93 цитаты Асано Ацуко, которые захочется сохранить

Асано Ацуко — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 93 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Вместо того, чтобы молчать, затыкать уши — дайте мне говорить, дайте мне слушать.

   Вместо того, чтобы молчать, затыкать уши — дайте мне говорить, дайте мне слушать.

   — Каран · книга
2. «

   Нэдзуми, без тебя весь мир для меня — ничто.

   Нэдзуми, без тебя весь мир для меня — ничто.

   — Сион · книга
3. «

   Я никогда её не прощу. Я никогда не прощу эту реальность.

   Я никогда её не прощу. Я никогда не прощу эту реальность.

   — Сион · книга
4. «

   В этой бесчеловечной реальности, почти чересчур бесчеловечной, всё, что мог кто-то сделать, чтобы остаться человеком — бросить свои чувства к другим и держаться за свою человеческую душу.

   В этой бесчеловечной реальности, почти чересчур бесчеловечной, всё, что мог кто-то сделать, чтобы остаться человеком — бросить свои чувства к другим и держаться за свою человеческую душу.

   — Шестая Зона · книга
5. «

   — Ты проиграл, Нэдзуми. — Что? — Ты нашел для себя что-то, что надо защищать — ты проиграл. Таковы местные правила. Ты сам это знаешь лучше кого-либо.

   — Ты проиграл, Нэдзуми. — Что? — Ты нашел для себя что-то, что надо защищать — ты проиграл. Таковы местные правила. Ты сам это знаешь лучше кого-либо.

   — Инукаши (Собачница) · книга
6. «

   Если бы кто-то спросил меня, насколько искренней надеждой я обладаю — мне оставалось бы лишь озадаченно склонить голову.

   Если бы кто-то спросил меня, насколько искренней надеждой я обладаю — мне оставалось бы лишь озадаченно склонить голову.

   — Шестая Зона · книга
7. «

   Чтобы поддержать его, рука Сиона скользнула Нэдзуми под мышку. Нэдзуми отпихнул ее и пошел вперед. В плече пульсировала боль. Но он не собирался хвататься за протянутую руку. Если он привыкнет полагаться на кого-то, то уже не сможет шагать сам по себе. Рука помощи была ненадежной. Она исчезала так же внезапно, как и появлялась. Так бывало уже не раз.

   Чтобы поддержать его, рука Сиона скользнула Нэдзуми под мышку. Нэдзуми отпихнул ее и пошел вперед. В плече пульсировала боль. Но он не собирался хвататься за протянутую руку. Если он привыкнет полагаться на кого-то, то уже не сможет шагать сам по себе. Рука помощи была ненадежной. Она исчезала так же внезапно, как и появлялась. Так бывало уже не раз.

   — Шестая Зона · книга
8. «

   А разве сам человек не виноват, что у него есть слабость, которой можно воспользоваться?

   А разве сам человек не виноват, что у него есть слабость, которой можно воспользоваться?

   — Нэдзуми · книга
9. «

   Ад — это не так уж плохо, если ты рядом.

   Ад — это не так уж плохо, если ты рядом.

   — Сион · книга
10. «

    Маленький огонёк надежды, мерцавший внутри меня при написании первого тома, теперь стал почти не различим с моей точки зрения. У меня зрение ухудшилось? Или огонёк стал слабее?

    Маленький огонёк надежды, мерцавший внутри меня при написании первого тома, теперь стал почти не различим с моей точки зрения. У меня зрение ухудшилось? Или огонёк стал слабее?

    — Шестая Зона · книга
11. «

    У него никогда не болело сердце, когда он засыпал грязью крошечные тела. Он никогда не грустил и не плакал. «Хорошо, что ты умер так рано. Тебе повезло. Тебе больше не пришлось страдать». Это были единственные слова, которые он им говорил. «Эй, малыш, сколько месяцев ты прожил? Два? Три? Протянул полгода? Тогда, этого должно было хватить. Даже не думай перерождаться. Тебя все равно ждет, в итоге, такая же участь. А если так уж тебе этого хочется, возвращайся сорняком, растущим на краю дороги или щенком. Тогда ты будешь в сто раз счастливее. Ты слышишь, да? Никогда, никогда больше не рождайся человеком». Это была еще одна вещь, которую он говорил им.

    У него никогда не болело сердце, когда он засыпал грязью крошечные тела. Он никогда не грустил и не плакал. «Хорошо, что ты умер так рано. Тебе повезло. Тебе больше не пришлось страдать». Это были единственные слова, которые он им говорил. «Эй, малыш, сколько месяцев ты прожил? Два? Три? Протянул полгода? Тогда, этого должно было хватить. Даже не думай перерождаться. Тебя все равно ждет, в итоге, такая же участь. А если так уж тебе этого хочется, возвращайся сорняком, растущим на краю дороги или щенком. Тогда ты будешь в сто раз счастливее. Ты слышишь, да? Никогда, никогда больше не рождайся человеком». Это была еще одна вещь, которую он говорил им.

    — Инукаши · книга
12. «

    — Я любила тебя. — Сафу... — В этом моя правда. Неважно, что ты обо мне думаешь. Я любила тебя, Сион. Если бы я не встретила тебя, я бы не узнала, что значит тосковать по кому-то. Я бы никогда не узнала, что значит любить... Я рада, что познала это. Я родилась и смогла встретить тебя. Я ни о чем не сожалею. Пальцы Сафу коснулись щеки Сиона. Он не ощутил их на коже. Он он точно почувствовал, что Сафу коснулась его. — Сион... ты тоже так думаешь, верно? Сафу через плечо Сиона бросила взгляд на Нэдзуми. — Ты чувствуешь то же самое, да? Ты рад, что смог узнать. Ты бы больше не смог жить, не зная, что значит любить и тосковать. — ... да.

