36 лучших фраз Антоного Сурожского

Антоний Сурожский — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 36 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Первое, о чем должны думать мужья, когда они вступают в брак: им вручается Богом хрупкое существо, которому они сказали: «Я тебя люблю» — и эта любовь должна быть такова, что муж готов всем пожертвовать, всей своей жизнью, из-за любви к жене и по любви к своим детям. Муж является главой семьи не потому, что он мужчина, а потому, что он является образом Христа, и жена его и дети могут видеть в нем этот образ, то есть образ любви безграничной, любви преданной, любви самоотверженной, любви, которая готова на все, чтобы спасти, защитить, напитать, утешить, обрадовать, воспитать свою семью. Это каждый человек должен помнить. Слишком легко мужчине думать, что потому только, что он мужчина, он имеет права на свою жену, над своей женой и над своими детьми. Это — неправда. Если он не образ Христа, то никто ему не обязан никаким уважением, никаким страхом, никаким послушанием.

   Первое, о чем должны думать мужья, когда они вступают в брак: им вручается Богом хрупкое существо, которому они сказали: «Я тебя люблю» — и эта любовь должна быть такова, что муж готов всем пожертвовать, всей своей жизнью, из-за любви к жене и по любви к своим детям. Муж является главой семьи не потому, что он мужчина, а потому, что он является образом Христа, и жена его и дети могут видеть в нем этот образ, то есть образ любви безграничной, любви преданной, любви самоотверженной, любви, которая готова на все, чтобы спасти, защитить, напитать, утешить, обрадовать, воспитать свою семью. Это каждый человек должен помнить. Слишком легко мужчине думать, что потому только, что он мужчина, он имеет права на свою жену, над своей женой и над своими детьми. Это — неправда. Если он не образ Христа, то никто ему не обязан никаким уважением, никаким страхом, никаким послушанием.

   — Таинство любви · книга
2. «

   Где нет любви — нет и Церкви, есть только видимость, обман, который отталкивает людей.

   Где нет любви — нет и Церкви, есть только видимость, обман, который отталкивает людей.
3. «

   Христианин – это ученик и друг Христов.

   Христианин – это ученик и друг Христов.

   — Быть христианином · книга
4. «

   Мне кажется, что Страшный суд не в том, что нам там достанется... а в том, что я стану перед Богом, который так меня любит — и вдруг я пойму, что на Его любовь ответил безразличием...

   Мне кажется, что Страшный суд не в том, что нам там достанется... а в том, что я стану перед Богом, который так меня любит — и вдруг я пойму, что на Его любовь ответил безразличием...
5. «

   …Бог — это не разум; Бог — это сердце. Он смотрит на нас не с любопытством, а с любовью.

   …Бог — это не разум; Бог — это сердце. Он смотрит на нас не с любопытством, а с любовью.
6. «

   …Мы стучимся [к Богу], и нам приходится ждать, но не потому что, Бог безразличен к нам, а потому что мы должны к чему-то созреть…

   …Мы стучимся [к Богу], и нам приходится ждать, но не потому что, Бог безразличен к нам, а потому что мы должны к чему-то созреть…
7. «

   Весь смысл жизни только в том, чтобы любить Бога, любить ближнего, и чтобы все творилось во имя этой любви. Мудреца спросили: «Какое самое важное время в жизни? Кто самый значительный человек в твоей жизни? Какой поступок всего важнее совершить?..» И ответ был таков: «Самое важное время в жизни — это теперешнее мгновение, потому что прошлое утекло, а будущее еще не настало; самый значительный человек в твоей жизни — это тот, который сейчас перед тобой и которому ты можешь сделать добро или зло; и самое важное дело жизни — в это мгновение, этому человеку дать все, что может быть ему дано…

   Весь смысл жизни только в том, чтобы любить Бога, любить ближнего, и чтобы все творилось во имя этой любви. Мудреца спросили: «Какое самое важное время в жизни? Кто самый значительный человек в твоей жизни? Какой поступок всего важнее совершить?..» И ответ был таков: «Самое важное время в жизни — это теперешнее мгновение, потому что прошлое утекло, а будущее еще не настало; самый значительный человек в твоей жизни — это тот, который сейчас перед тобой и которому ты можешь сделать добро или зло; и самое важное дело жизни — в это мгновение, этому человеку дать все, что может быть ему дано…
8. «

   Когда вы смотрите на корову и видите в ней только живую говядину, вам никогда не откроется тайна этого живого существа.

   Когда вы смотрите на корову и видите в ней только живую говядину, вам никогда не откроется тайна этого живого существа.
9. «

   Мы часто думаем о слове «помилуй» в каком-то законническом смысле: не гневайся, прости, на деле же слово «помилуй» значит приласкай, будь мне мил, прояви ко мне нежность и любовь и спаси меня, грешного. Если мы думаем о помиловании только в плане, как бы Он нас не осудил и не наказал, это законническое отношение. И совсем другое дело, если мы думаем о помиловании: Господи, я к Твоей любви обращаюсь, к верности Твоей ласки обращаюсь, прояви Твою ласковую любовь, согрей меня, я грешный…

   Мы часто думаем о слове «помилуй» в каком-то законническом смысле: не гневайся, прости, на деле же слово «помилуй» значит приласкай, будь мне мил, прояви ко мне нежность и любовь и спаси меня, грешного. Если мы думаем о помиловании только в плане, как бы Он нас не осудил и не наказал, это законническое отношение. И совсем другое дело, если мы думаем о помиловании: Господи, я к Твоей любви обращаюсь, к верности Твоей ласки обращаюсь, прояви Твою ласковую любовь, согрей меня, я грешный…
10. «

    Главное препятствие, которое стоит на пути воспитания сердца, — это наш страх перед страданием, перед душевной болью, перед духовной трагедией. Мы боимся страдания, и поэтому мы свое сердце суживаем и защищаем. Мы боимся смотреть и видеть; мы боимся слушать и услышать; мы боимся видеть человека в его страдании и слышать крик его души. И поэтому мы закрываемся. И, закрываясь, мы делаемся все уже и уже, и делаемся пленниками этой нашей закрытости.

