30 цитат Арта Богданова — подборка на все случаи

Подборка из 30 цитат Арта Богданова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Женщина зачастую несчастна, потому что она женщина. Эмоциональная, странная, и такая женщина. И только покорившись, она обретёт и стену, и покой. В ином случае рядом с ней мужчина постепенно и незаметно превратится в тряпку.

   Женщина зачастую несчастна, потому что она женщина. Эмоциональная, странная, и такая женщина. И только покорившись, она обретёт и стену, и покой. В ином случае рядом с ней мужчина постепенно и незаметно превратится в тряпку.

   — Артур «Арториус Астрей» · книга
2. «

   Правду говорят. Сделал добро — беги.

   Правду говорят. Сделал добро — беги.

   — Артур «Арториус Астрей» · книга
3. «

   Да, америкосы они такие. Даже чукчам зимой могут надкусанные снежки продавать под лейблом АйСнег.

   Да, америкосы они такие. Даже чукчам зимой могут надкусанные снежки продавать под лейблом АйСнег.

   — Артур «Арториус Астрей» · книга
4. «

   На Эль было жалко смотреть. Сердце обливалось кровью, но я понимал то, что не понимала она. Мало влюбиться и желать. Мало мечтать и хотеть. Нужно уметь уважать, благословлять, защищать, понимать и прощать. И у каждого это своё. Нельзя применять шаблон для всех.

   На Эль было жалко смотреть. Сердце обливалось кровью, но я понимал то, что не понимала она. Мало влюбиться и желать. Мало мечтать и хотеть. Нужно уметь уважать, благословлять, защищать, понимать и прощать. И у каждого это своё. Нельзя применять шаблон для всех.

   — Артур «Арториус Астрей» · книга
5. «

   Брать нахрапом удел юных, мне же придётся делать все по уму. И чем дальше, тем меньше у меня прав на ошибку. Как говорит народная мудрость — сапёр ошибается дважды, и первый раз при выборе профессии.

   Брать нахрапом удел юных, мне же придётся делать все по уму. И чем дальше, тем меньше у меня прав на ошибку. Как говорит народная мудрость — сапёр ошибается дважды, и первый раз при выборе профессии.

   — Артур «Арториус Астрей» · книга
6. «

   — А ты куда намылился? — Выскочила вперёд Лани. — Изображать буду, войска дяди Васи. — Это как?! — Удивилась девушка. — Позади всё горит, впереди всё рыдает! — С ухмылкой выдал Джон вместо меня.

   — А ты куда намылился? — Выскочила вперёд Лани. — Изображать буду, войска дяди Васи. — Это как?! — Удивилась девушка. — Позади всё горит, впереди всё рыдает! — С ухмылкой выдал Джон вместо меня.

   — Артур «Арториус Астрей» · книга
7. «

   Женщины часто предают мужчин, меняя их на кажущиеся более перспективными варианты. За всю свою жизнь я не раз сталкивался с этим как лично, так и выслушивая истории друзей и знакомых. Но это же касается в равной мере и мужчин, бегущих от проблем в семье или заметив новую более юную и красивую цель для своего либидо. Потому значение имеет лишь сам человек, его мировоззрение и мораль. А так же осознание самого понятия любви. Любовь ведь не снаружи приходит и не зависит от самого объекта вожделения. Любовь — это мечты о счастье в том виде, в котором каждый человек себе его представляет. Когда объект любви не оправдывает ожидания и чаяния, происходит постепенное разочарование, переходящее в скандалы, обоюдные претензии и ненависть. При этом, зачастую, люди по молодости лет выбирают пару по одному внешнему виду или социальному статусу, после чего, уже осознав свою ошибку, оказываются опутанными обязательствами, законами и давлением социума. Всё это не позволяет разойтись быстро и мирно, особенно, если в отношениях всё ещё не угасла мечта о страсти и счастье, которое уплывает из рук.

   Женщины часто предают мужчин, меняя их на кажущиеся более перспективными варианты. За всю свою жизнь я не раз сталкивался с этим как лично, так и выслушивая истории друзей и знакомых. Но это же касается в равной мере и мужчин, бегущих от проблем в семье или заметив новую более юную и красивую цель для своего либидо. Потому значение имеет лишь сам человек, его мировоззрение и мораль. А так же осознание самого понятия любви. Любовь ведь не снаружи приходит и не зависит от самого объекта вожделения. Любовь — это мечты о счастье в том виде, в котором каждый человек себе его представляет. Когда объект любви не оправдывает ожидания и чаяния, происходит постепенное разочарование, переходящее в скандалы, обоюдные претензии и ненависть. При этом, зачастую, люди по молодости лет выбирают пару по одному внешнему виду или социальному статусу, после чего, уже осознав свою ошибку, оказываются опутанными обязательствами, законами и давлением социума. Всё это не позволяет разойтись быстро и мирно, особенно, если в отношениях всё ещё не угасла мечта о страсти и счастье, которое уплывает из рук.

   — Артур «Арториус Астрей» · книга
8. «

   Некоторых людей нужно душить ещё в колыбели!

