38 цитат Анны Борисовы (писатель) про любовь, время и выбор

Анна Борисова (писатель) — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 38 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   В конце концов, все по-настоящему грандиозные затеи в начале казались сумасшествием.

   В конце концов, все по-настоящему грандиозные затеи в начале казались сумасшествием.

   — Сандра Казначеева · книга
2. «

   Я должна чувствовать себя виноватой, если я сделала что-то плохое или могла, но не сделала что-то хорошее. А остальное себе можно и простить.

   Я должна чувствовать себя виноватой, если я сделала что-то плохое или могла, но не сделала что-то хорошее. А остальное себе можно и простить.

   — Vremena goda · книга
3. «

   Вера — это великая и печальная мечта человеческой души о том, что она на свете не одинока, что она кому-то нужна и важна, что она бессмертна.

   Вера — это великая и печальная мечта человеческой души о том, что она на свете не одинока, что она кому-то нужна и важна, что она бессмертна.

   — Креативщик · книга
4. «

   Главная мужская сказка — про спящую царевну, которую нужно разбудить, чтобы она полюбила. Главная женская сказка — про мальчика Кая с заледеневшим сердцем.

   Главная мужская сказка — про спящую царевну, которую нужно разбудить, чтобы она полюбила. Главная женская сказка — про мальчика Кая с заледеневшим сердцем.

   — Vremena goda · книга
5. «

   В счастливых семейных парах есть что-то неприличное. Им никто не нужен, они никого в свой мир не пускают.

   В счастливых семейных парах есть что-то неприличное. Им никто не нужен, они никого в свой мир не пускают.

   — Vremena goda · книга
6. «

   Каждому нужен базис для самоуважения. Один уважает себя за то, что совершает какие-то поступки; другой — за то, что каких-то поступков не совершает.

   Каждому нужен базис для самоуважения. Один уважает себя за то, что совершает какие-то поступки; другой — за то, что каких-то поступков не совершает.

   — Креативщик · книга
7. «

   — Минуточку. Бог или есть, или Его нет. — Для кого-то есть, для кого-то нет. В зависимости от категории, к которой относится человек. — И много их, этих категорий? — Всего две. Есть люди, которым хочется всё понимать. И есть люди, которым понимать не хочется, а хочется верить. Верить можно лишь в то, что понять невозможно. Понимать можно лишь то, что не требует веры. — Я, очевидно, принадлежу к первой категории. Стало быть, мне Бог не нужен? — уточнила Анна. — Стало быть, так.

   — Минуточку. Бог или есть, или Его нет. — Для кого-то есть, для кого-то нет. В зависимости от категории, к которой относится человек. — И много их, этих категорий? — Всего две. Есть люди, которым хочется всё понимать. И есть люди, которым понимать не хочется, а хочется верить. Верить можно лишь в то, что понять невозможно. Понимать можно лишь то, что не требует веры. — Я, очевидно, принадлежу к первой категории. Стало быть, мне Бог не нужен? — уточнила Анна. — Стало быть, так.

   — Анна (Anna) · книга
8. «

   — Что ж это у мужчин всегда женщины виноваты? — Так же, как у женщин мужчины.

   — Что ж это у мужчин всегда женщины виноваты? — Так же, как у женщин мужчины.

   — Иван Иванович · книга
9. «

   У счастья есть один большой минус, а у несчастья — один большой плюс: и первое, и второе когда-нибудь заканчиваются.

   У счастья есть один большой минус, а у несчастья — один большой плюс: и первое, и второе когда-нибудь заканчиваются.

   — Vremena goda · книга
10. «

    Самый лучший любовник — не тот, кто играет на твоем теле, как на фортепиано. Самый лучший любовник всегда — тот, кого ты любишь.

    Самый лучший любовник — не тот, кто играет на твоем теле, как на фортепиано. Самый лучший любовник всегда — тот, кого ты любишь.

    — Сандра Казначеева · книга
11. «

    — А вы, значит, смерти не боитесь? — Да я про неё вообще не думаю. Как выйдет, так и выйдет. Жить и смерти ждать? Глупо. И чего на неё, дуру, оглядываться? Она и так всегда рядом, с утра до вечера и с вечера до утра. Мы бродим через смерть, как через окутанный туманом лес. Вокруг нас, повсюду, её деревья, её ямы, её овраги. Каждую секунду можно напороться, оступиться, провалиться. Смерть проносится в потоке машин, которые гонят по встречной полосе. Малейший поворот руля — и всё, мгновенный конец. Весной смерть свисает сосулькой с крыши. Она лежит в кармане у психа, который прошёл в толпе мимо вас, обдав мёртвым взглядом. Мог завизжать, полоснуть — но что-то его отвлекло, накинется на кого-нибудь другого. В старину люди очень хорошо знали: жизнь хрупка и в любую секунду может оборваться. Сейчас эта неопровержимая истина как-то подзабылась. Но от этого она не перестала быть истиной. Только грызть себя из-за этого незачем. Постареете — помудреете. Тело само вам подскажет, что ничего особенного в смерти нет.

