47 цитат, которые говорила Анна Элис

Ниже 47 цитат Анны Элиса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Мы ценим не то, что должны, и дорожим не тем. Совершенно не тем. Мы любим тех, кому на нас плевать, кто о нас даже не знает, кто давно погиб или оставил нас без всего. Мы делим мир на чёрное и белое и, забыв о втором, зарываемся с головой в первое, выдумывая проблемы, которых нет, задыхаясь от апатии, для которой не было причин, упиваясь своей грустью. Мы стремимся к богатству, надеясь на то, что хотя бы оно сделает нас счастливыми в этом бесконечно одиноком мире. Но ведь пока у нас есть жизнь, мы уже самые богатые и счастливые во Вселенной. Отними её у нас – что останется?

   Мы ценим не то, что должны, и дорожим не тем. Совершенно не тем. Мы любим тех, кому на нас плевать, кто о нас даже не знает, кто давно погиб или оставил нас без всего. Мы делим мир на чёрное и белое и, забыв о втором, зарываемся с головой в первое, выдумывая проблемы, которых нет, задыхаясь от апатии, для которой не было причин, упиваясь своей грустью. Мы стремимся к богатству, надеясь на то, что хотя бы оно сделает нас счастливыми в этом бесконечно одиноком мире. Но ведь пока у нас есть жизнь, мы уже самые богатые и счастливые во Вселенной. Отними её у нас – что останется?

   — Вопль · книга
2. «

   На всех, на любого из нас есть рычаги воздействия. Чем больше мы что-то ценим и чем больше боимся это «что-то» потерять, тем дальше от глаз и чужих мыслей мы это прячем. То, что является нашей защитой, является так же нашей главной слабостью.

   На всех, на любого из нас есть рычаги воздействия. Чем больше мы что-то ценим и чем больше боимся это «что-то» потерять, тем дальше от глаз и чужих мыслей мы это прячем. То, что является нашей защитой, является так же нашей главной слабостью.

   — Вопль · книга
3. «

   Тэхён отобрал у него всё до последней нитки. Поставил в безвыходное положение, вынудил умолять, а потом бросил валяться на полу с пулей между рёбер, с воспоминаниями, собранными через страдания, с любовью, не позволяющей сделать следующий вдох.

   Тэхён отобрал у него всё до последней нитки. Поставил в безвыходное положение, вынудил умолять, а потом бросил валяться на полу с пулей между рёбер, с воспоминаниями, собранными через страдания, с любовью, не позволяющей сделать следующий вдох.

   — Вопль · книга
4. «

   Тэхён так счастлив там, он так много смеётся… Чонгук жизнь отдал бы за шанс услышать этот смех в реальности. И ему уже не больно. Всё, что болело у него недавно, будто проходит, заживает.

   Тэхён так счастлив там, он так много смеётся… Чонгук жизнь отдал бы за шанс услышать этот смех в реальности. И ему уже не больно. Всё, что болело у него недавно, будто проходит, заживает.

   — Вопль · книга
5. «

   Как ему справиться с собой, если на это нет ни желания, ни сил? Как умертвить свою память и забыть о каждом светлом моменте, связанном с Чонгуком? Как перестать мучиться?

   Как ему справиться с собой, если на это нет ни желания, ни сил? Как умертвить свою память и забыть о каждом светлом моменте, связанном с Чонгуком? Как перестать мучиться?

   — Вопль · книга
6. «

   Я никогда тебя не предам. Клянусь. И ты меня не предавай. Пожалуйста.

   Я никогда тебя не предам. Клянусь. И ты меня не предавай. Пожалуйста.

   — Вопль · книга
7. «

   Прости меня. Раз ад, в который я угодил, существует, то и рай должен быть, а значит, ты меня слышишь. Чонгук… Тебе ведь уже не больно?

   Прости меня. Раз ад, в который я угодил, существует, то и рай должен быть, а значит, ты меня слышишь. Чонгук… Тебе ведь уже не больно?

   — Вопль · книга
8. «

   Я много думал о нас. Пытался вспомнить момент, когда упустил тебя. Наверное, я был сильно ослеплён своими чувствами, поэтому его не заметил. Даже сейчас, проматывая всё в своей голове, я не могу отыскать отправную точку. Кажется, я до сих пор ослеплён. Неудивительно. Эти воспоминания о тебе – мощнейшая сила. Подумать только, сколько раз они вырывали меня обратно всего за шаг до смерти. Сколько раз толкали к краю и сколько подхватывали в самый последний момент. Твоя любовь ко мне фантомна, но моя к тебе – выше всех существующих законов. Я заклеймён тобой на каждом миллиметре.

   Я много думал о нас. Пытался вспомнить момент, когда упустил тебя. Наверное, я был сильно ослеплён своими чувствами, поэтому его не заметил. Даже сейчас, проматывая всё в своей голове, я не могу отыскать отправную точку. Кажется, я до сих пор ослеплён. Неудивительно. Эти воспоминания о тебе – мощнейшая сила. Подумать только, сколько раз они вырывали меня обратно всего за шаг до смерти. Сколько раз толкали к краю и сколько подхватывали в самый последний момент. Твоя любовь ко мне фантомна, но моя к тебе – выше всех существующих законов. Я заклеймён тобой на каждом миллиметре.

