18 цитат Арины Холины о жизни и людях

Арина Холина — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 18 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Моралист — он же всегда против роскоши и веселья. Он лучше знает, куда отдать чужие деньги. И моралист никому никогда ничего не прощает. Он ненавидит страсти, он готов растоптать любого, кто им поддается. Моралисты жестоки. Они почти так же бесчеловечны, как кредиторы.

   Моралист — он же всегда против роскоши и веселья. Он лучше знает, куда отдать чужие деньги. И моралист никому никогда ничего не прощает. Он ненавидит страсти, он готов растоптать любого, кто им поддается. Моралисты жестоки. Они почти так же бесчеловечны, как кредиторы.
2. «

   А что меня лично совсем не интересует, так это все эти классические патриархальные замашки, с помощью которых мужчины уверяют женщину, что та просто истеричка, у нее предменструальный синдром, она все сочиняет. И что он будет с ней говорить, когда она успокоится. Не нравятся истерички — найди себе веселого и покладистого гея. Или купи флешлайт и в него мастурбируй, а общайся с телевизором. Спи, обнявшись с крокодилом из ИКЕА. С красным или зеленым.

   А что меня лично совсем не интересует, так это все эти классические патриархальные замашки, с помощью которых мужчины уверяют женщину, что та просто истеричка, у нее предменструальный синдром, она все сочиняет. И что он будет с ней говорить, когда она успокоится. Не нравятся истерички — найди себе веселого и покладистого гея. Или купи флешлайт и в него мастурбируй, а общайся с телевизором. Спи, обнявшись с крокодилом из ИКЕА. С красным или зеленым.
3. «

   Жену содержать выгоднее, чем проституток и домработниц.

   Жену содержать выгоднее, чем проституток и домработниц.
4. «

   «Член». Само слово еще кое-как произносится. Правда непонятно: то, когда имеешь в виду пенис, заодно вспоминаешь членов Госдумы, то говоришь о депутатах, а в уме всплывают совсем другие члены. Но это мелкие погрешности. А вот с пенисом или фаллосом уже сложнее — слишком медицински это звучит, точно из учебника анатомии. Разумеется, есть еще хуй. Получается, по-русски о сексе можно говорить или матом, или экивоками.

   «Член». Само слово еще кое-как произносится. Правда непонятно: то, когда имеешь в виду пенис, заодно вспоминаешь членов Госдумы, то говоришь о депутатах, а в уме всплывают совсем другие члены. Но это мелкие погрешности. А вот с пенисом или фаллосом уже сложнее — слишком медицински это звучит, точно из учебника анатомии. Разумеется, есть еще хуй. Получается, по-русски о сексе можно говорить или матом, или экивоками.
5. «

   Мы родились и жили в уверенности, что любовь — это универсальный наркотик, заменитель всего. Денег, карьеры, уверенности в завтрашнем дне, умения наслаждаться жизнью. Если тебе не хватает чего-то из этого списка (или всего списка), то стоит влюбиться — и все твои проблемы решены.

   Мы родились и жили в уверенности, что любовь — это универсальный наркотик, заменитель всего. Денег, карьеры, уверенности в завтрашнем дне, умения наслаждаться жизнью. Если тебе не хватает чего-то из этого списка (или всего списка), то стоит влюбиться — и все твои проблемы решены.
6. «

   Все мы знаем, что есть сцена, кулисы – и все, что за ними. Но для того, чтобы блистать в лучах рампы и купаться в аплодисментах, нужны не только упрямство, спортивная злость и готовность выдержать все кульбиты судьбы. Нужен талант. Так что если кроме честолюбия вам нечего предложить миру – сидите дома. Дома, между прочим, тоже хорошо.

   Все мы знаем, что есть сцена, кулисы – и все, что за ними. Но для того, чтобы блистать в лучах рампы и купаться в аплодисментах, нужны не только упрямство, спортивная злость и готовность выдержать все кульбиты судьбы. Нужен талант. Так что если кроме честолюбия вам нечего предложить миру – сидите дома. Дома, между прочим, тоже хорошо.

