183 цитаты Чака Паланик: жизненные цитаты

Подборка из 183 цитаты Чака Паланик: жизненные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   После фильмов о катастрофах все ждут от природы слишком многого.

   После фильмов о катастрофах все ждут от природы слишком многого.

   — Чак Паланик · книга
2. «

   Когда все рушится — а оно рушится всегда — мечтатель возвращается в мир.

   Когда все рушится — а оно рушится всегда — мечтатель возвращается в мир.

   — Чак Паланик · книга
3. «

   …В такие моменты ты словно неудачный эксперимент, от которого родители никогда не открестятся. Утешительный приз. А сами мать и отец – это бог, причем настолько тупой, что не создал ничего лучшего, чем ты. Ты растешь и становишься ходячим доказательством, что родители не идеальны. Их несостоявшимся шедевром.

   …В такие моменты ты словно неудачный эксперимент, от которого родители никогда не открестятся. Утешительный приз. А сами мать и отец – это бог, причем настолько тупой, что не создал ничего лучшего, чем ты. Ты растешь и становишься ходячим доказательством, что родители не идеальны. Их несостоявшимся шедевром.

   — Чак Паланик · книга
4. «

   Никто не станет тебе поклоняться, если у тебя те же проблемы, что и у всех: тот же дурной запах изо рта, та же причёска и неухоженные ногти — как у самых обычных людей.

   Никто не станет тебе поклоняться, если у тебя те же проблемы, что и у всех: тот же дурной запах изо рта, та же причёска и неухоженные ногти — как у самых обычных людей.

   — Чак Паланик · книга
5. «

   Бой продолжается столько, сколько нужно.

   Бой продолжается столько, сколько нужно.

   — Чак Паланик · книга
6. «

   Все больше и больше кажется, будто я плоховато изображаю сам себя.

   Все больше и больше кажется, будто я плоховато изображаю сам себя.

   — Чак Паланик · книга
7. «

   Секрет в том, чтобы не позволить воображению свести тебя с ума.

   Секрет в том, чтобы не позволить воображению свести тебя с ума.

   — Чак Паланик · книга
8. «

   Люди, которые никогда не выбросят мусора из машины, врубают радио на полную мощность. Люди, которые в переполненном ресторане никогда не выдохнут сигаретный дым тебе в лицо, истошно орут в свои мобильные телефоны. Они кричат, как в лесу, разговаривая друг с другом через столик в кафе. Люди, которые никогда не разбрызгивают гербициды и инсектициды, почему-то считают вполне допустимым поганить окрестности громкой музыкой.

   Люди, которые никогда не выбросят мусора из машины, врубают радио на полную мощность. Люди, которые в переполненном ресторане никогда не выдохнут сигаретный дым тебе в лицо, истошно орут в свои мобильные телефоны. Они кричат, как в лесу, разговаривая друг с другом через столик в кафе. Люди, которые никогда не разбрызгивают гербициды и инсектициды, почему-то считают вполне допустимым поганить окрестности громкой музыкой.

   — Чак Паланик · книга
9. «

   Уничтожить можно всё, что хочешь. Страшно подумать, но то место, где мы сейчас находимся, скоро превратится в математическую точку в воздухе.

   Уничтожить можно всё, что хочешь. Страшно подумать, но то место, где мы сейчас находимся, скоро превратится в математическую точку в воздухе.

   — Чак Паланик · книга
10. «

    Ещё вчера ты верил в прекрасное будущее с ней, а сегодня ты живёшь прошлым, и не понимаешь, зачем тебе настоящее...

    Ещё вчера ты верил в прекрасное будущее с ней, а сегодня ты живёшь прошлым, и не понимаешь, зачем тебе настоящее...

    — Чак Паланик
11. «

    Только целая жизнь — жизнь как сплошной гнойный абсцесс ненависти и злости, — придаёт человеку решимости часами ждать, стоя где-нибудь за углом, под дождём и палящим солнцем, и изо дня в день околачиваться на автобусных остановках...

