258 цитат Анны Андреевны Ахматовы — коротко и по делу

Ниже 258 цитат Анны Андреевны Ахматовы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Подымались как к обедне ранней, По столице одичалой шли, Там встречались, мертвых бездыханней, Солнце ниже и Нева туманней, А надежда все поет вдали.

   Подымались как к обедне ранней, По столице одичалой шли, Там встречались, мертвых бездыханней, Солнце ниже и Нева туманней, А надежда все поет вдали.
2. «

   Двадцать первое. Ночь. Понедельник. Очертанья столицы во мгле. Сочинил же какой-то бездельник, Что бывает любовь на земле.

   Двадцать первое. Ночь. Понедельник. Очертанья столицы во мгле. Сочинил же какой-то бездельник, Что бывает любовь на земле.
3. «

   Он прав – опять фонарь, аптека, Нева, безмолвие, гранит… Как памятник началу века, Там этот человек стоит — Когда он Пушкинскому Дому, Прощаясь, помахал рукой И принял смертную истому Как незаслуженный покой.

   Он прав – опять фонарь, аптека, Нева, безмолвие, гранит… Как памятник началу века, Там этот человек стоит — Когда он Пушкинскому Дому, Прощаясь, помахал рукой И принял смертную истому Как незаслуженный покой.
4. «

   Не он ко мне, а я к нему — Во тьму, во тьму, во тьму.

   Не он ко мне, а я к нему — Во тьму, во тьму, во тьму.
5. «

   Не страшно под пулями мертвыми лечь, Не горько остаться без крова, - И мы сохраним тебя, русская речь, Великое русское слово. Свободным и чистым тебя пронесем, И внукам дадим, и от плена спасем Навеки!

   Не страшно под пулями мертвыми лечь, Не горько остаться без крова, - И мы сохраним тебя, русская речь, Великое русское слово. Свободным и чистым тебя пронесем, И внукам дадим, и от плена спасем Навеки!
6. «

   То ли я с тобой осталась, То ли ты ушел со мной.

   То ли я с тобой осталась, То ли ты ушел со мной.
7. «

   Пива светлого наварено, На столе дымится гусь... Поминать царя да барина Станет праздничная Русь —

   Пива светлого наварено, На столе дымится гусь... Поминать царя да барина Станет праздничная Русь —
8. «

   Постучи кулачком — я открою. Я тебе открывала всегда. Я теперь за высокой горою, За пустыней, за ветром и зноем, Но тебя не предам никогда... Твоего я не слышала стона. Хлеба ты у меня не просил. Принеси же мне ветку клена Или просто травинок зеленых, Как ты прошлой весной приносил. Принеси же мне горсточку чистой, Нашей невской студеной воды, И с головки твоей золотистой Я кровавые смою следы.

   Постучи кулачком — я открою. Я тебе открывала всегда. Я теперь за высокой горою, За пустыней, за ветром и зноем, Но тебя не предам никогда... Твоего я не слышала стона. Хлеба ты у меня не просил. Принеси же мне ветку клена Или просто травинок зеленых, Как ты прошлой весной приносил. Принеси же мне горсточку чистой, Нашей невской студеной воды, И с головки твоей золотистой Я кровавые смою следы.
9. «

   И жёсткие звуки влажнели, дробясь, И с прошлым и с будущем множилась связь.

   И жёсткие звуки влажнели, дробясь, И с прошлым и с будущем множилась связь.
10. «

    О как была с тобой мне сладостна земля!

    О как была с тобой мне сладостна земля!
11. «

    Уводили тебя на рассвете, За тобой, как на выносе, шла, В темной горнице плакали дети, У божницы свеча оплыла. На губах твоих холод иконки. Смертный пот на челе не забыть. Буду я, как стрелецкие женки, Под кремлевскими башнями выть.

    Уводили тебя на рассвете, За тобой, как на выносе, шла, В темной горнице плакали дети, У божницы свеча оплыла. На губах твоих холод иконки. Смертный пот на челе не забыть. Буду я, как стрелецкие женки, Под кремлевскими башнями выть.
12. «

    Поэт всегда прав.

    Поэт всегда прав.
13. «

    Так отлетают тёмные души... — Я буду бредить, а ты не слушай.

    Так отлетают тёмные души... — Я буду бредить, а ты не слушай.
14. «

    Сзади Нарвские были ворота, Впереди была только смерть... Так советская шла пехота Прямо в желтые жерла «Берт». Вот о вас и напишут книжки: «Жизнь свою за други своя», Незатейливые парнишки — Ваньки, Васьки, Алешки, Гришки,— Внуки, братики, сыновья!

    Сзади Нарвские были ворота, Впереди была только смерть... Так советская шла пехота Прямо в желтые жерла «Берт». Вот о вас и напишут книжки: «Жизнь свою за други своя», Незатейливые парнишки — Ваньки, Васьки, Алешки, Гришки,— Внуки, братики, сыновья!
15. «

    Какое нам в сущности дело, Что всё превращается в прах, Над сколькими безднами пела И в скольких жила зеркалах. Пускай я не сон, не отрада И меньше всего благодать, Но, может быть, чаще, чем надо, Придётся тебе вспоминать — И гул затихающих строчек, И глаз, что скрывает на дне Тот ржавый колючий веночек В тревожной своей тишине.

    Какое нам в сущности дело, Что всё превращается в прах, Над сколькими безднами пела И в скольких жила зеркалах. Пускай я не сон, не отрада И меньше всего благодать, Но, может быть, чаще, чем надо, Придётся тебе вспоминать — И гул затихающих строчек, И глаз, что скрывает на дне Тот ржавый колючий веночек В тревожной своей тишине.
16. «

    Я всем прощение дарую И в Воскресение Христа Меня предавших в лоб целую, А не предавшего — в уста.

    Я всем прощение дарую И в Воскресение Христа Меня предавших в лоб целую, А не предавшего — в уста.
17. «

    И было этим летом так отрадно Мне отвыкать от собственных имён В той тишине почти что виноградной И в яви, отработанной под сон.

    И было этим летом так отрадно Мне отвыкать от собственных имён В той тишине почти что виноградной И в яви, отработанной под сон.
18. «

    Не бывать тебе в живых, Со снегу не встать. Двадцать восемь штыковых, Огнестрельных пять. Горькую обновушку Другу шила я. Любит, любит кровушку Русская земля.

    Не бывать тебе в живых, Со снегу не встать. Двадцать восемь штыковых, Огнестрельных пять. Горькую обновушку Другу шила я. Любит, любит кровушку Русская земля.
19. «

    Ива на небе пустом распластала Веер сквозной. Может быть, лучше, что я не стала Вашей женой.

    Ива на небе пустом распластала Веер сквозной. Может быть, лучше, что я не стала Вашей женой.
20. «

    Угощу под заветнейшим клёном Я беседой тебя не простой — Тишиною с серебряный звоном И колодезной чистой водой, — И не надо страдальческим стоном Отвечать... Я согласна, — постой, — В этом сумраке тёмно-зелёном Был предчувствий таинственный зной.

    Угощу под заветнейшим клёном Я беседой тебя не простой — Тишиною с серебряный звоном И колодезной чистой водой, — И не надо страдальческим стоном Отвечать... Я согласна, — постой, — В этом сумраке тёмно-зелёном Был предчувствий таинственный зной.