Анна Андреевна Ахматова: 275 цитат на каждый день

Ниже 275 цитат Анны Андреевны Ахматовы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Где елей искалеченные руки Взывали к мщенью — зеленеет ель, И там, где сердце ныло от разлуки,— Там мать поет, качая колыбель.

   Где елей искалеченные руки Взывали к мщенью — зеленеет ель, И там, где сердце ныло от разлуки,— Там мать поет, качая колыбель.
2. «

   Тихо льется тихий Дон, Желтый месяц входит в дом. Входит в шапке набекрень, Видит желтый месяц тень.

   Тихо льется тихий Дон, Желтый месяц входит в дом. Входит в шапке набекрень, Видит желтый месяц тень.
3. «

   О, как мало осталось Ей дела на свете — ещё с мужиком пошутить И чёрную змейку, как будто прощальную жалость, На смуглую грудь равнодушной рукой положить.

   О, как мало осталось Ей дела на свете — ещё с мужиком пошутить И чёрную змейку, как будто прощальную жалость, На смуглую грудь равнодушной рукой положить.
4. «

   Подобрала ноги удобнее, Равнодушно спросила: «Уже?» Согнула руку, Губы дотронулись до холодно гладких колец. О будущей встречи мы не условились: Я знала, что это конец.

   Подобрала ноги удобнее, Равнодушно спросила: «Уже?» Согнула руку, Губы дотронулись до холодно гладких колец. О будущей встречи мы не условились: Я знала, что это конец.
5. «

   Слава тебе, безысходная боль! Умер вчера сероглазый король.

   Слава тебе, безысходная боль! Умер вчера сероглазый король.
6. «

   Важно с девочками простились, на ходу целовали мать, Во всё новое нарядились, как в солдатики шли играть. Ни плохих, ни хороших, ни средних... Все они по своим местам. Где ни первых нет, ни последних... Все они опочили там.

   Важно с девочками простились, на ходу целовали мать, Во всё новое нарядились, как в солдатики шли играть. Ни плохих, ни хороших, ни средних... Все они по своим местам. Где ни первых нет, ни последних... Все они опочили там.
7. «

   Когда шуршат в овраге лопухи И никнет гроздь рябины желто-красной, Слагаю я веселые стихи О жизни тленной, тленной и прекрасной.

   Когда шуршат в овраге лопухи И никнет гроздь рябины желто-красной, Слагаю я веселые стихи О жизни тленной, тленной и прекрасной.
8. «

   Думали: нищие мы, нету у нас ничего, А как стали одно за другим терять, Так, что сделался каждый день Поминальным днём, - Начали песни слагать О великой щедрости Божьей Да о нашем бывшем богатстве.

   Думали: нищие мы, нету у нас ничего, А как стали одно за другим терять, Так, что сделался каждый день Поминальным днём, - Начали песни слагать О великой щедрости Божьей Да о нашем бывшем богатстве.
9. «

   Он любил три вещи на свете: За вечерней пенье, белых павлинов И стертые карты Америки. Не любил, когда плачут дети, Не любил чая с малиной И женской истерики... А я была его женой.

   Он любил три вещи на свете: За вечерней пенье, белых павлинов И стертые карты Америки. Не любил, когда плачут дети, Не любил чая с малиной И женской истерики... А я была его женой.
10. «

    И в пестрой суете людской Все изменилось вдруг. Но это был не городской, Да и не сельский звук. На грома дальнего раскат Он, правда, был похож, как брат, Но в громе влажность есть Высоких свежих облаков И вожделение лугов - Веселых ливней весть. А этот был, как пекло, сух, И не хотел смятенный слух Поверить — по тому, Как расширялся он и рос, Как равнодушно гибель нес Ребенку моему.

    И в пестрой суете людской Все изменилось вдруг. Но это был не городской, Да и не сельский звук. На грома дальнего раскат Он, правда, был похож, как брат, Но в громе влажность есть Высоких свежих облаков И вожделение лугов - Веселых ливней весть. А этот был, как пекло, сух, И не хотел смятенный слух Поверить — по тому, Как расширялся он и рос, Как равнодушно гибель нес Ребенку моему.
11. «

    А я иду, где ничего не надо, Где самый милый спутник — только тень, И веет ветер из глухого сада, А под ногой могильная ступень.

    А я иду, где ничего не надо, Где самый милый спутник — только тень, И веет ветер из глухого сада, А под ногой могильная ступень.
12. «

    На землю саван тягостный возложен, Торжественно гудят колокола, И снова дух смятен и потревожен Истомной скукой Царского Села. Пять лет прошло. Здесь все мертво и немо, Как будто мира наступил конец. Как навсегда исчерпанная тема, В смертельном сне покоится дворец.

    На землю саван тягостный возложен, Торжественно гудят колокола, И снова дух смятен и потревожен Истомной скукой Царского Села. Пять лет прошло. Здесь все мертво и немо, Как будто мира наступил конец. Как навсегда исчерпанная тема, В смертельном сне покоится дворец.
13. «

    В каждом древе распятый Господь, В каждом колосе тело Христово. И молитвы пречистое слово Исцеляет болящую плоть.

    В каждом древе распятый Господь, В каждом колосе тело Христово. И молитвы пречистое слово Исцеляет болящую плоть.
14. «

    От других мне хвала, что зола. От тебя и хула – похвала.

    От других мне хвала, что зола. От тебя и хула – похвала.
15. «

    Мы не встречаться больше научились, Не подымаем друг на друга глаз, Но даже сами бы не поручились За то, что с нами будет через час.

    Мы не встречаться больше научились, Не подымаем друг на друга глаз, Но даже сами бы не поручились За то, что с нами будет через час.
16. «

    Брошена! Придуманное слово — Разве я цветок или письмо?..

    Брошена! Придуманное слово — Разве я цветок или письмо?..
17. «

    Так дивно знала я земную радость И праздников считала не двенадцать, А столько, сколько было дней в году.

    Так дивно знала я земную радость И праздников считала не двенадцать, А столько, сколько было дней в году.
18. «

    Лучше б нас не было на земле, Лучше б мы были в небесном кремле, Летали, как птицы, цвели, как цветы, Но все равно были — я и ты.

    Лучше б нас не было на земле, Лучше б мы были в небесном кремле, Летали, как птицы, цвели, как цветы, Но все равно были — я и ты.
19. «

    Я кончила жить, еще не начиная.

    Я кончила жить, еще не начиная.
20. «

    Забудут? — вот чем удивили! Меня забывали сто раз, Сто раз я лежала в могиле, Где, может быть, я и сейчас. А Муза и глохла и слепла, В земле истлевала зерном, Чтоб после, как Феникс из пепла, В эфире восстать голубом.

    Забудут? — вот чем удивили! Меня забывали сто раз, Сто раз я лежала в могиле, Где, может быть, я и сейчас. А Муза и глохла и слепла, В земле истлевала зерном, Чтоб после, как Феникс из пепла, В эфире восстать голубом.