80 цитат Бертрана Рассела, которые захочется сохранить

Ниже 80 цитат Бертрана Рассела — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Цивилизация не настолько устойчива, чтобы ее нельзя было разрушить.

   Цивилизация не настолько устойчива, чтобы ее нельзя было разрушить.
2. «

   Некоторые дети имеют привычку мыслить — одна из целей образования состоит в том, чтобы избавить их от нее.

   Некоторые дети имеют привычку мыслить — одна из целей образования состоит в том, чтобы избавить их от нее.

   — Почему я не христианин · книга
3. «

   Здравомыслие можно было бы определить как синтез безумий… Тот, кто хочет сохранить здравомыслие… должен собрать в себе целый парламент всевозможных страхов, из которых каждый признавался бы безумным всеми остальными.

   Здравомыслие можно было бы определить как синтез безумий… Тот, кто хочет сохранить здравомыслие… должен собрать в себе целый парламент всевозможных страхов, из которых каждый признавался бы безумным всеми остальными.
4. «

   Наши эмоции обратно пропорциональны нашим знаниям: чем меньше мы знаем, тем больше распаляемся.

   Наши эмоции обратно пропорциональны нашим знаниям: чем меньше мы знаем, тем больше распаляемся.
5. «

   Правда — это то, что каждый из нас обязан рассказать полицейскому.

   Правда — это то, что каждый из нас обязан рассказать полицейскому.
6. «

   Лишь очень немногие могут быть счастливы, обходясь без ненависти к каким-либо лицам, народам или верованиям.

   Лишь очень немногие могут быть счастливы, обходясь без ненависти к каким-либо лицам, народам или верованиям.
7. «

   Если какая-то точка зрения широко распространена, это вовсе не значит, что она не абсурдна.

   Если какая-то точка зрения широко распространена, это вовсе не значит, что она не абсурдна.
8. «

   Циники не только не способны верить в то, что им говорят, но и не способны вообще верить во что-либо.

   Циники не только не способны верить в то, что им говорят, но и не способны вообще верить во что-либо.
9. «

   Скука — серьезная проблема для моралиста, ибо со скуки совершается по крайней мере половина всех грехов человечества.

   Скука — серьезная проблема для моралиста, ибо со скуки совершается по крайней мере половина всех грехов человечества.
10. «

    Как материя, так и сознание, должен заметить, всего лишь удобные символы для рассуждения, а не существующие в действительности вещи.

    Как материя, так и сознание, должен заметить, всего лишь удобные символы для рассуждения, а не существующие в действительности вещи.

    — Кто такой агностик? · книга
11. «

    Диагностика достигла таких успехов, что здоровых людей практически не осталось.

    Диагностика достигла таких успехов, что здоровых людей практически не осталось.
12. «

    Свобода только тогда чудесная вещь, когда не приходит вместе с одиночеством.

    Свобода только тогда чудесная вещь, когда не приходит вместе с одиночеством.
13. «

    Люди будут и впредь верить в бога и бессмертие, потому что это приятно – так же приятно, как считать самих себя добродетельными, а врагов своих погрязшими в пороках.

    Люди будут и впредь верить в бога и бессмертие, потому что это приятно – так же приятно, как считать самих себя добродетельными, а врагов своих погрязшими в пороках.

    — Во что я верю · книга
14. «

    Чтобы стать долгожителем, нужно тщательно выбирать своих предков.

    Чтобы стать долгожителем, нужно тщательно выбирать своих предков.
15. «

    Патриоты всегда говорят о готовности погибнуть за свою страну, но не говорят о готовности убивать ради своей страны.

    Патриоты всегда говорят о готовности погибнуть за свою страну, но не говорят о готовности убивать ради своей страны.
16. «

    Нам надо стоять на своих собственных ногах и глядеть прямо в лицо миру – со всем, что в нем есть хорошего и дурного, прекрасного и уродливого; видеть мир таким, как он есть, и не бояться его. Завоевывать мир разумом, а не рабской покорностью перед теми страхами, которые он порождает. Мы же должны стоять прямо и глядеть открыто в лицо миру. Мы должны взять от мира все, что он может дать; и если это окажется меньше того, что нам хотелось бы, то в конце концов на нашу долю достанется все же больше, чем удалось взять от мира на протяжении всех минувших веков другим людям. Хорошему миру нужны знание, добросердечие и мужество; ему не нужны скорбное сожаление о прошлом или рабская скованность свободного разума словесами, пущенными в обиход в давно прошедшие времена невежественными людьми. Хорошему миру нужны бесстрашный взгляд и свободный разум. Ему нужна надежда на будущее, а не бесконечные оглядки на прошлое, которое уже умерло и, мы уверены, будет далеко превзойдено тем будущим, которое может быть создано нашим разумом.

