175 коротких цитат Анны Андреевны Ахматовы

Ниже 175 цитат Анны Андреевны Ахматовы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Жить — так на воле, Умирать — так дома.

   Жить — так на воле, Умирать — так дома.
2. «

   Мы, поэты, — люди голые, у нас все видно, поэтому нам надо позаботиться о том, чтобы мы выглядели пристойно.

   Мы, поэты, — люди голые, у нас все видно, поэтому нам надо позаботиться о том, чтобы мы выглядели пристойно.
3. «

   Что ты бродишь неприкаянный, Что глядишь ты не дыша? Верно, понял: крепко спаяна На двоих одна душа. Будешь, будешь мной утешенным, Как не снилось никому, А обидишь словом бешеным – Станет больно самому.

   Что ты бродишь неприкаянный, Что глядишь ты не дыша? Верно, понял: крепко спаяна На двоих одна душа. Будешь, будешь мной утешенным, Как не снилось никому, А обидишь словом бешеным – Станет больно самому.
4. «

   У него глаза такие, Что запомнить каждый должен. Мне же лучше, осторожной, В них и вовсе не глядеть.

   У него глаза такие, Что запомнить каждый должен. Мне же лучше, осторожной, В них и вовсе не глядеть.
5. «

   Ты угадал: моя любовь такая, Что даже ты не мог её убить.

   Ты угадал: моя любовь такая, Что даже ты не мог её убить.
6. «

   Постучи кулачком — я открою. Я тебе открывала всегда. Я теперь за высокой горою, За пустыней, за ветром и зноем, Но тебя не предам никогда... Твоего я не слышала стона. Хлеба ты у меня не просил. Принеси же мне ветку клена Или просто травинок зеленых, Как ты прошлой весной приносил. Принеси же мне горсточку чистой, Нашей невской студеной воды, И с головки твоей золотистой Я кровавые смою следы.

   Постучи кулачком — я открою. Я тебе открывала всегда. Я теперь за высокой горою, За пустыней, за ветром и зноем, Но тебя не предам никогда... Твоего я не слышала стона. Хлеба ты у меня не просил. Принеси же мне ветку клена Или просто травинок зеленых, Как ты прошлой весной приносил. Принеси же мне горсточку чистой, Нашей невской студеной воды, И с головки твоей золотистой Я кровавые смою следы.
7. «

   Есть в близости людей заветная черта, Ее не перейти влюбленности и страсти, — Пусть в жуткой тишине сливаются уста И сердце рвется от любви на части.

   Есть в близости людей заветная черта, Ее не перейти влюбленности и страсти, — Пусть в жуткой тишине сливаются уста И сердце рвется от любви на части.
8. «

   То ли я с тобой осталась, То ли ты ушел со мной.

   То ли я с тобой осталась, То ли ты ушел со мной.
9. «

   Я давно не верю в телефоны, В радио не верю, в телеграф. У меня на всё свои законы И, быть может, одичалый нрав.

   Я давно не верю в телефоны, В радио не верю, в телеграф. У меня на всё свои законы И, быть может, одичалый нрав.
10. «

    Я рукой своей тебя не трону, Не взглянув ни разу, разлюблю, Но твоим невероятным стоном Жажду наконец я уталю.

    Я рукой своей тебя не трону, Не взглянув ни разу, разлюблю, Но твоим невероятным стоном Жажду наконец я уталю.
11. «

    Перед весной бывают дни такие: Под плотным снегом отдыхает луг, Шумят деревья весело-сухие, И теплый ветер нежен и упруг.

    Перед весной бывают дни такие: Под плотным снегом отдыхает луг, Шумят деревья весело-сухие, И теплый ветер нежен и упруг.
12. «

    Заплаканная осень, как вдова В одеждах чёрных, все сердца туманит. Перебирая мужнины слова, Она рыдать не перестанет.

    Заплаканная осень, как вдова В одеждах чёрных, все сердца туманит. Перебирая мужнины слова, Она рыдать не перестанет.
13. «

    За заставой воет шарманка, Водят мишку, пляшет цыганка На заплеванной мостовой. Паровозик идет до Скорбящей, И гудочек его щемящий Откликается над Невой. В черном ветре злоба и воля. Тут уже до Горячего Поля, Вероятно, рукой подать. Тут мой голос смолкает вещий, Тут еще чудеса похлеще, Но уйдем — мне некогда ждать.

    За заставой воет шарманка, Водят мишку, пляшет цыганка На заплеванной мостовой. Паровозик идет до Скорбящей, И гудочек его щемящий Откликается над Невой. В черном ветре злоба и воля. Тут уже до Горячего Поля, Вероятно, рукой подать. Тут мой голос смолкает вещий, Тут еще чудеса похлеще, Но уйдем — мне некогда ждать.
14. «

    Что нам разлука? — Лихая забава, Беды скучают без нас. Спьяну ли ввалится в горницу слава, Бьет ли тринадцатый час?

    Что нам разлука? — Лихая забава, Беды скучают без нас. Спьяну ли ввалится в горницу слава, Бьет ли тринадцатый час?
15. «

    Лучше б нас не было на земле, Лучше б мы были в небесном кремле, Летали, как птицы, цвели, как цветы, Но все равно были — я и ты.

    Лучше б нас не было на земле, Лучше б мы были в небесном кремле, Летали, как птицы, цвели, как цветы, Но все равно были — я и ты.
16. «

    Спокойной ночи, ночь.

    Спокойной ночи, ночь.
17. «

    Так отлетают тёмные души... — Я буду бредить, а ты не слушай.

    Так отлетают тёмные души... — Я буду бредить, а ты не слушай.
18. «

    Круг от лампы жёлтый... Шорохам внимаю. Отчего ушёл ты? Я не понимаю...

    Круг от лампы жёлтый... Шорохам внимаю. Отчего ушёл ты? Я не понимаю...
19. «

    Это было, когда улыбался Только мертвый, спокойствию рад. И ненужным привеском качался Возле тюрем своих Ленинград. И когда, обезумев от муки, Шли уже осужденных полки, И короткую песню разлуки Паровозные пели гудки, Звезды смерти стояли над нами, И безвинная корчилась Русь Под кровавыми сапогами И под шинами черных марусь.

    Это было, когда улыбался Только мертвый, спокойствию рад. И ненужным привеском качался Возле тюрем своих Ленинград. И когда, обезумев от муки, Шли уже осужденных полки, И короткую песню разлуки Паровозные пели гудки, Звезды смерти стояли над нами, И безвинная корчилась Русь Под кровавыми сапогами И под шинами черных марусь.
20. «

    Я научилась просто, мудро жить, Смотреть на небо и молиться Богу, И долго перед вечером бродить, Чтоб утомить ненужную тревогу.

    Я научилась просто, мудро жить, Смотреть на небо и молиться Богу, И долго перед вечером бродить, Чтоб утомить ненужную тревогу.