    Только целая жизнь — жизнь как сплошной гнойный абсцесс ненависти и злости, — придаёт человеку решимости часами ждать, стоя где-нибудь за углом, под дождём и палящим солнцем, и изо дня в день околачиваться на автобусных остановках...

    — Чак Паланик · книга
12. «

    Наши враги, это другие люди. День за днем, с утра до ночи. Люди, с которыми мы стоим в пробках. Люди, которые стоят перед нами в очереди в супермаркете. Кассиры в тех же супермаркетах, которые нас ненавидят за то, что им приходится нас обслуживать. Людям совсем не хотелось, чтобы этот убийца был человеком. Но им хотелось, чтобы умирали другие люди.

    Наши враги, это другие люди. День за днем, с утра до ночи. Люди, с которыми мы стоим в пробках. Люди, которые стоят перед нами в очереди в супермаркете. Кассиры в тех же супермаркетах, которые нас ненавидят за то, что им приходится нас обслуживать. Людям совсем не хотелось, чтобы этот убийца был человеком. Но им хотелось, чтобы умирали другие люди.

    — Чак Паланик · книга
13. «

    Никто не хочет признать, что мы подсели на музыку, как на наркотик. Так не бывает. Никто не подсаживается на музыку, на телевизор и радио. Просто нам нужно больше: больше каналов, шире экран, громче звук. Мы не можем без музыки и телевизора, но нет – никто на них не подсел.

    Никто не хочет признать, что мы подсели на музыку, как на наркотик. Так не бывает. Никто не подсаживается на музыку, на телевизор и радио. Просто нам нужно больше: больше каналов, шире экран, громче звук. Мы не можем без музыки и телевизора, но нет – никто на них не подсел.

    — Чак Паланик · книга
14. «

    Осознав, что твои горести превратились в пустые слова, ты сможешь с легкостью плюнуть на все, что было, и обо всем забыть. А потом спокойно решить, кем ты хочешь стать.

    Осознав, что твои горести превратились в пустые слова, ты сможешь с легкостью плюнуть на все, что было, и обо всем забыть. А потом спокойно решить, кем ты хочешь стать.

    — Чак Паланик · книга
15. «

    Не спрашивайте, откуда я это знаю, но в следующий раз, когда вы решите, что вы толстый, подумайте, что можно выглядеть в сотни раз хуже.

    Не спрашивайте, откуда я это знаю, но в следующий раз, когда вы решите, что вы толстый, подумайте, что можно выглядеть в сотни раз хуже.

    — Чак Паланик · книга
16. «

    Что меня больше всего привлекает в профессии репортера – возможность спрятаться за своим блокнотом. Превратить любую беду в работу.

    Что меня больше всего привлекает в профессии репортера – возможность спрятаться за своим блокнотом. Превратить любую беду в работу.

    — Чак Паланик · книга
17. «

    За первые 43 секунды знакомства мы определяем доход человека, возраст, интеллект и степень нашего к нему уважения.

    За первые 43 секунды знакомства мы определяем доход человека, возраст, интеллект и степень нашего к нему уважения.

    — Чак Паланик · книга
18. «

    Я совершенно не собираюсь объявлять о своей приверженности какой-либо системе верований, потому что сейчас мне кажется, будто я ошибалась насчет всего, что до сих пор считала реальным. Честно говоря, я даже не знаю, кто я.

    Я совершенно не собираюсь объявлять о своей приверженности какой-либо системе верований, потому что сейчас мне кажется, будто я ошибалась насчет всего, что до сих пор считала реальным. Честно говоря, я даже не знаю, кто я.

    — Чак Паланик · книга
19. «

    Все, чем ты гордишься, рано или поздно будет выброшено на помойку.

    Все, чем ты гордишься, рано или поздно будет выброшено на помойку.

    — Чак Паланик · книга
20. «

    Я хочу, чтобы сокровище было внутри меня. Никто не сможет его украсть. Ни одно правительство не сможет обложить его налогами.

    Я хочу, чтобы сокровище было внутри меня. Никто не сможет его украсть. Ни одно правительство не сможет обложить его налогами.

    — Чак Паланик · книга