130 цитат Чака Паланик: жизненные цитаты, которые цепляют

Подборка из 130 цитат Чака Паланик: жизненные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   – Переработка отходов и ограничение скорости движения – это полная чушь, — сказал Тайлер. – Мне это напоминает тех курильщиков, что решают бросить курить, лёжа на смертном одре.

   – Переработка отходов и ограничение скорости движения – это полная чушь, — сказал Тайлер. – Мне это напоминает тех курильщиков, что решают бросить курить, лёжа на смертном одре.

   — Чак Паланик · книга
2. «

   Не важно, как сильно ты любишь кого-то, ты все равно хочешь сделать по-своему.

   Не важно, как сильно ты любишь кого-то, ты все равно хочешь сделать по-своему.

   — Чак Паланик · книга
3. «

   Для каждого, кто тебя знает, ты разный.

   Для каждого, кто тебя знает, ты разный.

   — Чак Паланик · книга
4. «

   Мы можем растратить все наши жизни, позволяя миру диктовать нам, кто мы есть. Нормальные или ненормальные. Святые или сексоманы. Герои или жертвы. Позволяя истории рассказывать нам, какие мы плохие, или какие хорошие. Позволяя нашему прошлому решать наше будущее. Или можем решать сами. И может быть, наше дело — открыть что-нибудь получше.

   Мы можем растратить все наши жизни, позволяя миру диктовать нам, кто мы есть. Нормальные или ненормальные. Святые или сексоманы. Герои или жертвы. Позволяя истории рассказывать нам, какие мы плохие, или какие хорошие. Позволяя нашему прошлому решать наше будущее. Или можем решать сами. И может быть, наше дело — открыть что-нибудь получше.

   — Чак Паланик · книга
5. «

   Ваше прошлое — это уже только история. И как только вы это осознаете, оно больше не имеет власти над вами.

   Ваше прошлое — это уже только история. И как только вы это осознаете, оно больше не имеет власти над вами.

   — Чак Паланик
6. «

   Пока не найдёшь вещь, за которую можно бороться, никогда не начнёшь бороться против чего-то.

   Пока не найдёшь вещь, за которую можно бороться, никогда не начнёшь бороться против чего-то.

   — Чак Паланик · книга
7. «

   Ключевое понятие наших дней — свобода воли... Ещё одно ключевое понятие наших дней — свобода торговли... И последнее ключевое понятие наших дней — личностный рост... И еще одно, самое последнее ключевое понятие наших дней — суровая реальность...

   Ключевое понятие наших дней — свобода воли... Ещё одно ключевое понятие наших дней — свобода торговли... И последнее ключевое понятие наших дней — личностный рост... И еще одно, самое последнее ключевое понятие наших дней — суровая реальность...

   — Чак Паланик · книга
8. «

   Пытка есть пытка, а унижение есть унижение, только если ты сам выбираешь, что будешь страдать.

   Пытка есть пытка, а унижение есть унижение, только если ты сам выбираешь, что будешь страдать.

   — Чак Паланик · книга
9. «

   — Когда смотришь телевизор, можешь выбирать, к кому сходить в гости, — говорит Сет, обращаясь ко мне. — Все каналы показывают тебе чью-то жизнь, и практически каждый час эта жизнь сменяется другой. Все — как на видеосайтах в Интернете. Тебе позволено наблюдать хоть за целым миром, и о твоём вторжении никто никогда не узнает.

   — Когда смотришь телевизор, можешь выбирать, к кому сходить в гости, — говорит Сет, обращаясь ко мне. — Все каналы показывают тебе чью-то жизнь, и практически каждый час эта жизнь сменяется другой. Все — как на видеосайтах в Интернете. Тебе позволено наблюдать хоть за целым миром, и о твоём вторжении никто никогда не узнает.

   — Чак Паланик · книга
10. «

    Секрет в том, что с каждым разом ты будешь чувствовать боль все меньше и меньше, до тех пор, пока не потеряешь способность что-либо чувствовать.

    Секрет в том, что с каждым разом ты будешь чувствовать боль все меньше и меньше, до тех пор, пока не потеряешь способность что-либо чувствовать.

