губ твоих милая лесть... О, там ты не путаешь имя Моё. Не вздыхаешь, как здесь.