Подборка: 118 цитат Аси Лавриновича

Ниже 118 цитат Аси Лавриновича — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   И снова в критический момент я думала о чем-то постороннем. Потому что о самом страшном думать не хотелось. И как это странно в такие секунды вспоминать о том, кто в повседневной жизни тебя выводит из себя. Все-таки я уже успела соскучиться по своей семье… Мысль о доме придала мне сил.

   И снова в критический момент я думала о чем-то постороннем. Потому что о самом страшном думать не хотелось. И как это странно в такие секунды вспоминать о том, кто в повседневной жизни тебя выводит из себя. Все-таки я уже успела соскучиться по своей семье… Мысль о доме придала мне сил.

   — Ты моё счастье · книга
2. «

   Я крепко обнимала Роберта в ответ. Чтобы навернувшиеся слёзы не потекли по щекам, подняла голову, разглядывая одинокий фонарный столб. В один день моя жизнь превратилась в тёмный пустой двор. А Кайзер внезапно стал тем единственным светом фонаря у дома.

   Я крепко обнимала Роберта в ответ. Чтобы навернувшиеся слёзы не потекли по щекам, подняла голову, разглядывая одинокий фонарный столб. В один день моя жизнь превратилась в тёмный пустой двор. А Кайзер внезапно стал тем единственным светом фонаря у дома.

   — Даша Севастьянова · книга
3. «

   Да, так не должно быть. Но внутри меня разгоралось и полыхало счастье.

   Да, так не должно быть. Но внутри меня разгоралось и полыхало счастье.

   — Маша Раева · книга
4. «

   Декабрь — месяц волшебного подвешенного состояния, когда ты ждешь, что чудо вот-вот произойдёт, и всё наладится.

   Декабрь — месяц волшебного подвешенного состояния, когда ты ждешь, что чудо вот-вот произойдёт, и всё наладится.

   — Нелюбовь сероглазого короля · книга
5. «

   И почему некоторые люди считают, что они вправе диктовать, кому и с кем общаться? Будто жизнь — дурацкая настольная игра с придуманными кем-то правилами.

   И почему некоторые люди считают, что они вправе диктовать, кому и с кем общаться? Будто жизнь — дурацкая настольная игра с придуманными кем-то правилами.

   — Поцелуй под омелой · книга
6. «

   Мне казалось, что звёзды становились все ярче. Я почему-то представила, как сразу несколько звёзд срываются с тёмного неба и летят прямо на нас. Ударяются о землю, лупят по крыше… Всё это было таким несбыточным, что я не смогла сдержать улыбку. Вечно как начну о чем-нибудь фантазировать…

   Мне казалось, что звёзды становились все ярче. Я почему-то представила, как сразу несколько звёзд срываются с тёмного неба и летят прямо на нас. Ударяются о землю, лупят по крыше… Всё это было таким несбыточным, что я не смогла сдержать улыбку. Вечно как начну о чем-нибудь фантазировать…

   — Майя Михайлова · книга
7. «

   «Добрый день, моя юность. Боже мой, до чего ты прекрасна». В семнадцать лет каждый из нас воображает себя горячей большой звездой. Нам кажется, что все объекты солнечной системы должны вращаться исключительно вокруг нас. Молодость дана нам не только для знаний, но и для совершения глупостей. А когда их ещё делать, если не в семнадцать, в городе, который захватила весна?..

   «Добрый день, моя юность. Боже мой, до чего ты прекрасна». В семнадцать лет каждый из нас воображает себя горячей большой звездой. Нам кажется, что все объекты солнечной системы должны вращаться исключительно вокруг нас. Молодость дана нам не только для знаний, но и для совершения глупостей. А когда их ещё делать, если не в семнадцать, в городе, который захватила весна?..

   — Даша Севастьянова · книга
8. «

   Саша, запомни: кто старое помянет – тот циклопом станет.

   Саша, запомни: кто старое помянет – тот циклопом станет.

   — Таня · книга
9. «

   Скрипя снегом и время от времени всё-таки на всякий случай оборачиваясь, я подумала, почему нам так сложно найти друзей, а вот врагов – пожалуйста, запросто.

   Скрипя снегом и время от времени всё-таки на всякий случай оборачиваясь, я подумала, почему нам так сложно найти друзей, а вот врагов – пожалуйста, запросто.

   — Наташа Зуева · книга
10. «

    Любовь – это и про разговоры, и про поцелуи. И про объятия, и про взаимопонимание, и про то, как засыпаешь и просыпаешься с мыслью об одном человеке. Любовь – это вообще про всё.

    Любовь – это и про разговоры, и про поцелуи. И про объятия, и про взаимопонимание, и про то, как засыпаешь и просыпаешься с мыслью об одном человеке. Любовь – это вообще про всё.

    — Там где живёт любовь · книга
11. «

    Обида – сорняк. Она губит живое, только зародившееся… Зеленое, молодое, хрупкое, что гнется до самой земли на ветру. И вместо того чтобы дальше цвести нежными цветами, живое гибнет. И ты вместе с ним потихонечку.

    Обида – сорняк. Она губит живое, только зародившееся… Зеленое, молодое, хрупкое, что гнется до самой земли на ветру. И вместо того чтобы дальше цвести нежными цветами, живое гибнет. И ты вместе с ним потихонечку.