    Главное препятствие, которое стоит на пути воспитания сердца, — это наш страх перед страданием, перед душевной болью, перед духовной трагедией. Мы боимся страдания, и поэтому мы свое сердце суживаем и защищаем. Мы боимся смотреть и видеть; мы боимся слушать и услышать; мы боимся видеть человека в его страдании и слышать крик его души. И поэтому мы закрываемся. И, закрываясь, мы делаемся все уже и уже, и делаемся пленниками этой нашей закрытости.
11. «

    А ты будь в послушании у всякого человека, который встретится на твоем жизненном пути, если только его просьба будет тебе по силам и не войдет в противоречие с Евангелием.

    А ты будь в послушании у всякого человека, который встретится на твоем жизненном пути, если только его просьба будет тебе по силам и не войдет в противоречие с Евангелием.
12. «

    «…Крест [Христов] обращен к нам как обещание жизни, как победа над смертью, как поражение дьявола и зла, как надежда, как радость».

    «…Крест [Христов] обращен к нам как обещание жизни, как победа над смертью, как поражение дьявола и зла, как надежда, как радость».
13. «

    Мы все думаем, будто знаем, что такое любовь, и умеем любить. На самом деле очень часто мы умеем только лакомиться человеческими отношениями. Мы думаем, что любим человека, потому что у нас к нему ласковое чувство, потому что нам с ним хорошо, но любовь нечто гораздо большее, более требовательное и порой трагичное.

    Мы все думаем, будто знаем, что такое любовь, и умеем любить. На самом деле очень часто мы умеем только лакомиться человеческими отношениями. Мы думаем, что любим человека, потому что у нас к нему ласковое чувство, потому что нам с ним хорошо, но любовь нечто гораздо большее, более требовательное и порой трагичное.

    — Таинство любви · книга
14. «

    …В какую-то свою меру — иногда в удивительную меру! — люди получают ответ [от Бога] по чистоте своего сердца, по искренней своей устремленности [к Богу]. Потому что они вседушно, изо всех сил ищут Бога, и Бог не уходит от ищущих Его.

    …В какую-то свою меру — иногда в удивительную меру! — люди получают ответ [от Бога] по чистоте своего сердца, по искренней своей устремленности [к Богу]. Потому что они вседушно, изо всех сил ищут Бога, и Бог не уходит от ищущих Его.
15. «

    Вопрос о допустимости аборта говорит об изумительном бесчувствия человека, вообще человечества к человеческой жизни. Дико думать о том, что одновременно говорят о святости человеческой жизни — и тут же разрешают и узаконивают аборт...

    Вопрос о допустимости аборта говорит об изумительном бесчувствия человека, вообще человечества к человеческой жизни. Дико думать о том, что одновременно говорят о святости человеческой жизни — и тут же разрешают и узаконивают аборт...

    — Брак и семья · книга
16. «

    С одной стороны, мы ученики Христовы, Его последователи, и поэтому должны учиться от Него через Евангелие тому, во что Он верит, тому, как Он учит нас жить. Я не случайно употребил выражение “во что Он верит”. Как-то в России молодой офицер на ступенях московской гостиницы “Украина” поставил мне вопрос: “Хорошо, вы верите в Бога. А Бог-то – во что Он верит?” И я ему ответил: “Бог верит в человека”.

    С одной стороны, мы ученики Христовы, Его последователи, и поэтому должны учиться от Него через Евангелие тому, во что Он верит, тому, как Он учит нас жить. Я не случайно употребил выражение “во что Он верит”. Как-то в России молодой офицер на ступенях московской гостиницы “Украина” поставил мне вопрос: “Хорошо, вы верите в Бога. А Бог-то – во что Он верит?” И я ему ответил: “Бог верит в человека”.

    — Быть христианином · книга
17. «

    Приучи себя при первом взгляде на человека всегда от души желать ему добра.

    Приучи себя при первом взгляде на человека всегда от души желать ему добра.
18. «

    Господи, Ты знаешь нашу жизнь, хрупкость и колебание нашей веры, нашу неверность и Тебе, и себе самим, и другим, наш страх, всю неправду нашей жизни. Прими нас, Господи, какие мы есть, соблюди нас Твоей любовью, приобщи нас Твоей крепости, да совершится в немощи нашей сила Твоя!

    Господи, Ты знаешь нашу жизнь, хрупкость и колебание нашей веры, нашу неверность и Тебе, и себе самим, и другим, наш страх, всю неправду нашей жизни. Прими нас, Господи, какие мы есть, соблюди нас Твоей любовью, приобщи нас Твоей крепости, да совершится в немощи нашей сила Твоя!
19. «

    Мы должны научиться так смотреть друг на друга как на самое драгоценное, что есть на свете.

    Мы должны научиться так смотреть друг на друга как на самое драгоценное, что есть на свете.
20. «

    Мы обманываемся, когда думаем, что общаемся друг с другом через слово. Если между нами нет глубины молчания, слова почти ничего не передают. Понимание происходит на том уровне, где два человека встречаются глубинно именно в молчании, за пределами всякого словесного выражения.

    Мы обманываемся, когда думаем, что общаемся друг с другом через слово. Если между нами нет глубины молчания, слова почти ничего не передают. Понимание происходит на том уровне, где два человека встречаются глубинно именно в молчании, за пределами всякого словесного выражения.