36 цитат Антона Чижа, которые цепляют

Антон Чиж — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 36 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   …Как трудно бывает с женщинами. Какую бездну терпения надо иметь. Они стоят так дорого и так мало дают взамен. Как бы их ни любил.

   …Как трудно бывает с женщинами. Какую бездну терпения надо иметь. Они стоят так дорого и так мало дают взамен. Как бы их ни любил.

   — Монфлери · книга
2. «

   Министерство народного просвещения смыкалось с Министерством внутренних дел. Так что воочию можно убедиться, как забота о народном образовании перетекала в надзор за порядком. А то ведь чем больше народ знает, тем больше хочет, шалит и вообще ведет себя как ему вздумается. Совсем в темноте народ держать тоже не полагается, дураков у нас и во власти достаточно, зачем же дураками управлять. Во всем надо сохранять баланс: немного поучили — немного приструнили. И наоборот.

   Министерство народного просвещения смыкалось с Министерством внутренних дел. Так что воочию можно убедиться, как забота о народном образовании перетекала в надзор за порядком. А то ведь чем больше народ знает, тем больше хочет, шалит и вообще ведет себя как ему вздумается. Совсем в темноте народ держать тоже не полагается, дураков у нас и во власти достаточно, зачем же дураками управлять. Во всем надо сохранять баланс: немного поучили — немного приструнили. И наоборот.

   — Безжалостный Орфей · книга
3. «

   — ... Те, кто насильно хочет привести человечество в рай, неизбежно пойдут по трупам. — Что делать! Они — революционеры! — Они — убийцы! — Ванзаров сказал это с холодной ненавистью. — Им нет прощения и понимания!

   — ... Те, кто насильно хочет привести человечество в рай, неизбежно пойдут по трупам. — Что делать! Они — революционеры! — Они — убийцы! — Ванзаров сказал это с холодной ненавистью. — Им нет прощения и понимания!

   — Родион Ванзаров · книга
4. «

   Порой, ощущая за сушеной коркой реальности тонкий слой чего-то другого, необъяснимого, приходишь к выводу, что наша жизнь не так уж просто скроена. Не все в ней поддается логическому пониманию. Всегда найдется нечто, что выпадает из привычного устройства механизма, как ни старайся его завинтить.

   Порой, ощущая за сушеной коркой реальности тонкий слой чего-то другого, необъяснимого, приходишь к выводу, что наша жизнь не так уж просто скроена. Не все в ней поддается логическому пониманию. Всегда найдется нечто, что выпадает из привычного устройства механизма, как ни старайся его завинтить.

   — Николя Гривцов · книга
5. «

   Однажды она заявила, что сделала великое открытие. Я спросила, что же это за открытие. Она сказала, что только теперь узнала: назначение женщины — любовь и удовольствия любви. Важнее этого для женщины не может быть ничего. И эта любовь может приносить много денег. Я сказала, что это психология проститутки. На что Зинаида засмеялась и ответила: лучше быть сытой проституткой, чем голодным учителем. На этом наше общение прекратилось.

   Однажды она заявила, что сделала великое открытие. Я спросила, что же это за открытие. Она сказала, что только теперь узнала: назначение женщины — любовь и удовольствия любви. Важнее этого для женщины не может быть ничего. И эта любовь может приносить много денег. Я сказала, что это психология проститутки. На что Зинаида засмеялась и ответила: лучше быть сытой проституткой, чем голодным учителем. На этом наше общение прекратилось.

   — Татьяна Мамрина · книга
6. «

   Из тьмы налетали хлопья снега, липли к стеклу обрывками привидений и таяли зыбкими льдинками. За окном выло и свистело, словно орды зла пытались свергнуть на гранитную мостовую особняк Департамента полиции, перепутав его с замком Добра.

   Из тьмы налетали хлопья снега, липли к стеклу обрывками привидений и таяли зыбкими льдинками. За окном выло и свистело, словно орды зла пытались свергнуть на гранитную мостовую особняк Департамента полиции, перепутав его с замком Добра.

   — Формула преступления · книга
7. «

   Зверь человек, зверь. Зверем был рождён, зверем и остался. Мораль его держит в узде, религия, общество, нравственность, вроде стреножен и спелёнат так, что и дыхнуть невозможно. А стоит дать слабину, чуть ослабить вожжи, как вырывается диким конём. Так, что пена летит. И открывается, каким есть. Стоит страх переступить, страх закона и наказания, как тут же является неприкрытая личина человека. Как только чует свободу — рвутся вожжи, нет тормозов...

   Зверь человек, зверь. Зверем был рождён, зверем и остался. Мораль его держит в узде, религия, общество, нравственность, вроде стреножен и спелёнат так, что и дыхнуть невозможно. А стоит дать слабину, чуть ослабить вожжи, как вырывается диким конём. Так, что пена летит. И открывается, каким есть. Стоит страх переступить, страх закона и наказания, как тут же является неприкрытая личина человека. Как только чует свободу — рвутся вожжи, нет тормозов...

   — Карсавин · книга
8. «

   …Могу напомнить старую истину: копаясь в своей душе, мы часто выкапываем такое, что там лежало бы незаметно.

   …Могу напомнить старую истину: копаясь в своей душе, мы часто выкапываем такое, что там лежало бы незаметно.

