93 известных цитаты Бананы Ёсимото

Ниже 93 цитаты Бананы Ёсимото — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Море — это море, накатило — откатило. Иногда море штормит. Оно просто есть, и этого достаточно, чтобы вызывать в людях множество самых разных чувств, и я хочу жить просто как «человек у моря».

   Море — это море, накатило — откатило. Иногда море штормит. Оно просто есть, и этого достаточно, чтобы вызывать в людях множество самых разных чувств, и я хочу жить просто как «человек у моря».

   — Амрита · книга
2. «

   Я лишилась дара речи, внезапно осознав, что наш мир устроен не по-моему велению и не по-моему хотению. И совершенно неважно, что я думаю потому или иному поводу. Все мы: и я, и он, и этот прохожий находимся внутри огромной воронки, которая кружит нас, создавая в каждый определенный момент времени единственно возможную реальность. Так что, нет смысла думать или страдать. Все мы окажемся там, где должны оказаться, внутри этого гигантского вихря.

   Я лишилась дара речи, внезапно осознав, что наш мир устроен не по-моему велению и не по-моему хотению. И совершенно неважно, что я думаю потому или иному поводу. Все мы: и я, и он, и этот прохожий находимся внутри огромной воронки, которая кружит нас, создавая в каждый определенный момент времени единственно возможную реальность. Так что, нет смысла думать или страдать. Все мы окажемся там, где должны оказаться, внутри этого гигантского вихря.

   — Ящерица · книга
3. «

   Если человек слишком много времени проводит в безопасной, как ему кажется, комнате — он постепенно становится частью дома, ещё одним предметом интерьера.

   Если человек слишком много времени проводит в безопасной, как ему кажется, комнате — он постепенно становится частью дома, ещё одним предметом интерьера.

   — Сакуми · книга
4. «

   Бывает, что голос дрожит, и дрожь эту никак не унять. Или, например, бессмысленная ругань во время ссоры: ты крикнул и пожалел, а слов уже не вернуть. Бывает, сердце разрывается от ревности и на любовь хочется ответить жестокостью, а потом словно ангел — хранитель внезапно спускается откуда-то с неба и спасает тебя в тот самый момент, когда казалось, что все уже кончено. Ведь бывает же такое.

   Бывает, что голос дрожит, и дрожь эту никак не унять. Или, например, бессмысленная ругань во время ссоры: ты крикнул и пожалел, а слов уже не вернуть. Бывает, сердце разрывается от ревности и на любовь хочется ответить жестокостью, а потом словно ангел — хранитель внезапно спускается откуда-то с неба и спасает тебя в тот самый момент, когда казалось, что все уже кончено. Ведь бывает же такое.

   — Сакуми · книга
5. «

   Одиночество — это вовсе не синоним свободы.

   Одиночество — это вовсе не синоним свободы.

   — Амрита · книга
6. «

   Мне так хотелось быть рядом с теми, кто меня понимает. С теми, кто знает, почему и зачем я живу. С теми, кто прощает мне моё существование...

   Мне так хотелось быть рядом с теми, кто меня понимает. С теми, кто знает, почему и зачем я живу. С теми, кто прощает мне моё существование...

   — Сакуми · книга
7. «

   По какой-то причине я решила, что любовь никогда не должна кончаться. «Это как водопровод Японии, – подумала я. – На сколько бы вы ни оставили водопроводный кран открытым, можете быть уверены, вода будет непрерывно течь».

   По какой-то причине я решила, что любовь никогда не должна кончаться. «Это как водопровод Японии, – подумала я. – На сколько бы вы ни оставили водопроводный кран открытым, можете быть уверены, вода будет непрерывно течь».

   — Мария Сиракава · книга
8. «

   — Так что это была за вспышка, Ёшио? — повторила я, сгорая от любопытства. — Только ты не смейся, ладно? — Не буду смеяться. Обещаю. — Когда Сасэко начала петь, отовсюду на ее пение слетелись духи. Бесчисленное количество. Миллионы, а может быть, миллиарды, — брат посмотрел на меня расширившимися глазами. — Они собрались вместе, и тогда вдруг все вспыхнуло! И я увидел!! — Что? — Вечность, — торжественно сказал брат. — Ясно, — ответила я.