   — Вопль · книга
9. «

   — Это страшно? Умирать. — Я не боялся умереть. Я боялся выжить.

   — Это страшно? Умирать. — Я не боялся умереть. Я боялся выжить.

   — Вопль · книга
10. «

    Помнишь… Я спросил «Ты привёз меня сюда для того, чтобы я научился плавать»? Ты ответил, что для того, чтобы уйти. Ты мне соврал тогда. Ты привозил меня сюда для того, чтобы я утонул.

    Помнишь… Я спросил «Ты привёз меня сюда для того, чтобы я научился плавать»? Ты ответил, что для того, чтобы уйти. Ты мне соврал тогда. Ты привозил меня сюда для того, чтобы я утонул.

    — Вопль · книга
11. «

    С момента ухода Тэхёна пять лет назад, этот день стал для Чонгука самым ненавистным из всех. Просто потому, что раньше был самым счастливым.

    С момента ухода Тэхёна пять лет назад, этот день стал для Чонгука самым ненавистным из всех. Просто потому, что раньше был самым счастливым.

    — Вопль · книга
12. «

    — Если есть что сказать, говори. — Есть. Ты всё испортил.

    — Если есть что сказать, говори. — Есть. Ты всё испортил.

    — Вопль · книга
13. «

    Хочешь, я расскажу, каково это – жить без тебя? Впустую и незачем.

    Хочешь, я расскажу, каково это – жить без тебя? Впустую и незачем.

    — Вопль · книга
14. «

    Я смогу принять любую реальность, кроме той, в которой тебя не будет.

    Я смогу принять любую реальность, кроме той, в которой тебя не будет.

    — Кьюриосити · книга
15. «

    Тэхён рыдает громко. Зажимает рот ладонью, всхлипывает и отчаянно завывает, искренне не понимая, почему же у боли нет никакого предела или лимита. Всякий раз ему кажется, что то, что он испытывает сейчас, это максимум, что тяжелее, хуже, больнее быть не может. А потом происходит ещё что-то и рушит все надежды на лучшее.

    Тэхён рыдает громко. Зажимает рот ладонью, всхлипывает и отчаянно завывает, искренне не понимая, почему же у боли нет никакого предела или лимита. Всякий раз ему кажется, что то, что он испытывает сейчас, это максимум, что тяжелее, хуже, больнее быть не может. А потом происходит ещё что-то и рушит все надежды на лучшее.

    — Вопль · книга
16. «

    Что останется от человека, если убить в нём возможность чувствовать?

    Что останется от человека, если убить в нём возможность чувствовать?

    — Вопль · книга
17. «

    Я всегда думал, что со временем чувства к человеку угасают. Честно говоря, я сам ощутил это, когда прошли первые полтора года без тебя. Как бы часто я ни вспоминал о тебе, о том, что между нами было, со временем мои воспоминания становились менее яркими и эмоциональными. Из памяти старались какие-то моменты, я забывал звуки и запахи, которые ассоциировались у меня с тобой. А потом я увидел тебя на том видео и понял, что все это чушь полная.

    Я всегда думал, что со временем чувства к человеку угасают. Честно говоря, я сам ощутил это, когда прошли первые полтора года без тебя. Как бы часто я ни вспоминал о тебе, о том, что между нами было, со временем мои воспоминания становились менее яркими и эмоциональными. Из памяти старались какие-то моменты, я забывал звуки и запахи, которые ассоциировались у меня с тобой. А потом я увидел тебя на том видео и понял, что все это чушь полная.

    — Кьюриосити · книга
18. «

    Теперь так всегда будет, верно? Это предельное натяжение нервов, нестерпимое жжение в груди, мучительная, сводящая с ума боль.

    Теперь так всегда будет, верно? Это предельное натяжение нервов, нестерпимое жжение в груди, мучительная, сводящая с ума боль.

    — Вопль · книга
19. «

    Светлые рубашки и пальто, бежевые брюки и цветные классические костюмы Тэхён оставил в прошлом. В той, другой жизни, в которой ещё была какая-никакая надежда на хороший исход.

    Светлые рубашки и пальто, бежевые брюки и цветные классические костюмы Тэхён оставил в прошлом. В той, другой жизни, в которой ещё была какая-никакая надежда на хороший исход.

    — Вопль · книга
20. «

    Тэхён ошибался, когда думал, что хуже не будет. Вот оно, происходит с ним прямо сейчас. Рубит его по живому, перемалывает вместе с костями, а потом лепит заново и начинает всё сначала. Боль ведь может и не такое. Она – единственное, к чему ни один человек, ни один организм на этой планете не способен привыкнуть. Она – не состояние ума, это полнейший бред. Все эти теории высосаны из пальца.

    Тэхён ошибался, когда думал, что хуже не будет. Вот оно, происходит с ним прямо сейчас. Рубит его по живому, перемалывает вместе с костями, а потом лепит заново и начинает всё сначала. Боль ведь может и не такое. Она – единственное, к чему ни один человек, ни один организм на этой планете не способен привыкнуть. Она – не состояние ума, это полнейший бред. Все эти теории высосаны из пальца.

    — Вопль · книга