Аристарх Ромашин: 284 фразы, которые разошлись на цитаты

Аристарх Ромашин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 284 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   — То, что забыл твой ум, помнит твоя душа, — ответила девочка и положила руку на мою левую грудь. — Все ответы тут. Нужно всего лишь научиться слышать зов души. — Как этому научиться? — Всему свое время, — ответила девочка. — Книга Жизни дает доступ, как к прошлому, так и к будущему. Мы можем читать Книгу Жизни и делиться знанием без слов с людьми. Раньше люди знали об этом. Они поклонялись нам. Сейчас о нас забыли. — А почему о вас забыли? — Потому что люди перестали верить. — Во что? — не понимал я её. — В первую очередь в Высший Разум, затем в себя, а уже потом в чудеса…

   — То, что забыл твой ум, помнит твоя душа, — ответила девочка и положила руку на мою левую грудь. — Все ответы тут. Нужно всего лишь научиться слышать зов души. — Как этому научиться? — Всему свое время, — ответила девочка. — Книга Жизни дает доступ, как к прошлому, так и к будущему. Мы можем читать Книгу Жизни и делиться знанием без слов с людьми. Раньше люди знали об этом. Они поклонялись нам. Сейчас о нас забыли. — А почему о вас забыли? — Потому что люди перестали верить. — Во что? — не понимал я её. — В первую очередь в Высший Разум, затем в себя, а уже потом в чудеса…

   — Азума · книга
2. «

   Я ощущал себя единым целым со всем миром, со всей вселенной, с каждым человеком, с каждым живым существом, с каждым атомом. Теперь я понимал, что мы все – частички Высшего Разума. Да, у каждого из нас свои задачи, своё предназначение, но у всех единая конечная цель. И от того, как хорошо мы справимся со своим предназначением, зависит, насколько дальше продвинется в своём развитии Высший Разум, ещё на один шаг приближаясь к Вечному Абсолюту.

   Я ощущал себя единым целым со всем миром, со всей вселенной, с каждым человеком, с каждым живым существом, с каждым атомом. Теперь я понимал, что мы все – частички Высшего Разума. Да, у каждого из нас свои задачи, своё предназначение, но у всех единая конечная цель. И от того, как хорошо мы справимся со своим предназначением, зависит, насколько дальше продвинется в своём развитии Высший Разум, ещё на один шаг приближаясь к Вечному Абсолюту.

   — Кирилл · книга
3. «

   Счастье у каждого свое, но не у каждого оно счастливое.

   Счастье у каждого свое, но не у каждого оно счастливое.

   — Василий · книга
4. «

   По несколько раз переписывает рукопись не тот, кто хочет сделать книгу лучше, а тот, кто дописав первый черновик, только потом понимает, что именно он хотел донести и как это сделать правильно.

   По несколько раз переписывает рукопись не тот, кто хочет сделать книгу лучше, а тот, кто дописав первый черновик, только потом понимает, что именно он хотел донести и как это сделать правильно.
5. «

   Я пишу не в надежде, что меня будут издавать, я пишу в надежде, что меня будут читать. Но даже если читателей не будет, я все равно продолжу писать. Ведь вполне возможно, что мой читатель пока ещё не родился.

   Я пишу не в надежде, что меня будут издавать, я пишу в надежде, что меня будут читать. Но даже если читателей не будет, я все равно продолжу писать. Ведь вполне возможно, что мой читатель пока ещё не родился.
6. «

   — Мы расстались потому, что вмешалась она. — Её подруга? — Её гордость.

   — Мы расстались потому, что вмешалась она. — Её подруга? — Её гордость.

   — Долгожданное блаженство · книга
7. «

   Сначала ты познать желаешь страсть, Где о любви не может быть и речи. Тела сгорают. Насладиться всласть Стремишься ты. Дрожат от ласки плечи. Терять не хочешь, обретая власть, Мечтаешь сладкий миг увековечить... Увы, кто страстью может одарить, Тот не всегда способен полюбить.

   Сначала ты познать желаешь страсть, Где о любви не может быть и речи. Тела сгорают. Насладиться всласть Стремишься ты. Дрожат от ласки плечи. Терять не хочешь, обретая власть, Мечтаешь сладкий миг увековечить... Увы, кто страстью может одарить, Тот не всегда способен полюбить.
8. «

   Я обожаю книги. Я делю их на четыре категории. Первая категория книг — это легкодоступные моему пониманию. Вторая категория — придётся пораскинуть мозгами, чтобы освоить книгу. Третья категория — обложка хорошая, но чем она меня удивит? Четвертая категория — хочется попробовать, но, увы, книга не доступна для меня: дорогая или слишком заумная. Но среди огромного количества книг всегда находится одна единственная книга, которая сильно отличается от остальных, и каждый раз с большим удовольствием перечитывая её, я нахожу среди страниц её души всё новые и новые смыслы… …Кстати, с женщинами у меня также.

