452 сильных цитаты Бернара Вербера

Подборка из 452 цитаты Бернара Вербера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мы — часть матрешки, масштабы которой превосходят наше понимание.

   Мы — часть матрешки, масштабы которой превосходят наше понимание.

   — Новая энциклопедия относительного и абсолютного знания · книга
2. «

   Неправым окажешься не тогда, когда признаешь свою ошибку, а когда перестанешь упорствовать в своем мнении.

   Неправым окажешься не тогда, когда признаешь свою ошибку, а когда перестанешь упорствовать в своем мнении.

   — Отец наших отцов · книга
3. «

   Ладно, сынок, когда ты подрастешь, то поймешь, что единственное действительно необыкновенное существо, чей разум отличается от нашего, это... женщина!

   Ладно, сынок, когда ты подрастешь, то поймешь, что единственное действительно необыкновенное существо, чей разум отличается от нашего, это... женщина!

   — Джонатан Уэллс · книга
4. «

   — Ты боишься женщин? — Конечно. Всякий умный мужчина боится женщин.

   — Ты боишься женщин? — Конечно. Всякий умный мужчина боится женщин.

   — Жюстина (наркоманка) · книга
5. «

   Для единства тел необходимо единство душ. А это приходит только со временем, постепенно.

   Для единства тел необходимо единство душ. А это приходит только со временем, постепенно.

   — Дельфина · книга
6. «

   Больше двух — шайка идиотов.

   Больше двух — шайка идиотов.

   — Тайна богов · книга
7. «

   Иногда эта планета кажется мне чужой, а населяющие ее существа, которых принято называть сородичами или соплеменниками, представляются мне странными животными, которых я никогда не пойму, точно так же, как они не поймут меня. Я вижу в них слишком много страха. И чувствую, что одним из способов, которые они избрали для борьбы с этим страхом, — самим превратиться в хищников. Пугая других, они становятся смелее.

   Иногда эта планета кажется мне чужой, а населяющие ее существа, которых принято называть сородичами или соплеменниками, представляются мне странными животными, которых я никогда не пойму, точно так же, как они не поймут меня. Я вижу в них слишком много страха. И чувствую, что одним из способов, которые они избрали для борьбы с этим страхом, — самим превратиться в хищников. Пугая других, они становятся смелее.

   — Тайна богов · книга
8. «

   Люби своих врагов. Это лучший способ действовать им на нервы.

   Люби своих врагов. Это лучший способ действовать им на нервы.

   — Энциклопедия относительного и абсолютного знания · книга
9. «

   Существует теория родственных душ, душ, которые неизвестно почему испытывают взаимное притяжение и находят друг друга. Мы ищем в этой жизни людей, с которыми уже сталкивались в прежних воплощениях, людей, с которыми нас объединяют незавершенные дела. Мы все принадлежим к одной семье. В Париже может жить сколько угодно миллионов человек, но я встречу именно тех, с кем меня связывает история, начавшаяся многие жизни назад.

   Существует теория родственных душ, душ, которые неизвестно почему испытывают взаимное притяжение и находят друг друга. Мы ищем в этой жизни людей, с которыми уже сталкивались в прежних воплощениях, людей, с которыми нас объединяют незавершенные дела. Мы все принадлежим к одной семье. В Париже может жить сколько угодно миллионов человек, но я встречу именно тех, с кем меня связывает история, начавшаяся многие жизни назад.

   — Кассандра · книга
10. «

    Я внезапно осознал, что и я тоже в глубине души всегда был добрым из-за собственного эгоизма. А ещё из-за лени, чтобы не осложнять жизнь. Быть злодеем — значит серьезно и плотно заниматься другими людьми, размышлять, как к ним можно подобраться, изобретать разные грязные приемчики. А вот быть добрым, кротким — это значит никого не трогать, да и самому на рожон не лезть. Кротость — это, знаете ли, самооправдание для равнодушных.