    — Чак Паланик · книга
11. «

    Обиженные любят обиженных. Подлинный факт.

    Обиженные любят обиженных. Подлинный факт.

    — Чак Паланик · книга
12. «

    Что меня больше всего привлекает в профессии репортера – возможность спрятаться за своим блокнотом. Превратить любую беду в работу.

    Что меня больше всего привлекает в профессии репортера – возможность спрятаться за своим блокнотом. Превратить любую беду в работу.

    — Чак Паланик · книга
13. «

    А сейчас ты еще раз расскажешь мне свою историю. А потом еще и еще раз. Ты будешь повторять одно и тоже на протяжении всей ночи. И тогда ты поймешь, что теперь все это всего лишь рассказ. Рассказ о прошлом. Осознав, что твои горести превратились в пустые слова, ты сможешь с легкостью плюнуть на все, что было, и обо все забыть. А потом спокойно решить, кем ты хочешь стать.

    А сейчас ты еще раз расскажешь мне свою историю. А потом еще и еще раз. Ты будешь повторять одно и тоже на протяжении всей ночи. И тогда ты поймешь, что теперь все это всего лишь рассказ. Рассказ о прошлом. Осознав, что твои горести превратились в пустые слова, ты сможешь с легкостью плюнуть на все, что было, и обо все забыть. А потом спокойно решить, кем ты хочешь стать.

    — Чак Паланик · книга
14. «

    С известными людьми так часто: только помрут, приятелей набежит! Знаменитый покойник шагу по улице не ступит, чтоб не наткнуться на миллион лучших друзей, которых при жизни в глаза не видел.

    С известными людьми так часто: только помрут, приятелей набежит! Знаменитый покойник шагу по улице не ступит, чтоб не наткнуться на миллион лучших друзей, которых при жизни в глаза не видел.

    — Чак Паланик · книга
15. «

    …В такие моменты ты словно неудачный эксперимент, от которого родители никогда не открестятся. Утешительный приз. А сами мать и отец – это бог, причем настолько тупой, что не создал ничего лучшего, чем ты. Ты растешь и становишься ходячим доказательством, что родители не идеальны. Их несостоявшимся шедевром.

    …В такие моменты ты словно неудачный эксперимент, от которого родители никогда не открестятся. Утешительный приз. А сами мать и отец – это бог, причем настолько тупой, что не создал ничего лучшего, чем ты. Ты растешь и становишься ходячим доказательством, что родители не идеальны. Их несостоявшимся шедевром.

    — Чак Паланик · книга
16. «

    Сколько бы мы ни прикалывались над разными вещами, это не делает мир лучше ни на грамм. Мы провели столько времени, высмеивая созданное другими людьми, что сами создали очень и очень мало.

    Сколько бы мы ни прикалывались над разными вещами, это не делает мир лучше ни на грамм. Мы провели столько времени, высмеивая созданное другими людьми, что сами создали очень и очень мало.

    — Чак Паланик · книга
17. «

    Бомжей никто не замечает. Будь ты Джейн Фонда или Роберт Редфорд, но если ты бродишь по улицам средь бела дня с магазинной тележкой, одетый в три слоя грязных лохмотьев, и бормочешь себе под нос матерные слова,-тебя никто не заметит.

    Бомжей никто не замечает. Будь ты Джейн Фонда или Роберт Редфорд, но если ты бродишь по улицам средь бела дня с магазинной тележкой, одетый в три слоя грязных лохмотьев, и бормочешь себе под нос матерные слова,-тебя никто не заметит.

    — Чак Паланик · книга
18. «

    Без доступа к хаосу не может быть истинного порядка.

    Без доступа к хаосу не может быть истинного порядка.

    — Чак Паланик · книга
19. «

    Есть в этом страшная темная радость — когда наконец умирает единственный человек, кто знает все твои тайны. Твои родители. Твой врач. Твой психолог.

    Есть в этом страшная темная радость — когда наконец умирает единственный человек, кто знает все твои тайны. Твои родители. Твой врач. Твой психолог.

    — Чак Паланик · книга
20. «

    Время от времени каждый из нас нуждается в огромном несчастье.

    Время от времени каждый из нас нуждается в огромном несчастье.

    — Чак Паланик · книга