128 мыслей Бориса Васильева без воды

Подборка из 128 цитат Бориса Васильева: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мы не знали, что подвиг надо сначала посеять и вырастить. Что зреет он медленно, незримо наливаясь силой, чтобы однажды взорваться ослепительным пламенем, сполохи которого еще долго светят грядущим поколениям.

   Мы не знали, что подвиг надо сначала посеять и вырастить. Что зреет он медленно, незримо наливаясь силой, чтобы однажды взорваться ослепительным пламенем, сполохи которого еще долго светят грядущим поколениям.

   — Завтра была война · книга
2. «

   — Атаковать днем невозможно. Согласны, лейтенант? Плужников растерялся, но не нашел слов и неуверенно кивнул. — Но немцы тоже считают, что это невозможно, и ждут атаки ночью. Вот почему мы будем атаковать днем.

   — Атаковать днем невозможно. Согласны, лейтенант? Плужников растерялся, но не нашел слов и неуверенно кивнул. — Но немцы тоже считают, что это невозможно, и ждут атаки ночью. Вот почему мы будем атаковать днем.

   — Старший сержант · книга
3. «

   Ей хотелось кричать на весь мир, но она всё же не решилась этого сделать и поведала распиравшую её тайну только знакомой кошке, имевшей большой опыт по части свиданий.

   Ей хотелось кричать на весь мир, но она всё же не решилась этого сделать и поведала распиравшую её тайну только знакомой кошке, имевшей большой опыт по части свиданий.

   — Завтра была война · книга
4. «

   Егор был единым, потому что всегда оставался самим собой. Он не умел и не пытался казаться иным — ни лучше, ни хуже. И поступал не по соображениям ума, не с прицелом, не для одобрения свыше, а так, как велела совесть.

   Егор был единым, потому что всегда оставался самим собой. Он не умел и не пытался казаться иным — ни лучше, ни хуже. И поступал не по соображениям ума, не с прицелом, не для одобрения свыше, а так, как велела совесть.

   — Не стреляйте в белых лебедей · книга
5. «

   В жизни есть две святые обязанности, о которых нужно думать: для женщины — научиться любить, а для мужчины — служить своему делу.

   В жизни есть две святые обязанности, о которых нужно думать: для женщины — научиться любить, а для мужчины — служить своему делу.

   — Леонид Сергеевич Люберецкий · книга
6. «

   Родина ведь не с канала начинается. Совсем не оттуда. А мы ее защищали. Сначала ее, а уж потом канал.

   Родина ведь не с канала начинается. Совсем не оттуда. А мы ее защищали. Сначала ее, а уж потом канал.

   — А зори здесь тихие... · книга
7. «

   — Самоубийство — признак слабости, это известно тебе? Поэтому человечество исстари не уважает самоубийц. — Даже Маяковского?

   — Самоубийство — признак слабости, это известно тебе? Поэтому человечество исстари не уважает самоубийц. — Даже Маяковского?

   — Искра · книга
8. «

   Самое страшное — это подозрение. Оно калечит людей, вырабатывая из них подлецов и шкурников.

   Самое страшное — это подозрение. Оно калечит людей, вырабатывая из них подлецов и шкурников.

   — Николай Григорьевич Ромахин · книга
9. «

   А когда люди ищут справедливость? Тогда, когда теряют ее или думают, что потеряли. Или решают вдруг, что вчерашняя справедливость не годится для сегодняшнего дня, а завтра станет совсем враждебной... И начинают искать, причем каждый ищет со своим фонарем, уверяя, что только он и способен высветить истину во мраке исторических заблуждений.

   А когда люди ищут справедливость? Тогда, когда теряют ее или думают, что потеряли. Или решают вдруг, что вчерашняя справедливость не годится для сегодняшнего дня, а завтра станет совсем враждебной... И начинают искать, причем каждый ищет со своим фонарем, уверяя, что только он и способен высветить истину во мраке исторических заблуждений.

