490 коротких цитат Чака Паланика

Ниже 490 цитат Чака Паланика — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Люди сидят по домам, смотрят телевидение. Или сами являются телевидением, если верить в Бога.

   Люди сидят по домам, смотрят телевидение. Или сами являются телевидением, если верить в Бога.

   — Невидимки · книга
2. «

   Когда-нибудь ты станешь взрослым и умным. И будешь заниматься сексом — столько, сколько захочется.

   Когда-нибудь ты станешь взрослым и умным. И будешь заниматься сексом — столько, сколько захочется.

   — Удушье · книга
3. «

   Если знаешь, где искать, то найдешь скелет в любом шкафу.

   Если знаешь, где искать, то найдешь скелет в любом шкафу.

   — Бойцовский клуб · книга
4. «

   Так люди присваивают тех, кого любят — дают им особенное имя. Хотят сделать их своей собственностью.

   Так люди присваивают тех, кого любят — дают им особенное имя. Хотят сделать их своей собственностью.

   — Рэнт: Биография Бастера Кейси · книга
5. «

   Все наши мысли – уже чужие. Потому что сосредоточиться невозможно. Просто сесть и спокойно подумать – не получается. Какой-нибудь шум обязательно просочится. Певцы надрываются. Мертвецы смеются. Актеры рыдают в голос. Все эти эмоции малыми дозами.

   Все наши мысли – уже чужие. Потому что сосредоточиться невозможно. Просто сесть и спокойно подумать – не получается. Какой-нибудь шум обязательно просочится. Певцы надрываются. Мертвецы смеются. Актеры рыдают в голос. Все эти эмоции малыми дозами.

   — Колыбельная · книга
6. «

   Ты никогда не станешь красивой, пока не почувствуешь себя красивой.

   Ты никогда не станешь красивой, пока не почувствуешь себя красивой.

   — Невидимки · книга
7. «

   Прошу, покажите мне хоть одну вещь в нашем мире, которая и есть то, чем кажется.

   Прошу, покажите мне хоть одну вещь в нашем мире, которая и есть то, чем кажется.

   — Удушье · книга
8. «

   Годы идут, и никто из нас не молодеет.

   Годы идут, и никто из нас не молодеет.

   — Удушье · книга
9. «

   Когда проблема раздута до гигантских величин, когда нам демонстрируют слишком много пугающих примеров, нам почему-то делается все равно. Мы становимся безразличными. Мы отказываемся предпринимать какие-либо действие, потому что грядущая катастрофа кажется нам неизбежной. Раз — и мы уже в ловушке. Это и есть наркотизация.

   Когда проблема раздута до гигантских величин, когда нам демонстрируют слишком много пугающих примеров, нам почему-то делается все равно. Мы становимся безразличными. Мы отказываемся предпринимать какие-либо действие, потому что грядущая катастрофа кажется нам неизбежной. Раз — и мы уже в ловушке. Это и есть наркотизация.

   — Фантастичнее вымысла · книга
10. «

    Камера, скрытая за камерой, скрытой за камерой.

    Камера, скрытая за камерой, скрытой за камерой.

    — Призраки · книга
11. «

    ...зрители не хотят знать всей правды. Да, им хочется правды, но в строго отмеренных дозах.

    ...зрители не хотят знать всей правды. Да, им хочется правды, но в строго отмеренных дозах.

    — Снафф · книга
12. «

    Никак не проходит эта болезненная склонность к надежде. Моя пагубная привычка.

    Никак не проходит эта болезненная склонность к надежде. Моя пагубная привычка.

    — Проклятые · книга
13. «

    Погода сегодня — крепчающая склонность к отрицанию.

    Погода сегодня — крепчающая склонность к отрицанию.

    — Дневник · книга
14. «

    Ничто не окажется настолько хорошим, насколько ты можешь его представить. Никто не прекрасен настолько, насколько оказывается таким, как у тебя в голове. Ничто так не возбуждает, как собственная фантазия.

    Ничто не окажется настолько хорошим, насколько ты можешь его представить. Никто не прекрасен настолько, насколько оказывается таким, как у тебя в голове. Ничто так не возбуждает, как собственная фантазия.

    — Удушье · книга
15. «

    Нет на свете ребенка, который бы не мечтал вознаградить родителей, ну, или наказать.

    Нет на свете ребенка, который бы не мечтал вознаградить родителей, ну, или наказать.

    — Снафф · книга
16. «

    Под кажущейся человеку нерушимой поверхностью вещей зачастую вызревают кошмары.

    Под кажущейся человеку нерушимой поверхностью вещей зачастую вызревают кошмары.

    — Бойцовский клуб · книга
17. «

    Это мир сексуальной зависимости на двенадцать ступеней. Мир болезненного влечения. Вызывающего сексуального поведения. Каждый вечер они встречаются в задней комнате в какой-нибудь церкви. В конференц-зале в каком-нибудь общественном центре. В каждом городе. Каждый вечер. Они даже проводят виртуальные конференции в Интернете.

    Это мир сексуальной зависимости на двенадцать ступеней. Мир болезненного влечения. Вызывающего сексуального поведения. Каждый вечер они встречаются в задней комнате в какой-нибудь церкви. В конференц-зале в каком-нибудь общественном центре. В каждом городе. Каждый вечер. Они даже проводят виртуальные конференции в Интернете.

    — Удушье · книга
18. «

    — Единственный предел, который нам остался — мир неосязаемого. Всё остальное слишком крепко повязано. Поймано в клетку слишком многих законов. Под неосязаемым она понимала Интернет, фильмы, музыку, рассказы, искусство, сплетни, компьютерные программы — всё, что не на самом деле. Виртуальные реальности. Выдуманные вещи. Культуру. Ненастоящее превосходит настоящее по власти. Ведь ничто не окажется настолько совершенным, насколько ты можешь его представить. Ведь только неосязаемые идеи, понятия, верования, фантазии сохраняются. А камень щербится. Дерево гниёт. Люди, ну что же, они умирают. А вот такие хрупкие вещи, как мысль, мечта, легенда — могут жить и жить.

    — Единственный предел, который нам остался — мир неосязаемого. Всё остальное слишком крепко повязано. Поймано в клетку слишком многих законов. Под неосязаемым она понимала Интернет, фильмы, музыку, рассказы, искусство, сплетни, компьютерные программы — всё, что не на самом деле. Виртуальные реальности. Выдуманные вещи. Культуру. Ненастоящее превосходит настоящее по власти. Ведь ничто не окажется настолько совершенным, насколько ты можешь его представить. Ведь только неосязаемые идеи, понятия, верования, фантазии сохраняются. А камень щербится. Дерево гниёт. Люди, ну что же, они умирают. А вот такие хрупкие вещи, как мысль, мечта, легенда — могут жить и жить.

    — Айда Манчини · книга
19. «

    Мы совершаем все те же ошибки, которые совершали еще пещерные люди. Так, может быть, это наше призвание: воевать, ненавидеть и мучить друг друга...

    Мы совершаем все те же ошибки, которые совершали еще пещерные люди. Так, может быть, это наше призвание: воевать, ненавидеть и мучить друг друга...

    — Мистер Уиттиер · книга
20. «

    Палки и камни могут покалечить, и поосторожнее со словами.

    Палки и камни могут покалечить, и поосторожнее со словами.

    — Колыбельная · книга