   — Так что это была за вспышка, Ёшио? — повторила я, сгорая от любопытства. — Только ты не смейся, ладно? — Не буду смеяться. Обещаю. — Когда Сасэко начала петь, отовсюду на ее пение слетелись духи. Бесчисленное количество. Миллионы, а может быть, миллиарды, — брат посмотрел на меня расширившимися глазами. — Они собрались вместе, и тогда вдруг все вспыхнуло! И я увидел!! — Что? — Вечность, — торжественно сказал брат. — Ясно, — ответила я.

   — Сакуми · книга
9. «

   Почему у людей нет выбора? Словно дождевые черви, мы всегда терпим поражение: готовим пищу, поедаем ее, спим; любимые люди всегда умирают. Но мы при этом вынуждены продолжать жить.

   Почему у людей нет выбора? Словно дождевые черви, мы всегда терпим поражение: готовим пищу, поедаем ее, спим; любимые люди всегда умирают. Но мы при этом вынуждены продолжать жить.

   — Кухня · книга
10. «

    Люди твердо убеждены в том, что расстаются по воле одного из партнеров — когда один из них надоедает другому. Но это не так. Время быть вместе заканчивается, будто сменяется время года. Просто поэтому. Это невозможно осуществить по воле человека. Потому, наоборот, следует жить полной жизнью до того дня, когда это произойдет.

    Люди твердо убеждены в том, что расстаются по воле одного из партнеров — когда один из них надоедает другому. Но это не так. Время быть вместе заканчивается, будто сменяется время года. Просто поэтому. Это невозможно осуществить по воле человека. Потому, наоборот, следует жить полной жизнью до того дня, когда это произойдет.

    — Озеро · книга
11. «

    ... на такую любовь, о которой женщина не думает, как о последней, не стоит даже время тратить.

    ... на такую любовь, о которой женщина не думает, как о последней, не стоит даже время тратить.

    — Тень луны · книга
12. «

    Печальна не смерть, а её атмосфера.

    Печальна не смерть, а её атмосфера.

    — Hardboiled/Hard luck · книга
13. «

    Ну и конечно, нужна любовь. – Ты не подумай, я не о чем то таком особенном говорю. Обычная любовь. Именно она держит семью вместе, не дает ей распасться. Любовь – это ведь не внешние признаки, а внутреннее содержание. Умение отдавать, понимаешь? Не требовать, а наоборот – дарить. И если члены семьи не обладают этим умением – тогда все. Дом превращается в стойбище голодных волков. Вот, например, моя семья. Вроде бы выходит, что я сама ее разрушила. Своими собственными руками. Но разве виновата только я одна? Ведь это было всего лишь следствием того, что началось у нас в семье гораздо раньше. Мы непрерывно требовали друг от друга чего – то, ничего не давая взамен… Есть люди, которые считают, что в особо сложные моменты, когда кажется, что нет никакой возможности продолжать жить вместе, нужно идти на компромисс, а я вот думаю, что прежде всего нужна любовь. Нужны общие воспоминания, которые дарят нам красоту и придают сил… которые заставляют тебя думать: «А ведь мне хорошо с этим человеком». И если в тебе еще осталось желание дышать этим общим семейным воздухом, желание быть вместе несмотря ни на что – значит, еще есть надежда.

    Ну и конечно, нужна любовь. – Ты не подумай, я не о чем то таком особенном говорю. Обычная любовь. Именно она держит семью вместе, не дает ей распасться. Любовь – это ведь не внешние признаки, а внутреннее содержание. Умение отдавать, понимаешь? Не требовать, а наоборот – дарить. И если члены семьи не обладают этим умением – тогда все. Дом превращается в стойбище голодных волков. Вот, например, моя семья. Вроде бы выходит, что я сама ее разрушила. Своими собственными руками. Но разве виновата только я одна? Ведь это было всего лишь следствием того, что началось у нас в семье гораздо раньше. Мы непрерывно требовали друг от друга чего – то, ничего не давая взамен… Есть люди, которые считают, что в особо сложные моменты, когда кажется, что нет никакой возможности продолжать жить вместе, нужно идти на компромисс, а я вот думаю, что прежде всего нужна любовь. Нужны общие воспоминания, которые дарят нам красоту и придают сил… которые заставляют тебя думать: «А ведь мне хорошо с этим человеком». И если в тебе еще осталось желание дышать этим общим семейным воздухом, желание быть вместе несмотря ни на что – значит, еще есть надежда.

    — Амрита · книга
14. «

    Тот, кто не испытал в жизни полного отчаяния, никогда не сможет до конца познать самого себя, он вырастает, но так никогда и не может ощутить подлинную радость.