   Некоторых людей нужно душить ещё в колыбели!

   — Артур «Арториус Астрей» · книга
9. «

   Жестокий и спокойный взгляд, свойственный тем, кто прошёл и огонь, и воду, и медные трубы. Я такие видел у ребят, что прошли горячие точки, но не сломались. Они не бухали, жалея себя, они не кидались на всех подряд с пеной на губах, но это было ещё страшнее. Это был взгляд со шкалой терпения, в котором читалась смерть по достижении определённого уровня. Бравая десантура может рвать тельняшки на груди и разбивать бутылки головой, пугая молодняк и смеша тех, кто понимает. Но вот такой взгляд пугает даже опытных. Холодная, равнодушная смерть. Без ярости, криков, эмоций.

   Жестокий и спокойный взгляд, свойственный тем, кто прошёл и огонь, и воду, и медные трубы. Я такие видел у ребят, что прошли горячие точки, но не сломались. Они не бухали, жалея себя, они не кидались на всех подряд с пеной на губах, но это было ещё страшнее. Это был взгляд со шкалой терпения, в котором читалась смерть по достижении определённого уровня. Бравая десантура может рвать тельняшки на груди и разбивать бутылки головой, пугая молодняк и смеша тех, кто понимает. Но вот такой взгляд пугает даже опытных. Холодная, равнодушная смерть. Без ярости, криков, эмоций.

   — Последний храм. Игры тандемов · книга
10. «

    Ещё с детства у меня были приступы непонятных ощущений, когда даже поход в детский сад это нечто депрессивное. Никакого страха, а лишь дикое чувство безысходности. В этот раз было так же. Одиночество. Я один против всего мира. И это пугает.

    Ещё с детства у меня были приступы непонятных ощущений, когда даже поход в детский сад это нечто депрессивное. Никакого страха, а лишь дикое чувство безысходности. В этот раз было так же. Одиночество. Я один против всего мира. И это пугает.

    — Артур «Арториус Астрей» · книга
11. «

    Силу мужчины определяет качество и количество его врагов и друзей. А его суть определяет его женщина.

    Силу мужчины определяет качество и количество его врагов и друзей. А его суть определяет его женщина.

    — Рамзес-1247 · книга
12. «

    В целом с церковью много скандалов связано. Даже мимо меня не прошла история пятилетней давности, когда весь мир дрожал, кто от смеха, кто от гнева. Тогда один клан случайно наткнулся на блуждающий данж «Прорыв Инферно» с эпическим боссом, адской гончей трёхсотого уровня. Клан не хотел его упустить, потому рейд собирали на быструю руку. И пригласили одного молодого священника, уважаемого в среде игроков. Отец Никифор недавно получил сан и был направлен в дрим, нести слово божие. <...> В спешке собранная команда не отличалась слаженностью и почти слилась. В конце остались только двое, отец Никифор и паладин клана. Хоть гончая была уже на издыхании, двойка игроков никак не могла его добить. И вот, когда у монаха закончилась манна, а пал уже был на последнем дыхании, священник от отчаяния, просто подскочил к гончей, размахнувшись кадилом, с криком «Изыди, сука», перетянул гончую по лбу. Монахи, абсолютно не боевой класс, и кадило использовалось как бафовый предмет против демонов и нежити. Но физику мира никто не отменял. Система высчитала силу, вес, рычаг и место попадания по цели, приложила к этому святость предмета и выдала урон. При этом прошёл дикий крит и адская гончая сложилась. <...> Система, высчитав удар, включила постижение, засчитала это как скилл, а так как последние слова монаха во время удара были «Изыди, сука», то скилл так и назвался. Кадило после этого приобрело какие-то уникальные свойства.

    В целом с церковью много скандалов связано. Даже мимо меня не прошла история пятилетней давности, когда весь мир дрожал, кто от смеха, кто от гнева. Тогда один клан случайно наткнулся на блуждающий данж «Прорыв Инферно» с эпическим боссом, адской гончей трёхсотого уровня. Клан не хотел его упустить, потому рейд собирали на быструю руку. И пригласили одного молодого священника, уважаемого в среде игроков. Отец Никифор недавно получил сан и был направлен в дрим, нести слово божие. <...> В спешке собранная команда не отличалась слаженностью и почти слилась. В конце остались только двое, отец Никифор и паладин клана. Хоть гончая была уже на издыхании, двойка игроков никак не могла его добить. И вот, когда у монаха закончилась манна, а пал уже был на последнем дыхании, священник от отчаяния, просто подскочил к гончей, размахнувшись кадилом, с криком «Изыди, сука», перетянул гончую по лбу. Монахи, абсолютно не боевой класс, и кадило использовалось как бафовый предмет против демонов и нежити. Но физику мира никто не отменял. Система высчитала силу, вес, рычаг и место попадания по цели, приложила к этому святость предмета и выдала урон. При этом прошёл дикий крит и адская гончая сложилась. <...> Система, высчитав удар, включила постижение, засчитала это как скилл, а так как последние слова монаха во время удара были «Изыди, сука», то скилл так и назвался. Кадило после этого приобрело какие-то уникальные свойства.