    Нам надо стоять на своих собственных ногах и глядеть прямо в лицо миру – со всем, что в нем есть хорошего и дурного, прекрасного и уродливого; видеть мир таким, как он есть, и не бояться его. Завоевывать мир разумом, а не рабской покорностью перед теми страхами, которые он порождает. Мы же должны стоять прямо и глядеть открыто в лицо миру. Мы должны взять от мира все, что он может дать; и если это окажется меньше того, что нам хотелось бы, то в конце концов на нашу долю достанется все же больше, чем удалось взять от мира на протяжении всех минувших веков другим людям. Хорошему миру нужны знание, добросердечие и мужество; ему не нужны скорбное сожаление о прошлом или рабская скованность свободного разума словесами, пущенными в обиход в давно прошедшие времена невежественными людьми. Хорошему миру нужны бесстрашный взгляд и свободный разум. Ему нужна надежда на будущее, а не бесконечные оглядки на прошлое, которое уже умерло и, мы уверены, будет далеко превзойдено тем будущим, которое может быть создано нашим разумом.

    — Почему я не христианин · книга
17. «

    Он не джентльмен — он одевается слишком хорошо.

    Он не джентльмен — он одевается слишком хорошо.
18. «

    Каждое общество подвержено двум противоположным опасностям: с одной стороны, опасности окостенения из-за слишком большой дисциплины и почтения к традиции, а с другой стороны, опасности разложения или подчинения иностранному завоеванию вследствие роста индивидуализма и личной независимости, которые делают невозможным сотрудничество.

    Каждое общество подвержено двум противоположным опасностям: с одной стороны, опасности окостенения из-за слишком большой дисциплины и почтения к традиции, а с другой стороны, опасности разложения или подчинения иностранному завоеванию вследствие роста индивидуализма и личной независимости, которые делают невозможным сотрудничество.

    — История западной философии · книга
19. «

    В эпоху средневековья мусульмане были более цивилизованными и гуманными, чем христиане. Христиане преследовали евреев, особенно во времена религиозного возбуждения: крестовые походы были связаны с ужасными погромами. Наоборот, в мусульманских странах евреи почти никогда не встречали дурного обращения. Здесь они внесли существенный вклад в развитие науки, особенно в мавританской Испании; в учении Маймонида (1135—1204), который родился в Кордове, некоторые усматривают источник многих положений философии Спинозы. Когда христиане отвоевали Испанию, они познакомились с наукой мавров – в значительной степени через посредство евреев. Образованные евреи, владевшие древнееврейским, греческим и арабским языками и знакомые с философией Аристотеля, передали свои познания менее образованным схоластам.

    В эпоху средневековья мусульмане были более цивилизованными и гуманными, чем христиане. Христиане преследовали евреев, особенно во времена религиозного возбуждения: крестовые походы были связаны с ужасными погромами. Наоборот, в мусульманских странах евреи почти никогда не встречали дурного обращения. Здесь они внесли существенный вклад в развитие науки, особенно в мавританской Испании; в учении Маймонида (1135—1204), который родился в Кордове, некоторые усматривают источник многих положений философии Спинозы. Когда христиане отвоевали Испанию, они познакомились с наукой мавров – в значительной степени через посредство евреев. Образованные евреи, владевшие древнееврейским, греческим и арабским языками и знакомые с философией Аристотеля, передали свои познания менее образованным схоластам.

    — История западной философии · книга
20. «

    Не быть абсолютно уверенным и есть, как мне кажется, одна из главных составляющих рационализма.

    Не быть абсолютно уверенным и есть, как мне кажется, одна из главных составляющих рационализма.

    — Я атеист или агностик? · книга