115 цитат Анны Элиса для поста и дневника

Ниже 115 цитат Анны Элиса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Чонгук готов всё простить, если услышит «я тебя тоже».

   Чонгук готов всё простить, если услышит «я тебя тоже».

   — Вопль · книга
2. «

   Я много думал о нас. Пытался вспомнить момент, когда упустил тебя. Наверное, я был сильно ослеплён своими чувствами, поэтому его не заметил. Даже сейчас, проматывая всё в своей голове, я не могу отыскать отправную точку. Кажется, я до сих пор ослеплён. Неудивительно. Эти воспоминания о тебе – мощнейшая сила. Подумать только, сколько раз они вырывали меня обратно всего за шаг до смерти. Сколько раз толкали к краю и сколько подхватывали в самый последний момент. Твоя любовь ко мне фантомна, но моя к тебе – выше всех существующих законов. Я заклеймён тобой на каждом миллиметре.

   Я много думал о нас. Пытался вспомнить момент, когда упустил тебя. Наверное, я был сильно ослеплён своими чувствами, поэтому его не заметил. Даже сейчас, проматывая всё в своей голове, я не могу отыскать отправную точку. Кажется, я до сих пор ослеплён. Неудивительно. Эти воспоминания о тебе – мощнейшая сила. Подумать только, сколько раз они вырывали меня обратно всего за шаг до смерти. Сколько раз толкали к краю и сколько подхватывали в самый последний момент. Твоя любовь ко мне фантомна, но моя к тебе – выше всех существующих законов. Я заклеймён тобой на каждом миллиметре.

   — Вопль · книга
3. «

   Чонгук весь будто бы в длинных острых иглах. Метафорически. Подойдёшь к нему близко – уколешься. Захочешь остаться рядом – истечёшь кровью. Так работают его защитные механизмы. Я много всего повидал, Намджун. Люди не выставляют такую защиту, когда уже морально мертвы и разлагаются. Они выставляют её, когда почти разрушены. Почти – ключевое слово. Чонгук хочет и будет бороться. Назло всем и до конца.

   Чонгук весь будто бы в длинных острых иглах. Метафорически. Подойдёшь к нему близко – уколешься. Захочешь остаться рядом – истечёшь кровью. Так работают его защитные механизмы. Я много всего повидал, Намджун. Люди не выставляют такую защиту, когда уже морально мертвы и разлагаются. Они выставляют её, когда почти разрушены. Почти – ключевое слово. Чонгук хочет и будет бороться. Назло всем и до конца.

   — Вопль · книга
4. «

   Юнги снова больно. У этой боли вообще есть какой-то лимит, или она способна литься вечно?

   Юнги снова больно. У этой боли вообще есть какой-то лимит, или она способна литься вечно?

   — Вопль · книга
5. «

   Как Чонгук должен с этим справиться? Как ему жить без него дальше? На оба вопроса есть лишь один ответ. Никак. Даже пытаться не стоит. Бессмысленно.

   Как Чонгук должен с этим справиться? Как ему жить без него дальше? На оба вопроса есть лишь один ответ. Никак. Даже пытаться не стоит. Бессмысленно.

   — Вопль · книга
6. «

   Прошло два года с тех пор, как ты… А я так и не научился жить без тебя. Чонгук, мне так больно… Мне так больно, что я дышать не могу. Те твои слова… «Пожалуйста, никогда не забывай нашу историю. Никогда не забывай о нас». Это очень жестокая просьба, Чонгук. Если бы ты только знал, как я хочу забыть о нас. Как хочу прекратить пускать тебя в свои мысли и сны, запретить тебе смеяться в моих воспоминаниях. Я хочу просто отпустить тебя. Навсегда отпустить. Почему ты ушёл? Ты же обещал, что не оставишь меня. Что никогда не оставишь…

   Прошло два года с тех пор, как ты… А я так и не научился жить без тебя. Чонгук, мне так больно… Мне так больно, что я дышать не могу. Те твои слова… «Пожалуйста, никогда не забывай нашу историю. Никогда не забывай о нас». Это очень жестокая просьба, Чонгук. Если бы ты только знал, как я хочу забыть о нас. Как хочу прекратить пускать тебя в свои мысли и сны, запретить тебе смеяться в моих воспоминаниях. Я хочу просто отпустить тебя. Навсегда отпустить. Почему ты ушёл? Ты же обещал, что не оставишь меня. Что никогда не оставишь…

   — Вопль · книга
7. «

   Неуязвимых людей не существует. У каждого человека на этой планете, даже у самого жестокого и безжалостного, есть болевая точка. Правда, узнать, где и насколько глубоко она спрятана и отыскать её для того, чтобы выдавить до упора или хотя бы до неё дотронуться, не всегда представляется возможным. Но это не значит, что там, внутри, её нет.

