39 афоризмов Бориса Васильева

Подборка из 39 цитат Бориса Васильева: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Давно известно, что лучший способ разобраться самому — это начать учить других.

   Давно известно, что лучший способ разобраться самому — это начать учить других.

   — И был вечер, и было утро · книга
2. «

   Поколение, не знавшее юности, не узнает и старости.

   Поколение, не знавшее юности, не узнает и старости.

   — Завтра была война · книга
3. «

   Когда человек непонятен, то проще всего объявить его «чудаком».

   Когда человек непонятен, то проще всего объявить его «чудаком».

   — Не стреляйте в белых лебедей · книга
4. «

   Если любишь и головы не теряешь, значит, не любишь и любовь потеряешь.

   Если любишь и головы не теряешь, значит, не любишь и любовь потеряешь.

   — Роза · книга
5. «

   Гордость чаще всего есть форма презрения к людям, а чувство достоинства — уважения к ним.

   Гордость чаще всего есть форма презрения к людям, а чувство достоинства — уважения к ним.

   — И был вечер, и было утро · книга
6. «

   И немецкий генерал, чуть помедлив, поднес руку к фуражке. А он, качаясь, медленно шел сквозь строй врагов, отдававших ему сейчас высшие воинские почести. Но он не видел этих почестей, а если бы и видел, ему было бы уже все равно. Он был выше всех мыслимых почестей, выше славы, выше жизни и выше смерти.

   И немецкий генерал, чуть помедлив, поднес руку к фуражке. А он, качаясь, медленно шел сквозь строй врагов, отдававших ему сейчас высшие воинские почести. Но он не видел этих почестей, а если бы и видел, ему было бы уже все равно. Он был выше всех мыслимых почестей, выше славы, выше жизни и выше смерти.

   — В списках не значился · книга
7. «

   — Атаковать днем невозможно. Согласны, лейтенант? Плужников растерялся, но не нашел слов и неуверенно кивнул. — Но немцы тоже считают, что это невозможно, и ждут атаки ночью. Вот почему мы будем атаковать днем.

   — Атаковать днем невозможно. Согласны, лейтенант? Плужников растерялся, но не нашел слов и неуверенно кивнул. — Но немцы тоже считают, что это невозможно, и ждут атаки ночью. Вот почему мы будем атаковать днем.

   — Старший сержант · книга
8. «

   — Это замечательные стихи, — вздохнула Искра. — Я думаю, нет, я даже уверена, что скоро их оценят и Сергею Есенину поставят памятник. — А какую надпись ты бы сделала на этом памятнике?... Они провели конкурс, и Вика тотчас признала, что Искра вышла победительницей, написав: «Спасибо тебе, сердце, которое билось для нас». Только слова «билось для» они дружно заменили на «болело за».

   — Это замечательные стихи, — вздохнула Искра. — Я думаю, нет, я даже уверена, что скоро их оценят и Сергею Есенину поставят памятник. — А какую надпись ты бы сделала на этом памятнике?... Они провели конкурс, и Вика тотчас признала, что Искра вышла победительницей, написав: «Спасибо тебе, сердце, которое билось для нас». Только слова «билось для» они дружно заменили на «болело за».

   — Вика · книга
9. «

   Пейте чай, болтайте, слушайте музыку, читайте хорошие стихи.

   Пейте чай, болтайте, слушайте музыку, читайте хорошие стихи.

   — Леонид Сергеевич Люберецкий · книга
10. «

    Упал свободным и после жизни, смертию смерть поправ.

    Упал свободным и после жизни, смертию смерть поправ.

    — В списках не значился · книга
11. «

    С ней действительно что-то происходило, что-то новое, немного пугающее, и поцелуй был не причиной этого, а множителем, могучим толчком уже пришедших в движение сил.

    С ней действительно что-то происходило, что-то новое, немного пугающее, и поцелуй был не причиной этого, а множителем, могучим толчком уже пришедших в движение сил.

    — Завтра была война · книга
12. «

    — Самоубийство — признак слабости, это известно тебе? Поэтому человечество исстари не уважает самоубийц. — Даже Маяковского?