    — Последний храм. Наследник · книга
13. «

    А я вдруг понял, что у нас обоюдная обида и боль. Я, конечно, мог бы многое сказать и обосновать. Но толку в этом не будет. Таковы уж отношения между парнем и девушкой. Мы мыслим разными категориями и с этим нужно смириться. И разойтись с уважением. Хотя бы к самому себе.

    А я вдруг понял, что у нас обоюдная обида и боль. Я, конечно, мог бы многое сказать и обосновать. Но толку в этом не будет. Таковы уж отношения между парнем и девушкой. Мы мыслим разными категориями и с этим нужно смириться. И разойтись с уважением. Хотя бы к самому себе.

    — Рамзес-1247 · книга
14. «

    Ведь секс, по сути, это не тактильные ощущения, а именно эмоции. Потому люди и кидаются в разные извращения или изменяют друг другу. Всё в поисках новых эмоций, а не потому что соседка физиологически по-другому устроена или у соседа длиннее.

    Ведь секс, по сути, это не тактильные ощущения, а именно эмоции. Потому люди и кидаются в разные извращения или изменяют друг другу. Всё в поисках новых эмоций, а не потому что соседка физиологически по-другому устроена или у соседа длиннее.

    — Артур «Арториус Астрей» · книга
15. «

    Но мы все такие. Просто масштабы наших деяний пожиже, да последствия не столь велики. А так, какая разница, с какой целью ты интригуешь? Ради того что бы получить под руку ещё одну страну или ради места старшего менеджера по продаже пылесосов? Люди. Мы просто люди.

    Но мы все такие. Просто масштабы наших деяний пожиже, да последствия не столь велики. А так, какая разница, с какой целью ты интригуешь? Ради того что бы получить под руку ещё одну страну или ради места старшего менеджера по продаже пылесосов? Люди. Мы просто люди.

    — Богдан · книга
16. «

    А основная слабость людей это тщеславие. Людям всегда мало того, что они уже имеют или добились. Обеспечив себя самым необходимым, человек начинает мечтать о большем. Поел хлеба, теперь хочется ещё и масла. После масла, мечтаешь уже об икре, а затем уже желаешь ещё более экзотичного и вкусного. Но, что делать тем, у кого есть и вилла в Ницце, и яхта, и девушки или мальчики на любой вкус? Они начинают искать то, чего нет у других, чтобы выделиться. И готовы платить миллионы за «Чёрный квадрат» Малевича или бездарную мазню какого-то импрессиониста. Лишь бы это было дорого и эксклюзивно.

    А основная слабость людей это тщеславие. Людям всегда мало того, что они уже имеют или добились. Обеспечив себя самым необходимым, человек начинает мечтать о большем. Поел хлеба, теперь хочется ещё и масла. После масла, мечтаешь уже об икре, а затем уже желаешь ещё более экзотичного и вкусного. Но, что делать тем, у кого есть и вилла в Ницце, и яхта, и девушки или мальчики на любой вкус? Они начинают искать то, чего нет у других, чтобы выделиться. И готовы платить миллионы за «Чёрный квадрат» Малевича или бездарную мазню какого-то импрессиониста. Лишь бы это было дорого и эксклюзивно.

    — Артур «Арториус Астрей» · книга
17. «

    За такие шутки в зубах появляются промежутки. Слыхал такую народную мудрость?

    За такие шутки в зубах появляются промежутки. Слыхал такую народную мудрость?

    — Артур «Арториус Астрей» · книга
18. «

    Никто не может хранить ненависть и злобу вечно. Или она проходит, оставляя пустоту, или сносит голову и сжирает человека изнутри.

    Никто не может хранить ненависть и злобу вечно. Или она проходит, оставляя пустоту, или сносит голову и сжирает человека изнутри.

    — Дрейк Потрошитель · книга
19. «

    Я задумчиво теребил её зелёные локоны. Все что я понял, что даже никому не скажу про нашу встречу. Незачем никому знать про ту кто вернул мне молодость. Только сейчас я понял, что помолодел. Когда в душе зашевелились чувства. Нет, это не любовь. Но это привязанность, нежность, благодарность, которые должен испытывать мужчина по отношению к женщине.

    Я задумчиво теребил её зелёные локоны. Все что я понял, что даже никому не скажу про нашу встречу. Незачем никому знать про ту кто вернул мне молодость. Только сейчас я понял, что помолодел. Когда в душе зашевелились чувства. Нет, это не любовь. Но это привязанность, нежность, благодарность, которые должен испытывать мужчина по отношению к женщине.

    — Артур «Арториус Астрей» · книга
20. «

    Варяг, ты вроде хороший человек, но иногда хочется тебе под машину взрывчатку засунуть и посмотреть как ты летишь в разные стороны. — Буркнул маг, пытаясь подняться.

    Варяг, ты вроде хороший человек, но иногда хочется тебе под машину взрывчатку засунуть и посмотреть как ты летишь в разные стороны. — Буркнул маг, пытаясь подняться.

    — Бескун · книга