   — Не в сиськах правда, или Вся правда о Золушке · книга
7. «

   Я не люблю, когда говорят, что жизнь коротка. Она не коротка, она вообще очень длинная, если ты наполняешь её интересными событиями, интересными людьми.

   Я не люблю, когда говорят, что жизнь коротка. Она не коротка, она вообще очень длинная, если ты наполняешь её интересными событиями, интересными людьми.
8. «

   В идеале, нет ничего более честного, чем секс. Когда ты во всех смыслах обнажен, ты кричишь и стонешь, как животное, ты на пике физического и эмоционального катарсиса. Здесь нет места намекам или эвфемизмам. Иначе все это лишь имитация. А жизнь коротка, и тратить ее на имитации глупо.

   В идеале, нет ничего более честного, чем секс. Когда ты во всех смыслах обнажен, ты кричишь и стонешь, как животное, ты на пике физического и эмоционального катарсиса. Здесь нет места намекам или эвфемизмам. Иначе все это лишь имитация. А жизнь коротка, и тратить ее на имитации глупо.
9. «

   Как это ни банально, но счастье за деньги не купишь. Хотя иногда очень хочется в это поверить. Но все, что можно потрогать, быстро надоедает, и спустя три-четыре сезона в миланских или римских магазинах, снисходит озарение: все это лишь прелюдия к тому самому заветному счастью, которое так и не состоялось.

   Как это ни банально, но счастье за деньги не купишь. Хотя иногда очень хочется в это поверить. Но все, что можно потрогать, быстро надоедает, и спустя три-четыре сезона в миланских или римских магазинах, снисходит озарение: все это лишь прелюдия к тому самому заветному счастью, которое так и не состоялось.

   — Не в сиськах правда, или Вся правда о Золушке · книга
10. «

    Я красивых мужчин как мужчин даже не воспринимаю — я просто не могу представить, что какой-нибудь красавец откроет рот и скажет что-то вроде: «Можно зажигалку?» Мне с детства кажется, что красавцы думают о чём-то возвышенном — о книгах Сартра или там об очередном прорыве в генной инженерии, и мне кажется, что я со своими приземлёнными радостями типа босоножек «Гуччи» на распродаже — просто доярка неотёсанная.

    Я красивых мужчин как мужчин даже не воспринимаю — я просто не могу представить, что какой-нибудь красавец откроет рот и скажет что-то вроде: «Можно зажигалку?» Мне с детства кажется, что красавцы думают о чём-то возвышенном — о книгах Сартра или там об очередном прорыве в генной инженерии, и мне кажется, что я со своими приземлёнными радостями типа босоножек «Гуччи» на распродаже — просто доярка неотёсанная.

    — Варя · книга
11. «

    Люди не влюбляются. Они договариваются. То есть влюбляются тоже, но мы все знаем, что влюблённость — это часто коктейль из новизны и страсти. И это проходит.

    Люди не влюбляются. Они договариваются. То есть влюбляются тоже, но мы все знаем, что влюблённость — это часто коктейль из новизны и страсти. И это проходит.
12. «

    Мне двадцать восемь. Знакомые называют мой возраст «под тридцать» и считают, что я обязана думать о чем-то важном: о детях, общественном положении, пенсионном фонде, даче, машине, занятиях спортом... Потому что сейчас мне «под», а когда станет «за», будет поздно — на мне никто не женится, ребенок родится эпилептиком, а все приличные должности достанутся молодым и дерзким.

    Мне двадцать восемь. Знакомые называют мой возраст «под тридцать» и считают, что я обязана думать о чем-то важном: о детях, общественном положении, пенсионном фонде, даче, машине, занятиях спортом... Потому что сейчас мне «под», а когда станет «за», будет поздно — на мне никто не женится, ребенок родится эпилептиком, а все приличные должности достанутся молодым и дерзким.