   Неуязвимых людей не существует. У каждого человека на этой планете, даже у самого жестокого и безжалостного, есть болевая точка. Правда, узнать, где и насколько глубоко она спрятана и отыскать её для того, чтобы выдавить до упора или хотя бы до неё дотронуться, не всегда представляется возможным. Но это не значит, что там, внутри, её нет.

   — Вопль · книга
8. «

   Прости меня. Раз ад, в который я угодил, существует, то и рай должен быть, а значит, ты меня слышишь. Чонгук… Тебе ведь уже не больно?

   Прости меня. Раз ад, в который я угодил, существует, то и рай должен быть, а значит, ты меня слышишь. Чонгук… Тебе ведь уже не больно?

   — Вопль · книга
9. «

   — Ты ведь никогда не любил этот фильм. — Да. Его любил ты. — Не помню, когда смотрел его в последний раз. А ты? — Я могу процитировать тебе каждую реплику.

   — Ты ведь никогда не любил этот фильм. — Да. Его любил ты. — Не помню, когда смотрел его в последний раз. А ты? — Я могу процитировать тебе каждую реплику.

   — Вопль · книга
10. «

    Мне ничего от тебя не нужно, ничего, слышишь? Только вернись, я прошу тебя. Вернись и скажи, что не оставил меня. Что это было наказанием. Я уже достаточно наказан, Чонгук. Скажи мне в глаза, что ненавидишь меня за всё, что тебе по моей вине пришлось вынести. Ударь, выстрели мне в сердце, сбрось с этого обрыва. Я готов стерпеть что угодно, только окажись, пожалуйста, живым, самым живым из всех, потому что я… Я без тебя не могу…

    Мне ничего от тебя не нужно, ничего, слышишь? Только вернись, я прошу тебя. Вернись и скажи, что не оставил меня. Что это было наказанием. Я уже достаточно наказан, Чонгук. Скажи мне в глаза, что ненавидишь меня за всё, что тебе по моей вине пришлось вынести. Ударь, выстрели мне в сердце, сбрось с этого обрыва. Я готов стерпеть что угодно, только окажись, пожалуйста, живым, самым живым из всех, потому что я… Я без тебя не могу…

    — Вопль · книга
11. «

    Разрушать того, кто и так уже разрушен? Чонгук бы никогда так не поступил. Ни с кем. Это не в его жизненных правилах.

    Разрушать того, кто и так уже разрушен? Чонгук бы никогда так не поступил. Ни с кем. Это не в его жизненных правилах.

    — Вопль · книга
12. «

    — Если меня сегодня не станет, передай ему, что я безумно сильно его любил. Я не успел сказать. — Неплохая мотивация для того, чтобы выжить, верно?

    — Если меня сегодня не станет, передай ему, что я безумно сильно его любил. Я не успел сказать. — Неплохая мотивация для того, чтобы выжить, верно?

    — Вопль · книга
13. «

    «Я больше никогда не позволю себе рисковать тобой». «Так не рискуй».

    «Я больше никогда не позволю себе рисковать тобой». «Так не рискуй».

    — Вопль · книга
14. «

    Ему было нестерпимо хорошо с Тэхёном. Космически. Он видел небо, ощущал вселенную. Чувствовал, что летает.

    Ему было нестерпимо хорошо с Тэхёном. Космически. Он видел небо, ощущал вселенную. Чувствовал, что летает.

    — Вопль · книга
15. «

    — Убей того, кто пришёл. — Даже если это Хосок? — Особенно если это Хосок.

    — Убей того, кто пришёл. — Даже если это Хосок? — Особенно если это Хосок.

    — Вопль · книга
16. «

    Не улетай. Я прошу тебя. Я столько всего должен сделать, чтобы ты стал самым счастливым.

    Не улетай. Я прошу тебя. Я столько всего должен сделать, чтобы ты стал самым счастливым.

    — Кьюриосити · книга
17. «

    Именно в ту минуту я осознал, что не важно, как я буду бороться. Главное, что буду.

    Именно в ту минуту я осознал, что не важно, как я буду бороться. Главное, что буду.

    — Вопль · книга
18. «

    — Мир теперь кажется чёрно-белым, верно? — Ничего нового. — Да. Ничего нового.

    — Мир теперь кажется чёрно-белым, верно? — Ничего нового. — Да. Ничего нового.

    — Вопль · книга
19. «

    — Боялся не успеть. — Чего? — Сказать тебе, что ты полнейший идиот.

    — Боялся не успеть. — Чего? — Сказать тебе, что ты полнейший идиот.

    — Вопль · книга
20. «

    Тэхён отобрал у него всё до последней нитки. Поставил в безвыходное положение, вынудил умолять, а потом бросил валяться на полу с пулей между рёбер, с воспоминаниями, собранными через страдания, с любовью, не позволяющей сделать следующий вдох.

    Тэхён отобрал у него всё до последней нитки. Поставил в безвыходное положение, вынудил умолять, а потом бросил валяться на полу с пулей между рёбер, с воспоминаниями, собранными через страдания, с любовью, не позволяющей сделать следующий вдох.

    — Вопль · книга