   — И был вечер, и было утро · книга
10. «

    Сколько желания сделать доброе человеку на жизнь отпущено? Сколько раз он, побитый и осмеянный, вновь подняться может, вновь улыбнуться труду своему, вновь силами с ним помериться? Сколько? Кто это знает? Может, на раз кого хватит, может, на сто раз?

    Сколько желания сделать доброе человеку на жизнь отпущено? Сколько раз он, побитый и осмеянный, вновь подняться может, вновь улыбнуться труду своему, вновь силами с ним помериться? Сколько? Кто это знает? Может, на раз кого хватит, может, на сто раз?

    — Не стреляйте в белых лебедей · книга
11. «

    — Ты женщина, у тебя есть долг. — Рожать — это не долг, это физиология. Долг — умирать, когда не хочется.

    — Ты женщина, у тебя есть долг. — Рожать — это не долг, это физиология. Долг — умирать, когда не хочется.

    — Неопалимая купина · книга
12. «

    Даже отчаяние в России пока еще отчаянно веселое.

    Даже отчаяние в России пока еще отчаянно веселое.

    — Офицеры · книга
13. «

    — Значит, горя будет много? — Если останешься такой, как сейчас, — а я убеждена, что останешься. — горя будет достаточно. Есть натуры, которые впитывают горе обильнее, чем радость, а ты из их числа.

    — Значит, горя будет много? — Если останешься такой, как сейчас, — а я убеждена, что останешься. — горя будет достаточно. Есть натуры, которые впитывают горе обильнее, чем радость, а ты из их числа.

    — Искра · книга
14. «

    Каждый субъективно прав даже в своих заблуждениях.

    Каждый субъективно прав даже в своих заблуждениях.

    — И был вечер, и было утро · книга
15. «

    Если любишь и головы не теряешь, значит, не любишь и любовь потеряешь.

    Если любишь и головы не теряешь, значит, не любишь и любовь потеряешь.

    — Роза · книга
16. «

    Ждала она почти спокойно, твердо веря, что ничего не может случиться. Все ее воспитание было направлено к тому, чтобы ждать только счастливых концов: сомнение в удаче для ее поколения равнялось почти предательству. Ей случалось, конечно, ощущать и страх, и неуверенность, но внутреннее убеждение в благополучном исходе было всегда сильнее реальных обстоятельств.

    Ждала она почти спокойно, твердо веря, что ничего не может случиться. Все ее воспитание было направлено к тому, чтобы ждать только счастливых концов: сомнение в удаче для ее поколения равнялось почти предательству. Ей случалось, конечно, ощущать и страх, и неуверенность, но внутреннее убеждение в благополучном исходе было всегда сильнее реальных обстоятельств.

    — А зори здесь тихие... · книга
17. «

    ... Но про беду собственную человеку вперёд знать не дано, и потому бьёт она всегда из-за угла.

    ... Но про беду собственную человеку вперёд знать не дано, и потому бьёт она всегда из-за угла.

    — Не стреляйте в белых лебедей · книга
18. «

    Когда женщиной движет ненависть, голова ее ясна, как морозный день, а планы нижутся легко, словно бусины; но, если женщиной руководит любовь, желания заменяют мысли, нетерпение лишает ее логики, а страх за любимого толкает на безрассудство.

    Когда женщиной движет ненависть, голова ее ясна, как морозный день, а планы нижутся легко, словно бусины; но, если женщиной руководит любовь, желания заменяют мысли, нетерпение лишает ее логики, а страх за любимого толкает на безрассудство.

    — И был вечер, и было утро · книга
19. «

    Все в прошлом, ибо это прошлое прочно вошло в их настоящее.

    Все в прошлом, ибо это прошлое прочно вошло в их настоящее.

    — тетя Вики · книга
20. «

    — А написать ты не мог, да? Занят был выше горла? — Да куда писать-то, Алеша? — оторопел Иван. — Красная Армия, Трофимову, что ли? — А что? Адрес точный!

    — А написать ты не мог, да? Занят был выше горла? — Да куда писать-то, Алеша? — оторопел Иван. — Красная Армия, Трофимову, что ли? — А что? Адрес точный!

    — Алексей Трофимов · книга