    — Поцелуй под омелой · книга
12. «

    Ещё в начале учебного года я делила всех людей на хороших и плохих. Гурьев и Вита были для меня идеальными. Кайзер – плохим. Папа – хорошим. Мама – сущим наказанием. Но мир не черно-белый, а люди не роботы. Всегда можно отступиться, наломать дров, обидеть, сожалеть, просить прощения, простить… А ещё влюбиться и стать лучше.

    Ещё в начале учебного года я делила всех людей на хороших и плохих. Гурьев и Вита были для меня идеальными. Кайзер – плохим. Папа – хорошим. Мама – сущим наказанием. Но мир не черно-белый, а люди не роботы. Всегда можно отступиться, наломать дров, обидеть, сожалеть, просить прощения, простить… А ещё влюбиться и стать лучше.

    — Даша Севастьянова · книга
13. «

    Лишь потом я поняла, что привязать к себе человека навсегда невозможно. Если он захочет, то всё равно уйдёт. Каким бы крепким тебе ни казался узел, дорогой сердцу человек достанет большие ножницы и перережет вашу связь. Возможно, в самый неожиданный для тебя момент.

    Лишь потом я поняла, что привязать к себе человека навсегда невозможно. Если он захочет, то всё равно уйдёт. Каким бы крепким тебе ни казался узел, дорогой сердцу человек достанет большие ножницы и перережет вашу связь. Возможно, в самый неожиданный для тебя момент.

    — Любовь под напряжением · книга
14. «

    – В тот раз от тебя пахло морозной вишней, а сейчас апельсинами и шоколадом. – Пока, Федя! – сказала я. – Интересно, чем ты будешь пахнуть в следующий раз? – Твоими несбывшимися надеждами, – рассмеялась я, хватаясь за ручку.

    – В тот раз от тебя пахло морозной вишней, а сейчас апельсинами и шоколадом. – Пока, Федя! – сказала я. – Интересно, чем ты будешь пахнуть в следующий раз? – Твоими несбывшимися надеждами, – рассмеялась я, хватаясь за ручку.

    — Агния · книга
15. «

    Помню, давным-давно сериал такой шел по телевизору – «Богатые тоже плачут». Не стоит завидовать, Ронечка. Говорят же: счастье любит тишину. Только у людей нередко есть причины и о несчастье молчать.

    Помню, давным-давно сериал такой шел по телевизору – «Богатые тоже плачут». Не стоит завидовать, Ронечка. Говорят же: счастье любит тишину. Только у людей нередко есть причины и о несчастье молчать.

    — Любовь не по сценарию · книга
16. «

    Сколько лет прошло с тех пор, а я так и не осмелилась рассказать о своих самых первых, настоящих и непреходящих чувствах. Любовь-то никуда не делась. Не выцвела, не исчезла, не кончилась. Она всё так же живёт и ярко горит во мне.

    Сколько лет прошло с тех пор, а я так и не осмелилась рассказать о своих самых первых, настоящих и непреходящих чувствах. Любовь-то никуда не делась. Не выцвела, не исчезла, не кончилась. Она всё так же живёт и ярко горит во мне.

    — Майя Михайлова · книга
17. «

    Я вспомнила своё желание на Новый год, которое написала наспех на клочке бумаги и похоронила в ящике стола. Надо же… Оно сбылось. Всё-тки в моём сердце не смогли уместиться две любви. Но я сделала важный и правильный выбор. Впереди зимние каникулы: с лыжами, прогулками, кофейнями… Впереди что-то новое, неизведанное, и оттого счастье распирает грудь и сердце гулко стучит. Всё так, как должно быть.

    Я вспомнила своё желание на Новый год, которое написала наспех на клочке бумаги и похоронила в ящике стола. Надо же… Оно сбылось. Всё-тки в моём сердце не смогли уместиться две любви. Но я сделала важный и правильный выбор. Впереди зимние каникулы: с лыжами, прогулками, кофейнями… Впереди что-то новое, неизведанное, и оттого счастье распирает грудь и сердце гулко стучит. Всё так, как должно быть.

    — Наташа Зуева · книга
18. «

    Лесть — это пустые слова.

    Лесть — это пустые слова.

    — Агния · книга
19. «

    Я прислушалась к себе. Когда несколько месяцев лелеешь мечту и засыпаешь с мыслью об одном человеке, наверное, сложно разлюбить в один миг и отпустить. Но когда в твою жизнь в один миг врывается другой… И ты не можешь ни есть, ни спать, постоянно думаешь о нём и жадно ловишь каждый его взгляд… Мне никогда не было так хорошо, как рядом с Тимуром.

    Я прислушалась к себе. Когда несколько месяцев лелеешь мечту и засыпаешь с мыслью об одном человеке, наверное, сложно разлюбить в один миг и отпустить. Но когда в твою жизнь в один миг врывается другой… И ты не можешь ни есть, ни спать, постоянно думаешь о нём и жадно ловишь каждый его взгляд… Мне никогда не было так хорошо, как рядом с Тимуром.

    — Наташа Зуева · книга
20. «

    Знаю, через пару лет все это покажется мне глупым и не имеющим смысла. Но сейчас хочется забраться на подоконник, обнять колени руками и, уставившись в окно на мрачную холодную набережную, в голос разреветься.

    Знаю, через пару лет все это покажется мне глупым и не имеющим смысла. Но сейчас хочется забраться на подоконник, обнять колени руками и, уставившись в окно на мрачную холодную набережную, в голос разреветься.

    — Даша Севастьянова · книга