    — А вы, значит, смерти не боитесь? — Да я про неё вообще не думаю. Как выйдет, так и выйдет. Жить и смерти ждать? Глупо. И чего на неё, дуру, оглядываться? Она и так всегда рядом, с утра до вечера и с вечера до утра. Мы бродим через смерть, как через окутанный туманом лес. Вокруг нас, повсюду, её деревья, её ямы, её овраги. Каждую секунду можно напороться, оступиться, провалиться. Смерть проносится в потоке машин, которые гонят по встречной полосе. Малейший поворот руля — и всё, мгновенный конец. Весной смерть свисает сосулькой с крыши. Она лежит в кармане у психа, который прошёл в толпе мимо вас, обдав мёртвым взглядом. Мог завизжать, полоснуть — но что-то его отвлекло, накинется на кого-нибудь другого. В старину люди очень хорошо знали: жизнь хрупка и в любую секунду может оборваться. Сейчас эта неопровержимая истина как-то подзабылась. Но от этого она не перестала быть истиной. Только грызть себя из-за этого незачем. Постареете — помудреете. Тело само вам подскажет, что ничего особенного в смерти нет.

    — Креативщик · книга
12. «

    Человек так устроен, что, если поместить его в психологически комфортную, абсолютно бесконфликтную среду, он начнёт генерировать стрессовые ситуации из-за ерунды.

    Человек так устроен, что, если поместить его в психологически комфортную, абсолютно бесконфликтную среду, он начнёт генерировать стрессовые ситуации из-за ерунды.

    — Vremena goda · книга
13. «

    Помирает один никчёмный мужичока, всю жизнь попусту небо коптил. Попадает на тот свет и спрашивает у Бога: «Господи, скажи, ну чего ради я на свет родился? Неужто был в моём существовании хоть какой-то смысл?» Бог ему: «Конечно сын мой. У меня иначе не бывает. Помнишь, в 69-ом ты в Гурзуфе отдыхал?» «Помню, Господи.» «А как ты вечером 27 июля познакомился с блондинкой из кременчуга и с ней с ресторане «Якорь» сидел, ужинал, помнишь?» «Что-то припоминаю, смутно». «А как за соседним столиком сидела женщина с бледным лицом, все курила сигарету за сигаретой, а потом попросила тебя солонку передать?» «Нет, Господи, не помню». «Зря. Для этого ты на свет и появился».

    Помирает один никчёмный мужичока, всю жизнь попусту небо коптил. Попадает на тот свет и спрашивает у Бога: «Господи, скажи, ну чего ради я на свет родился? Неужто был в моём существовании хоть какой-то смысл?» Бог ему: «Конечно сын мой. У меня иначе не бывает. Помнишь, в 69-ом ты в Гурзуфе отдыхал?» «Помню, Господи.» «А как ты вечером 27 июля познакомился с блондинкой из кременчуга и с ней с ресторане «Якорь» сидел, ужинал, помнишь?» «Что-то припоминаю, смутно». «А как за соседним столиком сидела женщина с бледным лицом, все курила сигарету за сигаретой, а потом попросила тебя солонку передать?» «Нет, Господи, не помню». «Зря. Для этого ты на свет и появился».

    — Креативщик · книга
14. «

    У него была собственная теория воспитания. Детей нужно дрессировать, как породистых щенят, для самостоятельной жизни — вот в чем главный долг отца и матери, а вовсе не в том, чтоб тешить родительские инстинкты.

    У него была собственная теория воспитания. Детей нужно дрессировать, как породистых щенят, для самостоятельной жизни — вот в чем главный долг отца и матери, а вовсе не в том, чтоб тешить родительские инстинкты.

    — Клим Звонарев · книга
15. «

    Восточная медицина, в отличие от западной, не придает большого значения дипломам. Сколько ею ни занимайся, остаешься вечным учеником.

    Восточная медицина, в отличие от западной, не придает большого значения дипломам. Сколько ею ни занимайся, остаешься вечным учеником.

    — Vremena goda · книга
16. «

    Никогда не понимала, как могут люди ностальгировать по своей молодости и умиляться ей. Вспоминая себя в том возрасте, я чаще всего чувствую досаду, а бывает, что и жгучий стыд. Такое ощущение, словно в тринадцать лет я — это еще не я, а десятая часть меня; в двадцать семь — максимум четвертинка. Даже пребывая в нынешнем беспомощном положении, я лучше и больше, чем была двадцать, сорок или, того паче, восемьдесят лет назад. Иначе, по-моему и не может быть. Чего стоит человек, если, двигаясь по жизни, он становится хуже, слабее, неинтересней?

    Никогда не понимала, как могут люди ностальгировать по своей молодости и умиляться ей. Вспоминая себя в том возрасте, я чаще всего чувствую досаду, а бывает, что и жгучий стыд. Такое ощущение, словно в тринадцать лет я — это еще не я, а десятая часть меня; в двадцать семь — максимум четвертинка. Даже пребывая в нынешнем беспомощном положении, я лучше и больше, чем была двадцать, сорок или, того паче, восемьдесят лет назад. Иначе, по-моему и не может быть. Чего стоит человек, если, двигаясь по жизни, он становится хуже, слабее, неинтересней?

