65 фраз Бальтасара Грасиана-и-Моралеса, которые запоминаются

Бальтасар Грасиан-и-Моралес — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 65 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Господство над своими страстями — свойство высшего величия духа. Сама эта возвышенность ограждает дух от чуждых ему низменных влияний. Нет высшей власти, чем власть над собой, над своими страстями, чем победа над их своеволием.

   Господство над своими страстями — свойство высшего величия духа. Сама эта возвышенность ограждает дух от чуждых ему низменных влияний. Нет высшей власти, чем власть над собой, над своими страстями, чем победа над их своеволием.
2. «

   Дабы в беседе быть приятным, приноравливайся к характеру и уму собеседников. Не строй из себя цензора чужих слов и выражений, иначе тебя сочтут педантом; тем более не придирайся к мыслям и суждениям, а то тебя будут избегать, даже вовсе от тебя отвернутся.

   Дабы в беседе быть приятным, приноравливайся к характеру и уму собеседников. Не строй из себя цензора чужих слов и выражений, иначе тебя сочтут педантом; тем более не придирайся к мыслям и суждениям, а то тебя будут избегать, даже вовсе от тебя отвернутся.
3. «

   Даже вежливость бывает оскорбительна, когда подчёркивается.

   Даже вежливость бывает оскорбительна, когда подчёркивается.
4. «

   Разумному больше пользы от недругов, чем глупцу от друзей.

   Разумному больше пользы от недругов, чем глупцу от друзей.
5. «

   Умей владеть собой, дабы ни в счастье, ни в не счастье тебя не осудили за несдержанность, но дивились бы высоте духа.

   Умей владеть собой, дабы ни в счастье, ни в не счастье тебя не осудили за несдержанность, но дивились бы высоте духа.
6. «

   Кто чувствителен к мелочам, выказывает мелкую душу.

   Кто чувствителен к мелочам, выказывает мелкую душу.
7. «

   Непринуждённость во всем. Она животворит достоинства, вдохновляет речи, одушевляет дела, красит всё прекрасное в человеке.

   Непринуждённость во всем. Она животворит достоинства, вдохновляет речи, одушевляет дела, красит всё прекрасное в человеке.
8. «

   Всегда и во всем впереди шествует Ложь, увлекая глупцов пошлой своей крикливостью. Последнею и поздно приходит Правда, плетясь вслед за хромым Временем... На поверхности всегда обман, на него-то наталкиваются люди поверхностные. Подлинная же суть замыкается в себе, дабы её лучше ценили знающие и разумеющие.

   Всегда и во всем впереди шествует Ложь, увлекая глупцов пошлой своей крикливостью. Последнею и поздно приходит Правда, плетясь вслед за хромым Временем... На поверхности всегда обман, на него-то наталкиваются люди поверхностные. Подлинная же суть замыкается в себе, дабы её лучше ценили знающие и разумеющие.
9. «

   Желание — мера ценности. Хороший вкус советует даже телесную жажду разжигать, но не утолять; хорошо, да мало — вдвойне хорошо. Во второй раз всё кажется куда хуже. Пресыщение вредит удовольствию, вселяет отвращение даже к веками признанному величию. Верный способ быть приятным: захватить аппетит в тот миг, когда голод его разжёг, и — оставить под голодком. Уж ежели ему раздражаться, то лучше от нетерпеливого желания, нежели от досадной сытости: наслажденье выстраданное вдвойне сладостно.

   Желание — мера ценности. Хороший вкус советует даже телесную жажду разжигать, но не утолять; хорошо, да мало — вдвойне хорошо. Во второй раз всё кажется куда хуже. Пресыщение вредит удовольствию, вселяет отвращение даже к веками признанному величию. Верный способ быть приятным: захватить аппетит в тот миг, когда голод его разжёг, и — оставить под голодком. Уж ежели ему раздражаться, то лучше от нетерпеливого желания, нежели от досадной сытости: наслажденье выстраданное вдвойне сладостно.
10. «

    Уважай себя, если хочешь, чтобы тебя уважали.

    Уважай себя, если хочешь, чтобы тебя уважали.
11. «

    Видя в людях дурное, не радуйся, тем более не обсуждай. Сплетник ненавистен вовеки. Скажешь худое, услышишь худшее.

    Видя в людях дурное, не радуйся, тем более не обсуждай. Сплетник ненавистен вовеки. Скажешь худое, услышишь худшее.
12. «

    Не надо всегда острить. Благоразумие познаётся в серьёзном, оно ценится выше, чем остроумие. Кто вечно острит — пустой человек.

    Не надо всегда острить. Благоразумие познаётся в серьёзном, оно ценится выше, чем остроумие. Кто вечно острит — пустой человек.
13. «

    Вот жизнь человека: в двадцать лет — павлин, в тридцать — лев, в сорок — верблюд, в пятьдесят — змея, в шестьдесят — собака, в семьдесят — обезьяна, в восемьдесят — ничто.

    Вот жизнь человека: в двадцать лет — павлин, в тридцать — лев, в сорок — верблюд, в пятьдесят — змея, в шестьдесят — собака, в семьдесят — обезьяна, в восемьдесят — ничто.
14. «

    Порядочность обнаруживается в речах, но куда вернее — в делах.

    Порядочность обнаруживается в речах, но куда вернее — в делах.
15. «

    Прикидывающийся глухим слышит больше, чем хотел бы.

    Прикидывающийся глухим слышит больше, чем хотел бы.
16. «

    Насколько человек глубок, настолько он личность. Всегда и во всём — внутри должно быть больше, чем снаружи.

    Насколько человек глубок, настолько он личность. Всегда и во всём — внутри должно быть больше, чем снаружи.
17. «

    Мёртвого льва даже зайцы лягают.

    Мёртвого льва даже зайцы лягают.
18. «

    О человеке судят по его друзьям.

    О человеке судят по его друзьям.
19. «

    Всегда приступай к задуманному смело, не боясь показаться дерзким и самонадеянным. Боязнь провала у того, кто берется за дело, — это уже провал. Рискованно действовать, когда имеются сомнения в правильности поступка; в таких случаях безопаснее ничего не предпринимать.

    Всегда приступай к задуманному смело, не боясь показаться дерзким и самонадеянным. Боязнь провала у того, кто берется за дело, — это уже провал. Рискованно действовать, когда имеются сомнения в правильности поступка; в таких случаях безопаснее ничего не предпринимать.
20. «

    Сдержанностью своей выведешь сдержанность другого из границ — тут то и обнаружатся его желания, хотя сердце его было непроницаемо.

    Сдержанностью своей выведешь сдержанность другого из границ — тут то и обнаружатся его желания, хотя сердце его было непроницаемо.