   Я обожаю книги. Я делю их на четыре категории. Первая категория книг — это легкодоступные моему пониманию. Вторая категория — придётся пораскинуть мозгами, чтобы освоить книгу. Третья категория — обложка хорошая, но чем она меня удивит? Четвертая категория — хочется попробовать, но, увы, книга не доступна для меня: дорогая или слишком заумная. Но среди огромного количества книг всегда находится одна единственная книга, которая сильно отличается от остальных, и каждый раз с большим удовольствием перечитывая её, я нахожу среди страниц её души всё новые и новые смыслы… …Кстати, с женщинами у меня также.

   — Тихон · книга
9. «

   Человек, о котором ты стараешься не думать в реальности, — напомнит о себе во сне.

   Человек, о котором ты стараешься не думать в реальности, — напомнит о себе во сне.

   — Вечная принцесса · книга
10. «

    — Девушка, можно вас? — Нельзя, я замужем.

    — Девушка, можно вас? — Нельзя, я замужем.

    — Долгожданное блаженство · книга
11. «

    Пиши просто, чтобы другие могли просто читать.

    Пиши просто, чтобы другие могли просто читать.
12. «

    Идеи — подобно семенам, способны дать плоды только в том случае, если посажены в плодородную почву воображения.

    Идеи — подобно семенам, способны дать плоды только в том случае, если посажены в плодородную почву воображения.
13. «

    Глядя на бесконечные войны, я прихожу к выводу, что единственное спасение мира это глобальная религиозная и культурная перезагрузка, где возобновится правильное многобожие, а патриархат сменится матриархатом.

    Глядя на бесконечные войны, я прихожу к выводу, что единственное спасение мира это глобальная религиозная и культурная перезагрузка, где возобновится правильное многобожие, а патриархат сменится матриархатом.
14. «

    Говорят, что мужчины не плачут. Не верьте этому. Мужчины плачут. Плачут, как и все живые люди.

    Говорят, что мужчины не плачут. Не верьте этому. Мужчины плачут. Плачут, как и все живые люди.

    — Василий · книга
15. «

    Допустим овцам надоел пастух и они, сообща, скинули его с обрыва... ... Волкам – раздолье!

    Допустим овцам надоел пастух и они, сообща, скинули его с обрыва... ... Волкам – раздолье!
16. «

    — Может, поднимешься ко мне? С моего этажа красивый вид. Она бросила взгляд на выпуклость в районе ширинки моих облегающих брюк. Потом посмотрела мне в глаза и кокетливо спросила: — А какой у тебя этаж? — Девятнадцатый... — Хм... — она многообещающе облизала верхнюю губу, после чего игриво добавила: — С такого этажа и вправду может быть хороший вид.

    — Может, поднимешься ко мне? С моего этажа красивый вид. Она бросила взгляд на выпуклость в районе ширинки моих облегающих брюк. Потом посмотрела мне в глаза и кокетливо спросила: — А какой у тебя этаж? — Девятнадцатый... — Хм... — она многообещающе облизала верхнюю губу, после чего игриво добавила: — С такого этажа и вправду может быть хороший вид.

    — Долгожданное блаженство · книга
17. «

    — А ты когда-нибудь бил женщин? — Нет. Я их убивал. — Каким образом? — насторожилась она. — Доведя до экстаза. — А-а-а… — её щёки покраснели. — Да, это в некотором роде убийство. — И воскрешение тоже. — Согласна, — кивнула она. Потом поникла головой. — Что случилось? Вместо ответа, она, всхлипывая, отвернулась. — Почему ты плачешь? — Завидую. — Кому? — Тем, кого ты убивал…

    — А ты когда-нибудь бил женщин? — Нет. Я их убивал. — Каким образом? — насторожилась она. — Доведя до экстаза. — А-а-а… — её щёки покраснели. — Да, это в некотором роде убийство. — И воскрешение тоже. — Согласна, — кивнула она. Потом поникла головой. — Что случилось? Вместо ответа, она, всхлипывая, отвернулась. — Почему ты плачешь? — Завидую. — Кому? — Тем, кого ты убивал…

    — Долгожданное блаженство · книга
18. «

    Будьте готовы к тому, что писательство — это девяносто процентов труда. И всегда помните о том, что остальные десять процентов это талант.

    Будьте готовы к тому, что писательство — это девяносто процентов труда. И всегда помните о том, что остальные десять процентов это талант.
19. «

    В писательстве важна не столько оригинальная идея, сколько её оригинальное воплощение.

    В писательстве важна не столько оригинальная идея, сколько её оригинальное воплощение.
20. «

    Сначала ты работаешь на вечность, потом вечность работает на тебя.

    Сначала ты работаешь на вечность, потом вечность работает на тебя.