Что говорил Антон Павлович Чехов: 605 цитат

Ниже 605 цитат Антона Павловича Чехова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   А у моей души и у вашей нет общих точек соприкосновения. Я люблю вас, не могу от тоски сидеть дома, каждый день хожу пешком шесть верст сюда да шесть обратно и встречаю один лишь индифферентизм с вашей стороны. Это понятно. Я без средств, семья у меня большая... Какая охота идти за человека, которому самому есть нечего?

   А у моей души и у вашей нет общих точек соприкосновения. Я люблю вас, не могу от тоски сидеть дома, каждый день хожу пешком шесть верст сюда да шесть обратно и встречаю один лишь индифферентизм с вашей стороны. Это понятно. Я без средств, семья у меня большая... Какая охота идти за человека, которому самому есть нечего?

   — Семен Семенович Медведенко · книга
2. «

   О необъятной глубине и безграничности неба можно судить только на море да в степи ночью, когда светит луна.

   О необъятной глубине и безграничности неба можно судить только на море да в степи ночью, когда светит луна.

   — Степь · книга
3. «

   Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда.

   Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда.

   — Василий Семи-Булатов · книга
4. «

   Было ясно: Котик дурачилась. Кому, в самом деле, придёт серьёзно в голову назначать свидание ночью, далеко за городом, на кладбище, когда это легко можно устроить на улице, в городском саду? И к лицу ли ему, земскому врачу, умному, солидному человеку, вздыхать, получать записочки, таскаться по кладбищам, делать глупости, над которыми смеются теперь даже гимназисты? К чему поведёт этот роман? Что скажут товарищи, когда узнают? Так думал Старцев, бродя в клубе около столов, а в половине одиннадцатого вдруг взял и поехал на кладбище.

   Было ясно: Котик дурачилась. Кому, в самом деле, придёт серьёзно в голову назначать свидание ночью, далеко за городом, на кладбище, когда это легко можно устроить на улице, в городском саду? И к лицу ли ему, земскому врачу, умному, солидному человеку, вздыхать, получать записочки, таскаться по кладбищам, делать глупости, над которыми смеются теперь даже гимназисты? К чему поведёт этот роман? Что скажут товарищи, когда узнают? Так думал Старцев, бродя в клубе около столов, а в половине одиннадцатого вдруг взял и поехал на кладбище.

   — Ионыч · книга
5. «

   Обыкновенно я сидел на нижней ступени террасы; меня томило недовольство собой, было жаль своей жизни, которая протекала так быстро и неинтересно, и я всё думал о том, как хорошо было бы вырвать из своей груди сердце, которое стало у меня таким тяжёлым. А в это время на террасе говорили, слышался шорох платьев, перелистывали книгу.

   Обыкновенно я сидел на нижней ступени террасы; меня томило недовольство собой, было жаль своей жизни, которая протекала так быстро и неинтересно, и я всё думал о том, как хорошо было бы вырвать из своей груди сердце, которое стало у меня таким тяжёлым. А в это время на террасе говорили, слышался шорох платьев, перелистывали книгу.

   — Дом с мезонином · книга
6. «

   Когда в человеке нет того, что выше и сильнее всех внешних влияний, то, право, достаточно для него хорошего насморка, чтобы потерять равновесие и начать видеть в каждой птице сову, в каждом звуке слышать собачий вой. И весь его пессимизм или оптимизм с его великими и малыми мыслями в это время имеют значение только симптома и больше ничего.

   Когда в человеке нет того, что выше и сильнее всех внешних влияний, то, право, достаточно для него хорошего насморка, чтобы потерять равновесие и начать видеть в каждой птице сову, в каждом звуке слышать собачий вой. И весь его пессимизм или оптимизм с его великими и малыми мыслями в это время имеют значение только симптома и больше ничего.

   — Николай Степаныч · книга
7. «

   Нет ничего скучнее и непоэтичнее, как прозаическая борьба за существование, отнимающая радость жизни и вгоняющая в апатию.