   — Алексей Каренин · книга
9. «

   Милейший человек <...> имел тёплое местечко, распределяя подряды городской Думы на дорожные работы. Кто-то назвал бы такие доходы воровством, но воспитанные люди не будут столь категоричны. Они скажут — «умение жить», и только. И, наверное, будут правы. Кормиться чиновнику за счёт государства — не грех. А грех — забывать при этом начальство.

   Милейший человек <...> имел тёплое местечко, распределяя подряды городской Думы на дорожные работы. Кто-то назвал бы такие доходы воровством, но воспитанные люди не будут столь категоричны. Они скажут — «умение жить», и только. И, наверное, будут правы. Кормиться чиновнику за счёт государства — не грех. А грех — забывать при этом начальство.

   — Тайна мадам Живанши, или Смерть мужьям · книга
10. «

    Истинные шедевры, как известно, не имеют цены. Пока её не назовёт аукцион.

    Истинные шедевры, как известно, не имеют цены. Пока её не назовёт аукцион.

    — Аромат крови · книга
11. «

    Давно замечено: чем меньше ешь, тем больше думаешь. На сытый желудок мысли становятся досадной помехой пищеварению.

    Давно замечено: чем меньше ешь, тем больше думаешь. На сытый желудок мысли становятся досадной помехой пищеварению.

    — Аромат крови · книга
12. «

    В обычный день в Охотничьем клубе собирались те, кому хочется убить не зверей, а время. Охотой на эту редкую птицу были заняты все, прибывавшие сюда с утра до ужина. В основном при помощи сигар, изрядной выпивки и раскатывания русской пирамиды. Против такого оружия ни один бы зверь не возражал. Впрочем, и время тоже. День в клубе пролетал так незаметно, что назавтра непременно хотелось вернуться. И так всю вечность. Как во сне.

    В обычный день в Охотничьем клубе собирались те, кому хочется убить не зверей, а время. Охотой на эту редкую птицу были заняты все, прибывавшие сюда с утра до ужина. В основном при помощи сигар, изрядной выпивки и раскатывания русской пирамиды. Против такого оружия ни один бы зверь не возражал. Впрочем, и время тоже. День в клубе пролетал так незаметно, что назавтра непременно хотелось вернуться. И так всю вечность. Как во сне.

    — Безжалостный Орфей · книга
13. «

    Дух запустения и убожества прочно поселился в квартире. Бедность эта была того особого свойства, когда ею гордятся и выставляют напоказ: дескать, смотрите, какие мы нищие, но гордые. И, высоко подняв голову, несем свою нищету. Пусть в лохмотьях, но душа наша спокойна. При этом не желают ударить палец о палец, чтобы заработать на хлеб.

    Дух запустения и убожества прочно поселился в квартире. Бедность эта была того особого свойства, когда ею гордятся и выставляют напоказ: дескать, смотрите, какие мы нищие, но гордые. И, высоко подняв голову, несем свою нищету. Пусть в лохмотьях, но душа наша спокойна. При этом не желают ударить палец о палец, чтобы заработать на хлеб.

    — Формула преступления · книга
14. «

    В зеркало женщины смотрят, чтобы увидеть себя глазами мужчины.

    В зеркало женщины смотрят, чтобы увидеть себя глазами мужчины.

    — Аромат крови · книга
15. «

    Как известно, сытые мужчины совсем не то, что голодные. Практически другие существа. Добрее – наверняка.

    Как известно, сытые мужчины совсем не то, что голодные. Практически другие существа. Добрее – наверняка.

    — Мёртвый шар · книга
16. «

    Тонкий красавчик с аккуратными височками и романтичным локоном, выбившимся на лоб, был так чудовищно сладок, что хотелось прополоскать рот.

    Тонкий красавчик с аккуратными височками и романтичным локоном, выбившимся на лоб, был так чудовищно сладок, что хотелось прополоскать рот.

    — Безжалостный Орфей · книга
17. «

    Да, юноша, вы далеко пойдёте... Если, конечно, позволят. У нас ведь умных не слишком любят, сами знаете. Начальству тяжко видеть подчинённого проницательнее его, а сослуживцам умник — как кость в горле на фоне их лености и глупости...

    Да, юноша, вы далеко пойдёте... Если, конечно, позволят. У нас ведь умных не слишком любят, сами знаете. Начальству тяжко видеть подчинённого проницательнее его, а сослуживцам умник — как кость в горле на фоне их лености и глупости...

    — Аполлон Григорьевич Лебедев · книга
18. «

    Как известно, хороший чиновник должен быть слегка глуповат, чтобы не мешать начальству беззаботно собой руководить.

    Как известно, хороший чиновник должен быть слегка глуповат, чтобы не мешать начальству беззаботно собой руководить.

    — Мёртвый шар · книга
19. «

    Любая женщина делает лицо прекрасным такими средствами, что жуть берёт.

    Любая женщина делает лицо прекрасным такими средствами, что жуть берёт.

    — Аромат крови · книга
20. «

    Общение с симпатичными женщинами вызывает не только прилив крови, бодрость духа и желание совершать подвиги, но зачастую и расслабление мозгов. Разум словно греется в теплых лучах красоты, и так ему это нравится, что он вешает табличку «В отпуске» и отправляется отдыхать.

    Общение с симпатичными женщинами вызывает не только прилив крови, бодрость духа и желание совершать подвиги, но зачастую и расслабление мозгов. Разум словно греется в теплых лучах красоты, и так ему это нравится, что он вешает табличку «В отпуске» и отправляется отдыхать.

    — Аромат крови · книга