498 сильных цитат Антона Павловича Чехова

Ниже 498 цитат Антона Павловича Чехова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Природа вложила в русского человека необыкновенную способность веровать, испытующий ум и дар мыслительства, но всё это разбивается в прах о беспечность, лень и мечтательное легкомыслие.

   Природа вложила в русского человека необыкновенную способность веровать, испытующий ум и дар мыслительства, но всё это разбивается в прах о беспечность, лень и мечтательное легкомыслие.
2. «

   Дело не в пессимизме и оптимизме, а в том, что у девяноста девяти из ста нет ума.

   Дело не в пессимизме и оптимизме, а в том, что у девяноста девяти из ста нет ума.

   — Дом с мезонином · книга
3. «

   Женщины мечтают иметь узкую ступню, но жить на широкую ногу.

   Женщины мечтают иметь узкую ступню, но жить на широкую ногу.
4. «

   Небо было темно, как типографская тушь. Было темно, как в шляпе, надетой на голову. Тёмная ночь — это день в ореховой скорлупе.

   Небо было темно, как типографская тушь. Было темно, как в шляпе, надетой на голову. Тёмная ночь — это день в ореховой скорлупе.

   — Тысяча одна страсть, или Страшная ночь · книга
5. «

   Ты точно обвиняешь в чем-то свои прежние убеждения... Но виноваты не они, а ты сам. Ты забывал, что убеждения сами по себе ничто, мертвая буква... Нужно было дело делать.

   Ты точно обвиняешь в чем-то свои прежние убеждения... Но виноваты не они, а ты сам. Ты забывал, что убеждения сами по себе ничто, мертвая буква... Нужно было дело делать.

   — Мария Васильевна Войницкая · книга
6. «

   Так называемые правящие классы не могут оставаться долго без войны.

   Так называемые правящие классы не могут оставаться долго без войны.
7. «

   Сотни верст пустынной, однообразной, выгоревшей степи не могут нагнать такого уныния, как один человек, когда он сидит, говорит и неизвестно, когда он уйдёт.

   Сотни верст пустынной, однообразной, выгоревшей степи не могут нагнать такого уныния, как один человек, когда он сидит, говорит и неизвестно, когда он уйдёт.

   — Дом с мезонином · книга
8. «

   Надо поставить свою жизнь в такие условия, чтобы труд был необходим. Без труда не может быть чистой и радостной жизни.

   Надо поставить свою жизнь в такие условия, чтобы труд был необходим. Без труда не может быть чистой и радостной жизни.

   — Лаптев · книга
9. «

   ... самую несовершенную из всех библиотечек и аптечек, о которых вы только что отзывались так презрительно, я ставлю выше всех пейзажей в свете.

   ... самую несовершенную из всех библиотечек и аптечек, о которых вы только что отзывались так презрительно, я ставлю выше всех пейзажей в свете.

   — Лида · книга
10. «

    В семейной жизни самый важный винт — это любовь, половое влечение, едина плоть, всё же остальное — ненадёжно и скучно, как бы умно мы ни рассчитывали.

    В семейной жизни самый важный винт — это любовь, половое влечение, едина плоть, всё же остальное — ненадёжно и скучно, как бы умно мы ни рассчитывали.
11. «

    Гении всех веков и стран говорят на различных языках, но горит во всех их одно и то же пламя.

    Гении всех веков и стран говорят на различных языках, но горит во всех их одно и то же пламя.

    — Пари · книга
12. «

    Очень мне нужно было влюбляться в вас! Завтра проценты платить, сенокос начался, а тут вы…

    Очень мне нужно было влюбляться в вас! Завтра проценты платить, сенокос начался, а тут вы…

    — Медведь (шутка в одном действии) · книга
13. «

    Ах, это вы, Володя? Что вы здесь делаете? Думаете? И как это можно всё думать, думать, думать... этак можно с ума сойти!

    Ах, это вы, Володя? Что вы здесь делаете? Думаете? И как это можно всё думать, думать, думать... этак можно с ума сойти!

    — Володя · книга
14. «

    Нельзя требовать от грязи, чтобы она не была грязью.

    Нельзя требовать от грязи, чтобы она не была грязью.

    — Драма на охоте · книга
15. «

    А не хочется умирать. Никакая философия не может помирить меня со смертью, и я смотрю на нее просто как на погибель. Жить хочется.

    А не хочется умирать. Никакая философия не может помирить меня со смертью, и я смотрю на нее просто как на погибель. Жить хочется.

    — Ярцев · книга
16. «

    И как ни велико зло, всё же ночь тиха и прекрасна, и всё же в божьем мире правда есть и будет, такая же тихая и прекрасная, и всё на земле только ждет, чтобы слиться с правдой, как лунный свет сливается с ночью.

    И как ни велико зло, всё же ночь тиха и прекрасна, и всё же в божьем мире правда есть и будет, такая же тихая и прекрасная, и всё на земле только ждет, чтобы слиться с правдой, как лунный свет сливается с ночью.

    — В овраге · книга
17. «

    Судьба позволяет себе иногда едкие, ядовитые шутки!

    Судьба позволяет себе иногда едкие, ядовитые шутки!

    — Драма на охоте · книга
18. «

    Старимся, полнеем, опускаемся... Жизнь проходит тускло, без впечатлений, без мыслей. Днем нажива, а вечером клуб, общество картежников, алкоголиков, хрипунов, которых я терпеть не могу. Что хорошего?

    Старимся, полнеем, опускаемся... Жизнь проходит тускло, без впечатлений, без мыслей. Днем нажива, а вечером клуб, общество картежников, алкоголиков, хрипунов, которых я терпеть не могу. Что хорошего?

    — Дмитрий Ионыч Старцев (Ионыч) · книга
19. «

    И кто ищет спасения в перемене места, как перелетная птица, тот ничего не найдет, так как для него земля везде одинакова.

    И кто ищет спасения в перемене места, как перелетная птица, тот ничего не найдет, так как для него земля везде одинакова.

    — Дуэль · книга
20. «

    — Я вас каждый день учу. Каждый день я говорю все одно и то же. И вишневый сад и землю необходимо отдать в аренду под дачи, сделать это теперь же, поскорее — аукцион на носу! Поймите! Раз окончательно решите, чтобы были дачи, так денег вам дадут сколько угодно, и вы тогда спасены. — Дачи и дачники — это так пошло, простите.

    — Я вас каждый день учу. Каждый день я говорю все одно и то же. И вишневый сад и землю необходимо отдать в аренду под дачи, сделать это теперь же, поскорее — аукцион на носу! Поймите! Раз окончательно решите, чтобы были дачи, так денег вам дадут сколько угодно, и вы тогда спасены. — Дачи и дачники — это так пошло, простите.

    — Ермолай Алексеевич Лопахин · книга