   Нет ничего скучнее и непоэтичнее, как прозаическая борьба за существование, отнимающая радость жизни и вгоняющая в апатию.
8. «

   Обмен веществ! Но какая трусость утешать себя этим суррогатом бессмертия! Бессознательные процессы, происходящие в природе, ниже даже человеческой глупости, так как в глупости есть все-таки сознание и воля, в процессах же ровно ничего. Только трус, у которого больше страха перед смертью, чем достоинства, может утешать себя тем, что тело его будет со временем жить в траве, в камне, в жабе... Видеть свое бессмертие в обмене веществ так же странно, как пророчить блестящую будущность футляру после того, как разбилась и стала негодной дорогая скрипка.

   Обмен веществ! Но какая трусость утешать себя этим суррогатом бессмертия! Бессознательные процессы, происходящие в природе, ниже даже человеческой глупости, так как в глупости есть все-таки сознание и воля, в процессах же ровно ничего. Только трус, у которого больше страха перед смертью, чем достоинства, может утешать себя тем, что тело его будет со временем жить в траве, в камне, в жабе... Видеть свое бессмертие в обмене веществ так же странно, как пророчить блестящую будущность футляру после того, как разбилась и стала негодной дорогая скрипка.

   — Палата №6 · книга
9. «

   Я не понимаю, но не понимать не значит отрицать.

   Я не понимаю, но не понимать не значит отрицать.

   — Дымов · книга
10. «

    Никакая литература не может своим цинизмом перещеголять действительную жизнь.

    Никакая литература не может своим цинизмом перещеголять действительную жизнь.
11. «

    Женятся, потому что обоим деваться некуда.

    Женятся, потому что обоим деваться некуда.

    — Записные книжки. Дневники · книга
12. «

    Верность — это то качество, которое утратили люди, но сохранили собаки.

    Верность — это то качество, которое утратили люди, но сохранили собаки.
13. «

    Мне ничто не может мешать... Я лежачий камень. Лежачие камни сами созданы для того, чтоб мешать...

    Мне ничто не может мешать... Я лежачий камень. Лежачие камни сами созданы для того, чтоб мешать...

    — Михаил Васильевич Платонов · книга
14. «

    Но ведь мне хорошо, и я никому не делаю зла; значит, в моих галлюцинациях нет ничего дурного.

    Но ведь мне хорошо, и я никому не делаю зла; значит, в моих галлюцинациях нет ничего дурного.

    — Андрей Васильевич Коврин · книга
15. «

    Дороги и города хуже худшего, но зато масса беллетристического материала.

    Дороги и города хуже худшего, но зато масса беллетристического материала.
16. «

    Ведь быть бедным, ничего не копить и ничего не беречь гораздо легче, чем быть богатым.

    Ведь быть бедным, ничего не копить и ничего не беречь гораздо легче, чем быть богатым.

    — Убийство · книга
17. «

    Одинокому везде пустыня.

    Одинокому везде пустыня.
18. «

    Когда читаешь роман какой-нибудь, то кажется, что все это старо и все так понятно, а как сама полюбишь, то и видно тебе, что никто ничего не знает и каждый должен решать сам за себя...

    Когда читаешь роман какой-нибудь, то кажется, что все это старо и все так понятно, а как сама полюбишь, то и видно тебе, что никто ничего не знает и каждый должен решать сам за себя...

    — Маша · книга
19. «

    Скажи мне, чего ты хочешь, и я скажу, кто ты.

    Скажи мне, чего ты хочешь, и я скажу, кто ты.

    — Николай Степаныч · книга
20. «

    Падший ангел изменил Богу, вероятно, потому, что захотел одиночества, которого не знают ангелы.

    Падший ангел изменил Богу, вероятно, потому, что захотел одиночества, которого не знают ангелы.

    — Палата №6 · книга