    — Самоубийство — признак слабости, это известно тебе? Поэтому человечество исстари не уважает самоубийц. — Даже Маяковского?

    — Искра · книга
13. «

    А зори-то здесь тихие-тихие, только сегодня разглядел...

    А зори-то здесь тихие-тихие, только сегодня разглядел...

    — А зори здесь тихие... · книга
14. «

    — Не надо мне никакого богатства, а дайте мне хороших детей.

    — Не надо мне никакого богатства, а дайте мне хороших детей.

    — мама Артема · книга
15. «

    Что касается поэзии в частности и искусства вообще, то мне больше по душе то, где знаки вопросительные превалируют над знаками восклицательными. Восклицательный знак есть перст указующий, а вопросительный — крючок, вытаскивающий ответы из вашей головы. Искусство должно будить мысли, а не убаюкивать их.

    Что касается поэзии в частности и искусства вообще, то мне больше по душе то, где знаки вопросительные превалируют над знаками восклицательными. Восклицательный знак есть перст указующий, а вопросительный — крючок, вытаскивающий ответы из вашей головы. Искусство должно будить мысли, а не убаюкивать их.

    — Леонид Сергеевич Люберецкий · книга
16. «

    Он был провидцем, мой отец, и желал мне счастья. Но я с ним разминулся, со своим счастьем. Мы пошли по разным дорогам, и мое счастье, не встретив меня, где-то растерянно бродит в этом мире.

    Он был провидцем, мой отец, и желал мне счастья. Но я с ним разминулся, со своим счастьем. Мы пошли по разным дорогам, и мое счастье, не встретив меня, где-то растерянно бродит в этом мире.

    — Капля за каплей · книга
17. «

    Он вытащил сухарь, поднес к лицу: не видя, ощутил запах — густой дух ржаного хлеба. Он жадно вдыхал его, не чувствуя, что весь дрожит, дрожит не от холода, а от счастья. Он лизнул этот сухарь, уловил влажную соленую точечку, не понял, лизнул снова и только тогда сообразил, что на корявый армейский сухарь капают его слезы. Слезы, от которых он отвык настолько, что перестал их ощущать. Весь следующий день они грызли эти сухари, и это был едва ли не самый радостный день в их жизни.

    Он вытащил сухарь, поднес к лицу: не видя, ощутил запах — густой дух ржаного хлеба. Он жадно вдыхал его, не чувствуя, что весь дрожит, дрожит не от холода, а от счастья. Он лизнул этот сухарь, уловил влажную соленую точечку, не понял, лизнул снова и только тогда сообразил, что на корявый армейский сухарь капают его слезы. Слезы, от которых он отвык настолько, что перестал их ощущать. Весь следующий день они грызли эти сухари, и это был едва ли не самый радостный день в их жизни.

    — В списках не значился · книга
18. «

    — В жизни будет много трагедий. Я знаю, что первая — всегда самая страшная, но надо готовиться жить, а не тренироваться страдать.

    — В жизни будет много трагедий. Я знаю, что первая — всегда самая страшная, но надо готовиться жить, а не тренироваться страдать.

    — мама Искры · книга
19. «

    Семья была дружная, а после выхода старших замуж сплотилась ещё больше. Все обсуждалось и решалось сообща, но, как это часто бывает в русских семьях, мать незаметно, без видимых усилий и демонстративного подчёркивания, держала вожжи в своих руках.

    Семья была дружная, а после выхода старших замуж сплотилась ещё больше. Все обсуждалось и решалось сообща, но, как это часто бывает в русских семьях, мать незаметно, без видимых усилий и демонстративного подчёркивания, держала вожжи в своих руках.

    — Завтра была война · книга
20. «

    — Ты на перепутье, доченька. Возьми веник и грабли. Подмети дорожки к дому и очисти сад от сухих веток и старой листвы. И все отсеется. Все второстепенное отсеивает труд. Не ради искупления грехов, а ради их анализа и решения.

    — Ты на перепутье, доченька. Возьми веник и грабли. Подмети дорожки к дому и очисти сад от сухих веток и старой листвы. И все отсеется. Все второстепенное отсеивает труд. Не ради искупления грехов, а ради их анализа и решения.

    — Отрицание отрицания · книга