633 цитат-размышлений Антуана де Сента-Экзюпери

Ниже 633 цитаты Антуана де Сента-Экзюпери — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Логики и неверы просят: «Покажи нам царство, покажи нам Бога, вот я трогаю камень, трогаю землю и тогда верю, что есть и земля, и камень, которые я потрогал». Но что мне до их просьб. Таинства, о которых я говорю, не так скудны, что их можно исчерпать логической формулой. Не могу я доставить невера на вершину горы и подарить ему радость открывшегося пейзажа, ведь он не его победа. Не могу помочь насладиться музыкой человеку, который ее не преодолел. Они пришли ко мне, желая получить все без усилий, другие так ищут женщину, которая вложит в них любовь. Но это не в моей власти.

   Логики и неверы просят: «Покажи нам царство, покажи нам Бога, вот я трогаю камень, трогаю землю и тогда верю, что есть и земля, и камень, которые я потрогал». Но что мне до их просьб. Таинства, о которых я говорю, не так скудны, что их можно исчерпать логической формулой. Не могу я доставить невера на вершину горы и подарить ему радость открывшегося пейзажа, ведь он не его победа. Не могу помочь насладиться музыкой человеку, который ее не преодолел. Они пришли ко мне, желая получить все без усилий, другие так ищут женщину, которая вложит в них любовь. Но это не в моей власти.

   — Цитадель · книга
2. «

   Неудачи закаляют сильных.

   Неудачи закаляют сильных.

   — Ночной полёт · книга
3. «

   Что серьёзно, а что несерьёзно — это Маленький принц понимал по-своему, совсем не так, как взрослые.

   Что серьёзно, а что несерьёзно — это Маленький принц понимал по-своему, совсем не так, как взрослые.

   — Маленький принц · книга
4. «

   В воспоминаниях не вернувшиеся становятся ещё милее. Они всегда улыбаются самой светлой улыбкой.

   В воспоминаниях не вернувшиеся становятся ещё милее. Они всегда улыбаются самой светлой улыбкой.

   — Военный лётчик · книга
5. «

   Я недорого ценю физическую смелость; жизнь научила меня, что такое истинное мужество: это способность противостоять осуждению среды.

   Я недорого ценю физическую смелость; жизнь научила меня, что такое истинное мужество: это способность противостоять осуждению среды.
6. «

   Есть слабые люди, они не в силах себя превозмочь. Убив в себе величие, они кроят себе счастье из посредственности. И согласны вековать на постоялом дворе. Они согласились на выкидыш, они скинули самих себя. Мне нет дела до того, что с ними станется. Они плесневеют среди скудости готового и верят, что счастливы. Они не пожелали видеть врагов в себе и вокруг себя. Они отвернулись от необходимости, неудовлетворенности и неутолимой жажды, через которые говорит с ними Господь. Бог никого не ловит. Он существует, и человек может взрастить себя на Его просторе.

   Есть слабые люди, они не в силах себя превозмочь. Убив в себе величие, они кроят себе счастье из посредственности. И согласны вековать на постоялом дворе. Они согласились на выкидыш, они скинули самих себя. Мне нет дела до того, что с ними станется. Они плесневеют среди скудости готового и верят, что счастливы. Они не пожелали видеть врагов в себе и вокруг себя. Они отвернулись от необходимости, неудовлетворенности и неутолимой жажды, через которые говорит с ними Господь. Бог никого не ловит. Он существует, и человек может взрастить себя на Его просторе.

   — Царь · книга
7. «

   Ты навсегда в ответе за всех, кого приручил.

   Ты навсегда в ответе за всех, кого приручил.

   — Маленький принц · книга
8. «

   Мне предоставили возможность выразить себя. Я выразил себя тем, что уничтожил все возможности. И предал всех.

   Мне предоставили возможность выразить себя. Я выразил себя тем, что уничтожил все возможности. И предал всех.

   — Цитадель · книга
9. «

   Ты построил свой тихий мирок, замуровал наглухо все выходы к свету, как делают термиты. Ты свернулся клубком, укрылся в своем обывательском благополучии, в косных привычках, в затхлом провинциальном укладе, ты воздвиг этот убогий оплот и спрятался от ветра, от морского прибоя и звезд. Ты не желаешь утруждать себя великими задачами, тебе и так немалого труда стоило забыть, что ты — человек. Никто вовремя не схватил тебя и не удержал, а теперь уже слишком поздно. Глина, из которой ты слеплен засохла и затвердела, и уже ничто на свете не сумеет пробудить в тебе уснувшего музыканта, или поэта, или художника, который, быть может, жил в тебе когда-то.