    — Вера · книга
13. «

    Секс сильнее всего. Даже если ты дама неопределенного возраста, а твой друг — молодой жадный любовник из ЮАР, то ты ради нескольких месяцев или лет радости становишься свободным от давления толпы человеком. Кто-то подумает, что ты выглядишь глупо. Но тебе наплевать. Может, это они выглядят тупо со своими предубеждениями.

    Секс сильнее всего. Даже если ты дама неопределенного возраста, а твой друг — молодой жадный любовник из ЮАР, то ты ради нескольких месяцев или лет радости становишься свободным от давления толпы человеком. Кто-то подумает, что ты выглядишь глупо. Но тебе наплевать. Может, это они выглядят тупо со своими предубеждениями.
14. «

    Девушки, чьей библией была «Гордость и предубеждение» Джейн Остин, все еще наивно верят, что Принц на темно-красном «Бентли» скрывает под суровой гримасой презрения ко всему сущему нежного и трепетного романтика, очнитесь! Джейн все это при-ду-ма-ла! Если вы – трепетная лань, то лев вас просто-напросто сожрет!

    Девушки, чьей библией была «Гордость и предубеждение» Джейн Остин, все еще наивно верят, что Принц на темно-красном «Бентли» скрывает под суровой гримасой презрения ко всему сущему нежного и трепетного романтика, очнитесь! Джейн все это при-ду-ма-ла! Если вы – трепетная лань, то лев вас просто-напросто сожрет!

    — Не в сиськах правда, или Вся правда о Золушке · книга
15. «

    И вообще, я этих детей боюсь. Они орут. И умирают во сне. И становятся потом наркоманами.

    И вообще, я этих детей боюсь. Они орут. И умирают во сне. И становятся потом наркоманами.

    — Маша · книга
16. «

    Наивно в наше время рассчитывать на то, что у тебя есть некие преимущества только потому, что ты – женщина. Или мать. Мужчина не считает себя обязанным ни за секс, ни за ребенка. Несправедливо, но это правда. Надо просто это принять и рассчитывать в первую очередь на себя.

    Наивно в наше время рассчитывать на то, что у тебя есть некие преимущества только потому, что ты – женщина. Или мать. Мужчина не считает себя обязанным ни за секс, ни за ребенка. Несправедливо, но это правда. Надо просто это принять и рассчитывать в первую очередь на себя.

    — Не в сиськах правда, или Вся правда о Золушке · книга
17. «

    — Ты никогда не говоришь мне, хорошо тебе или плохо! — бойфренд моей приятельницы упрекал ее в том, что она лежит молча, когда он делает куни. Ну, то есть, может, стонет, но ничего не советует. — А почему? — удивилась я. — Почему ты молчишь? — Мне все нравится, — сказала она. — Но так не может быть! — не поверила я. — Все женщины разные. Тут она как-то так на меня посмотрела, что я закончила разговор. Потому что знаю, как это бывает — тебе неловко сказать в постели: «Стоп! Надо все по-другому!» Это ведь уже не романтично, так? И женщина притворяется.

    — Ты никогда не говоришь мне, хорошо тебе или плохо! — бойфренд моей приятельницы упрекал ее в том, что она лежит молча, когда он делает куни. Ну, то есть, может, стонет, но ничего не советует. — А почему? — удивилась я. — Почему ты молчишь? — Мне все нравится, — сказала она. — Но так не может быть! — не поверила я. — Все женщины разные. Тут она как-то так на меня посмотрела, что я закончила разговор. Потому что знаю, как это бывает — тебе неловко сказать в постели: «Стоп! Надо все по-другому!» Это ведь уже не романтично, так? И женщина притворяется.
18. «

    Удобная, сытая жизнь без любви — это плохо. Страдания и разочарования во имя Большого Чувства — замечательно.

    Удобная, сытая жизнь без любви — это плохо. Страдания и разочарования во имя Большого Чувства — замечательно.