    Тот, кто не испытал в жизни полного отчаяния, никогда не сможет до конца познать самого себя, он вырастает, но так никогда и не может ощутить подлинную радость.

    — Кухня · книга
15. «

    Сколько бы я ни спала, не могла отдохнуть, потому что постоянно видела кошмарные сны. А когда после бессонной ночи встречала утро, не ждала от него никаких радостей. От моей подушки исходил запах горечи и страдания, и солнечный свет из окна не приносил спасения, а только болью резал измученные бессонницей глаза. Все тело кричало о том, что сегодня снова начнется еще один день в аду, против которого лекарства бессильны.

    Сколько бы я ни спала, не могла отдохнуть, потому что постоянно видела кошмарные сны. А когда после бессонной ночи встречала утро, не ждала от него никаких радостей. От моей подушки исходил запах горечи и страдания, и солнечный свет из окна не приносил спасения, а только болью резал измученные бессонницей глаза. Все тело кричало о том, что сегодня снова начнется еще один день в аду, против которого лекарства бессильны.

    — Она · книга
16. «

    ... Если бы в нашем мире был такой человек… или полубог, который следит за тем, чтобы люди жили по правилам, то он бы в трудный момент подсказывал: «Так нельзя делать» или «Это правильный поступок». Удобно, правда? Но никого такого нет. Может, если бы он был, он прекратил бы весь этот ужас. Но пока что все продолжается. Приходится справляться самим. И как бы ни было ужасно то, что мы пережили, мы должны помнить, что могут быть вещи и пострашней.

    ... Если бы в нашем мире был такой человек… или полубог, который следит за тем, чтобы люди жили по правилам, то он бы в трудный момент подсказывал: «Так нельзя делать» или «Это правильный поступок». Удобно, правда? Но никого такого нет. Может, если бы он был, он прекратил бы весь этот ужас. Но пока что все продолжается. Приходится справляться самим. И как бы ни было ужасно то, что мы пережили, мы должны помнить, что могут быть вещи и пострашней.

    — Ящерица · книга
17. «

    Боль — отзвук невозможности поверить в то, что произошло.

    Боль — отзвук невозможности поверить в то, что произошло.

    — Сакуми · книга
18. «

    Есть люди, которых мне трудно понять, — они живут в мутной грязи. Специально делают так, чтобы их возненавидели, стараются привлечь к себе чужое внимание, а когда дойдут до точки, загоняют себя в угол. Я этого понять не могу. Как бы сильно они не страдали, у меня не найдется к ним сочувствия. Вон я на какие жертвы пошла, чтобы жить радостно. Я красивая. Я сияю. Я притягиваю к себе людей, и если среди них и попадаются отдельные нежелательные для меня личности, то я не обращаю внимания — это как налоги за все остальное.

    Есть люди, которых мне трудно понять, — они живут в мутной грязи. Специально делают так, чтобы их возненавидели, стараются привлечь к себе чужое внимание, а когда дойдут до точки, загоняют себя в угол. Я этого понять не могу. Как бы сильно они не страдали, у меня не найдется к ним сочувствия. Вон я на какие жертвы пошла, чтобы жить радостно. Я красивая. Я сияю. Я притягиваю к себе людей, и если среди них и попадаются отдельные нежелательные для меня личности, то я не обращаю внимания — это как налоги за все остальное.

    — Кухня · книга
19. «

    Мы с тобой где-то разминулись, и теперь все больше удаляемся друг от друга…

    Мы с тобой где-то разминулись, и теперь все больше удаляемся друг от друга…

    — Ящерица · книга
20. «

    — Ну, — произнесла женщина с едва уловимой улыбкой, — кто бы ни сидел — тебе одинаково неуютно. Ведь правда? А что за человек твоя жена? — Она очень маленькая, — я вдруг увидел себя со стороны: разболтался тут, как на исповеди… — невысокого роста. У нее длинные волосы. Глаза такие узкие, что, даже если она сердится, кажется, будто она смеется.

    — Ну, — произнесла женщина с едва уловимой улыбкой, — кто бы ни сидел — тебе одинаково неуютно. Ведь правда? А что за человек твоя жена? — Она очень маленькая, — я вдруг увидел себя со стороны: разболтался тут, как на исповеди… — невысокого роста. У нее длинные волосы. Глаза такие узкие, что, даже если она сердится, кажется, будто она смеется.

    — Молодожен · книга