    — Мадам · книга
17. «

    Внимать, как рассуждает вслух умный мужчина, — одно из самых приятных занятий на свете.

    Внимать, как рассуждает вслух умный мужчина, — одно из самых приятных занятий на свете.

    — Жанна Звонарева · книга
18. «

    То, что называют «старостью», на самом деле является зрелостью, и это самая лучшая, самая долгая пора жизни, но люди этого не понимают, они боятся стареть, потому что для них старость — это болезни, телесная слабость и угасание ума, но такою старость бывает только у людей, неправильно проживших свою жизнь. Ты скажешь, что все старики таковы, и будешь почти права — но лишь в том смысле, что почти все люди проживают жизнь неправильно.

    То, что называют «старостью», на самом деле является зрелостью, и это самая лучшая, самая долгая пора жизни, но люди этого не понимают, они боятся стареть, потому что для них старость — это болезни, телесная слабость и угасание ума, но такою старость бывает только у людей, неправильно проживших свою жизнь. Ты скажешь, что все старики таковы, и будешь почти права — но лишь в том смысле, что почти все люди проживают жизнь неправильно.

    — Иван Иванович · книга
19. «

    Счастье — это дар, он врождённый. Если ты им наделена, всё равно будешь счастливой. Но несчастное мироощущение — тоже дар. Может быть, не менее ценный. Счастье усыпляет душу, несчастье её развивает.

    Счастье — это дар, он врождённый. Если ты им наделена, всё равно будешь счастливой. Но несчастное мироощущение — тоже дар. Может быть, не менее ценный. Счастье усыпляет душу, несчастье её развивает.

    — Креативщик · книга
20. «

    «Если после смерти что-то есть, это очень хорошо. А если ничего нет, то еще лучше» — сказал изобретатель Эдисон. Столько всяких версий существует! Есть теория «выхода из тюрьмы». Будто все мы на самом деле обитатели другого мира, который гораздо лучше нашего. А Земля — это тюрьма, и мы сюда помещены за преступления. В зависимости от тяжести содеянного сроки у всех разные, но максимальный — 100 лет. Кто умирает в младенчестве, это мелкие хулиганы, кому дали типа 15 суток. В тюрьме есть разные зоны. Общий режим — это развитые страны. Строгий — это как у нас. Особый — это как в Африке. Отсидел свое, помираешь и возвращаешься на волю. Другая теория называется «Пробуждение». Будто земная жизнь — это такое сновидение. У кого кошмарное, у кого более или менее приятное. Насильственная смерть — это когда спящему в ухо крикнули или грубо растолкали. Естественная, от старости, — это когда мирно продрых до утра и спокойно проснулся. К теории сна примыкает теория комы. Ну, то что ты сейчас находишься в коме и тебя посещают всякие фантомные видения, которые и есть земная жизнь. А смерть — это ты выходишь из комы, к тебе возвращается сознание... В общем, на эту тему много чего напридумано. Лично мне было бы интересно, если бы после смерти мы становились звездами. Ведь откуда-то рождаются все время новые звезды? Для этого требуется выброс энергии. Что если смерть и есть такая энергетическая трансмутация? Если душа была мощной, возникает новое солнце. Если хилая, то какой-нибудь мелкий астероид. Небесных тел во Вселенной столько, сколько жило и умерло людей.

    «Если после смерти что-то есть, это очень хорошо. А если ничего нет, то еще лучше» — сказал изобретатель Эдисон. Столько всяких версий существует! Есть теория «выхода из тюрьмы». Будто все мы на самом деле обитатели другого мира, который гораздо лучше нашего. А Земля — это тюрьма, и мы сюда помещены за преступления. В зависимости от тяжести содеянного сроки у всех разные, но максимальный — 100 лет. Кто умирает в младенчестве, это мелкие хулиганы, кому дали типа 15 суток. В тюрьме есть разные зоны. Общий режим — это развитые страны. Строгий — это как у нас. Особый — это как в Африке. Отсидел свое, помираешь и возвращаешься на волю. Другая теория называется «Пробуждение». Будто земная жизнь — это такое сновидение. У кого кошмарное, у кого более или менее приятное. Насильственная смерть — это когда спящему в ухо крикнули или грубо растолкали. Естественная, от старости, — это когда мирно продрых до утра и спокойно проснулся. К теории сна примыкает теория комы. Ну, то что ты сейчас находишься в коме и тебя посещают всякие фантомные видения, которые и есть земная жизнь. А смерть — это ты выходишь из комы, к тебе возвращается сознание... В общем, на эту тему много чего напридумано. Лично мне было бы интересно, если бы после смерти мы становились звездами. Ведь откуда-то рождаются все время новые звезды? Для этого требуется выброс энергии. Что если смерть и есть такая энергетическая трансмутация? Если душа была мощной, возникает новое солнце. Если хилая, то какой-нибудь мелкий астероид. Небесных тел во Вселенной столько, сколько жило и умерло людей.

    — Там · книга