    Я внезапно осознал, что и я тоже в глубине души всегда был добрым из-за собственного эгоизма. А ещё из-за лени, чтобы не осложнять жизнь. Быть злодеем — значит серьезно и плотно заниматься другими людьми, размышлять, как к ним можно подобраться, изобретать разные грязные приемчики. А вот быть добрым, кротким — это значит никого не трогать, да и самому на рожон не лезть. Кротость — это, знаете ли, самооправдание для равнодушных.

    — Мишель Пенсон · книга
11. «

    Бог — это гипотеза с 50% вероятностью.

    Бог — это гипотеза с 50% вероятностью.

    — Империя ангелов · книга
12. «

    Люди делятся на две категории: на тех, кто читает книги, и тех, кто слушает тех, кто читает.

    Люди делятся на две категории: на тех, кто читает книги, и тех, кто слушает тех, кто читает.

    — Рауль Разорбак · книга
13. «

    Люди слышат, но не слушают. Видят, но не смотрят. Знают, но не понимают.

    Люди слышат, но не слушают. Видят, но не смотрят. Знают, но не понимают.

    — Тайна богов · книга
14. «

    Лекарство создает болезнь, закон порождает правонарушение, тюрьма формирует преступников, конституция дает толчок революции.

    Лекарство создает болезнь, закон порождает правонарушение, тюрьма формирует преступников, конституция дает толчок революции.

    — Сатин · книга
15. «

    Мы, сатиры, больше всего любим секс и юмор. Это не детские игры, а самые серьёзные ценности, какие только могут быть.

    Мы, сатиры, больше всего любим секс и юмор. Это не детские игры, а самые серьёзные ценности, какие только могут быть.

    — Тайна богов · книга
16. «

    Между тем моментом, когда противник готовиться тебя ударить, и тем, когда ты получишь в рожу, проходит бесконечность.

    Между тем моментом, когда противник готовиться тебя ударить, и тем, когда ты получишь в рожу, проходит бесконечность.

    — Империя ангелов · книга
17. «

    ... все решается до начала боя. Мандибулы или выстрел кислотой только узаконивают положение, уже признанное обоими противниками. Всегда еще до начала схватки один из двоих решает победить, а другой соглашается быть побежденным. Все дело в распределении ролей. После того, как каждый выбрал себе роль, победитель может, не целясь, стрелять кислотой, он все равно попадает в цель, побежденный же может выдать свой лучший удар мандибулой, он даже не сумеет ранить противника. Совет один — надо выбирать победу. Все происходит в голове. Надо выбирать победу, и ничто не устоит перед тобой.

    ... все решается до начала боя. Мандибулы или выстрел кислотой только узаконивают положение, уже признанное обоими противниками. Всегда еще до начала схватки один из двоих решает победить, а другой соглашается быть побежденным. Все дело в распределении ролей. После того, как каждый выбрал себе роль, победитель может, не целясь, стрелять кислотой, он все равно попадает в цель, побежденный же может выдать свой лучший удар мандибулой, он даже не сумеет ранить противника. Совет один — надо выбирать победу. Все происходит в голове. Надо выбирать победу, и ничто не устоит перед тобой.

    — старый воин · книга
18. «

    — Бог, зная людские слабости, снабдил их одним качеством. — И каким же, скажите на милость, госпожа адвокат? — Совестью, господин прокурор. Совестью, которая порождает в человеке три достоинства. — Лицемерие, жестокость, злонамеренность? — Нет. Любовь. Юмор. Творчество.

    — Бог, зная людские слабости, снабдил их одним качеством. — И каким же, скажите на милость, госпожа адвокат? — Совестью, господин прокурор. Совестью, которая порождает в человеке три достоинства. — Лицемерие, жестокость, злонамеренность? — Нет. Любовь. Юмор. Творчество.

    — Наши друзья человеки · книга
19. «

    Мы хотим, чтобы другие приняли нас, а сами себя принять не хотим.

    Мы хотим, чтобы другие приняли нас, а сами себя принять не хотим.

    — День муравья · книга
20. «

    ...в глазах людей удовольствие – это непременно «грязно».

    ...в глазах людей удовольствие – это непременно «грязно».

    — Исидор Катценберг · книга