    — Я любила тебя. — Сафу... — В этом моя правда. Неважно, что ты обо мне думаешь. Я любила тебя, Сион. Если бы я не встретила тебя, я бы не узнала, что значит тосковать по кому-то. Я бы никогда не узнала, что значит любить... Я рада, что познала это. Я родилась и смогла встретить тебя. Я ни о чем не сожалею. Пальцы Сафу коснулись щеки Сиона. Он не ощутил их на коже. Он он точно почувствовал, что Сафу коснулась его. — Сион... ты тоже так думаешь, верно? Сафу через плечо Сиона бросила взгляд на Нэдзуми. — Ты чувствуешь то же самое, да? Ты рад, что смог узнать. Ты бы больше не смог жить, не зная, что значит любить и тосковать. — ... да.

    — Сафу · книга
13. «

    Эй, козлы милые. В любом случае, они симпатичнее тебя.

    Эй, козлы милые. В любом случае, они симпатичнее тебя.

    — Нэдзуми · книга
14. «

    Гражданин? Права? Ты правда думаешь, что они у тебя есть?

    Гражданин? Права? Ты правда думаешь, что они у тебя есть?

    — Раши · книга
15. «

    Чтобы выжить, надо вцепиться зубами в жизнь и удержать ее. Неважно, насколько это казалось неприглядным или жестким — выживали те, кто сильнее остальных жаждал жизни.

    Чтобы выжить, надо вцепиться зубами в жизнь и удержать ее. Неважно, насколько это казалось неприглядным или жестким — выживали те, кто сильнее остальных жаждал жизни.

    — Шестая Зона · книга
16. «

    Забавная история. Люди делили других людей на классы. Те, на кого смотрели сверху вниз и третировали, поворачивались и сами смотрели свысока и третировали других. Это не общественное устройство сделало их такими; люди сами, по собственной воле установили такой порядок в своих сердцах.

    Забавная история. Люди делили других людей на классы. Те, на кого смотрели сверху вниз и третировали, поворачивались и сами смотрели свысока и третировали других. Это не общественное устройство сделало их такими; люди сами, по собственной воле установили такой порядок в своих сердцах.

    — Шестая Зона · книга
17. «

    — Я не смогу жить без тебя. Его приторно-сладкое, но искреннее признание продолжалось всего лишь миг, но в это время все эмоции исчезли из глаз Сиона. Это не были глаза человека, изливавшего душу, признаваясь в любви. Этот взгляд принадлежал тому, кто совершил точный и смертельный удар, и теперь ковырял ножом в ране. «Это только я был не в курсе?» Он понятия не имел о истинной сущности Сиона. Нэдзуми спас ему жизнь, его собственную жизнь тоже спасли, они жили и проводили свои дни вместе. Связь между ними была крепче, доверительнее, чем с кем бы то ни было. Он избегал этих отношений и опасался их, но не мог их окончательно разорвать; где-то глубоко в сердце он жаждал их и, наверное, превратил в своего рода убежище для себя. — Я боюсь потерять тебя больше, чем кого бы то ни было. Слова Сиона отражали и его собственные чувства. Ему не хотелось в этом признаваться, но то была правда. И все-таки, впервые после их встречи он просчитался насчет Сиона. Нэдзуми снова стиснул зубы. «Сион, кто ты?»

    — Я не смогу жить без тебя. Его приторно-сладкое, но искреннее признание продолжалось всего лишь миг, но в это время все эмоции исчезли из глаз Сиона. Это не были глаза человека, изливавшего душу, признаваясь в любви. Этот взгляд принадлежал тому, кто совершил точный и смертельный удар, и теперь ковырял ножом в ране. «Это только я был не в курсе?» Он понятия не имел о истинной сущности Сиона. Нэдзуми спас ему жизнь, его собственную жизнь тоже спасли, они жили и проводили свои дни вместе. Связь между ними была крепче, доверительнее, чем с кем бы то ни было. Он избегал этих отношений и опасался их, но не мог их окончательно разорвать; где-то глубоко в сердце он жаждал их и, наверное, превратил в своего рода убежище для себя. — Я боюсь потерять тебя больше, чем кого бы то ни было. Слова Сиона отражали и его собственные чувства. Ему не хотелось в этом признаваться, но то была правда. И все-таки, впервые после их встречи он просчитался насчет Сиона. Нэдзуми снова стиснул зубы. «Сион, кто ты?»

    — Нэдзуми · книга
18. «

    Может, не так уж и плохо укрыться в этом сыром царстве мглы, свернуться клубком и не двигаться. Заснуть... погрузиться в глубокий сон и тихо умереть. Это же почти не больно, лишь легкий холодок коснется тела.

    Может, не так уж и плохо укрыться в этом сыром царстве мглы, свернуться клубком и не двигаться. Заснуть... погрузиться в глубокий сон и тихо умереть. Это же почти не больно, лишь легкий холодок коснется тела.

    — Нэдзуми · книга
19. «

    Не используй слова, чтобы оправдать свою вину. Относись к ним с большим уважением.

    Не используй слова, чтобы оправдать свою вину. Относись к ним с большим уважением.

    — Нэдзуми · книга
20. «

    Он был скупым, жадным ублюдком. Но вот незадача: когда ты труп, деньги уже не потратишь.

    Он был скупым, жадным ублюдком. Но вот незадача: когда ты труп, деньги уже не потратишь.

    — Инукаши · книга