   Ты построил свой тихий мирок, замуровал наглухо все выходы к свету, как делают термиты. Ты свернулся клубком, укрылся в своем обывательском благополучии, в косных привычках, в затхлом провинциальном укладе, ты воздвиг этот убогий оплот и спрятался от ветра, от морского прибоя и звезд. Ты не желаешь утруждать себя великими задачами, тебе и так немалого труда стоило забыть, что ты — человек. Никто вовремя не схватил тебя и не удержал, а теперь уже слишком поздно. Глина, из которой ты слеплен засохла и затвердела, и уже ничто на свете не сумеет пробудить в тебе уснувшего музыканта, или поэта, или художника, который, быть может, жил в тебе когда-то.

   — Земля людей (Планета людей) · книга
10. «

    Мечты не приносят счастья, они слишком податливы. Как безнадежен рой мечтаний, заполняющий пустоты юности.

    Мечты не приносят счастья, они слишком податливы. Как безнадежен рой мечтаний, заполняющий пустоты юности.

    — Цитадель · книга
11. «

    Справедливость — химера и чревата несправедливостью.

    Справедливость — химера и чревата несправедливостью.

    — правитель · книга
12. «

    Слишком много в мире людей, которым никто не помог пробудиться.

    Слишком много в мире людей, которым никто не помог пробудиться.

    — Земля людей (Планета людей) · книга
13. «

    Под личиной любви вы прячете ненависть, вы сделали стойку возле женщины или мужчины, вы превратили их в свою добычу и, стоя как собака над костью, вы ненавидите всех, кто косится на ваше пиршество. Эгоизм насыщения вы зовете любовью.

    Под личиной любви вы прячете ненависть, вы сделали стойку возле женщины или мужчины, вы превратили их в свою добычу и, стоя как собака над костью, вы ненавидите всех, кто косится на ваше пиршество. Эгоизм насыщения вы зовете любовью.

    — правитель · книга
14. «

    Они ощутят на себе мое воздействие, даже если меня не замечают. Самая великая истина заключается в том, что на свете ты не один. Ты не можешь пребывать в изменчивом непостоянном мире. Я, и не прикасаясь к тебе, влияю на тебя, хочешь ты этого или нет.

    Они ощутят на себе мое воздействие, даже если меня не замечают. Самая великая истина заключается в том, что на свете ты не один. Ты не можешь пребывать в изменчивом непостоянном мире. Я, и не прикасаясь к тебе, влияю на тебя, хочешь ты этого или нет.

    — правитель · книга
15. «

    Последний школяр на отделении точных наук знает о законах природы куда больше, чем знали Декарт и Паскаль. Но способен ли школяр мыслить, как они?

    Последний школяр на отделении точных наук знает о законах природы куда больше, чем знали Декарт и Паскаль. Но способен ли школяр мыслить, как они?

    — Земля людей (Планета людей) · книга
16. «

    — Дурень, ты его просто выдумал, ты и сам это знаешь. — Тогда всё на свете обман..

    — Дурень, ты его просто выдумал, ты и сам это знаешь. — Тогда всё на свете обман..

    — Земля людей (Планета людей) · книга
17. «

    Приучи себя не вслушиваться в ветер слов и не вникай в рассуждения, которыми обманывают себя люди. Будь проницателен.

    Приучи себя не вслушиваться в ветер слов и не вникай в рассуждения, которыми обманывают себя люди. Будь проницателен.

    — Царь · книга
18. «

    В юности я мерил шагами террасу под полыхающими звездами: сбежала рабыня, которая казалась мне единственным моим лекарством. Я поднял на ноги всех моих воинов и послал за ней вдогонку. Добиваясь ее, я бросил к ее ногам не одну провинцию, я заплатил бы ей и собственной жизнью, но, Бог мне свидетель, никогда не называл любовью охоту.

    В юности я мерил шагами террасу под полыхающими звездами: сбежала рабыня, которая казалась мне единственным моим лекарством. Я поднял на ноги всех моих воинов и послал за ней вдогонку. Добиваясь ее, я бросил к ее ногам не одну провинцию, я заплатил бы ей и собственной жизнью, но, Бог мне свидетель, никогда не называл любовью охоту.

    — правитель · книга
19. «

    Тем, кто ждёт, приговор не объявлен.

    Тем, кто ждёт, приговор не объявлен.

    — Земля людей (Планета людей) · книга
20. «

    Я запрещаю торговцам расхваливать свой товар. Слишком быстро они становятся учителями и научают видеть в средстве цель. Они сбивают нас с дороги, мы сбились и покатились вниз. Если торговцам нужно сбыть с рук пошлятину, они постараются опошлить тебе душу. Кто спорит: хорошо, что делаются вещи, которые служат человеку. Но нехорошо, если человек становится мусорницей для вещей.

    Я запрещаю торговцам расхваливать свой товар. Слишком быстро они становятся учителями и научают видеть в средстве цель. Они сбивают нас с дороги, мы сбились и покатились вниз. Если торговцам нужно сбыть с рук пошлятину, они постараются опошлить тебе душу. Кто спорит: хорошо, что делаются вещи, которые служат человеку. Но нехорошо, если человек становится мусорницей для вещей.

    — Цитадель · книга