Что говорил Чак Паланик: 530 цитат

Ниже 530 цитат Чака Паланика — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Наш всемогущий Господь так испугался, что рассеял единый народ по всей земле, и смешал языки, чтобы отныне и впредь чада Его стали друг другу чужими. (...) И что же, наш всемогущий Господь так не уверен в своем всемогуществе? Господь, который настроил сынов своих друг против друга, чтобы сделать их слабыми. Он говорит: — И этого Бога нам полагается чтить?

   Наш всемогущий Господь так испугался, что рассеял единый народ по всей земле, и смешал языки, чтобы отныне и впредь чада Его стали друг другу чужими. (...) И что же, наш всемогущий Господь так не уверен в своем всемогуществе? Господь, который настроил сынов своих друг против друга, чтобы сделать их слабыми. Он говорит: — И этого Бога нам полагается чтить?

   — Преподобный Безбожник · книга
2. «

   Некоторые из нас рождаются людьми. Остальные идут к этому всю жизнь.

   Некоторые из нас рождаются людьми. Остальные идут к этому всю жизнь.

   — Рэнт: Биография Бастера Кейси · книга
3. «

   Я имею в виду: что может быть лучше, чем секс?! Даже самый бездарный минет всегда доставит больше радости, чем аромат прелестной розы или созерцание красивейшего заката. Или слышать радостный детский смех. Я уверен, что даже самое лучшее, самое проникновенное стихотворение все равно не сравнится с пьянящим, горячим, взрывным оргазмом. Писать картины, сочинять оперы — надо же чем-то заняться, пока тебе не подвернется очередная особа противоположного пола, которая тоже очень даже не прочь.

   Я имею в виду: что может быть лучше, чем секс?! Даже самый бездарный минет всегда доставит больше радости, чем аромат прелестной розы или созерцание красивейшего заката. Или слышать радостный детский смех. Я уверен, что даже самое лучшее, самое проникновенное стихотворение все равно не сравнится с пьянящим, горячим, взрывным оргазмом. Писать картины, сочинять оперы — надо же чем-то заняться, пока тебе не подвернется очередная особа противоположного пола, которая тоже очень даже не прочь.

   — Удушье · книга
4. «

   Если знаешь, где искать, то найдешь скелет в любом шкафу.

   Если знаешь, где искать, то найдешь скелет в любом шкафу.

   — Бойцовский клуб · книга
5. «

   Пусть мне придется продолжать есть детские смеси и не разговаривать и быть бездомной и невидимой, зато теперь я знаю, что кого-то люблю. Истинной, беззаветной, вечной, не требующей ничего взамен любовью.

   Пусть мне придется продолжать есть детские смеси и не разговаривать и быть бездомной и невидимой, зато теперь я знаю, что кого-то люблю. Истинной, беззаветной, вечной, не требующей ничего взамен любовью.

   — Невидимки · книга
6. «

   Ничто не указывает тебе прямую дорогу от нынешнего момента до смерти лучше, чем список.

   Ничто не указывает тебе прямую дорогу от нынешнего момента до смерти лучше, чем список.

   — Уцелевший · книга
7. «

   Без доступа к хаосу не может быть истинного порядка.

   Без доступа к хаосу не может быть истинного порядка.

   — Удушье · книга
8. «

   Теперь весь мир решил задержаться и попрыгать на моей могиле.

   Теперь весь мир решил задержаться и попрыгать на моей могиле.

   — Бойцовский клуб · книга
9. «

   Я окончил колледж, звоню по междугороднему и говорю: «Пап, я окончил колледж». Он говорит: «Найди работу». В двадцать пять я ему звоню снова и говорю: «Теперь что?». Он говорит: «Не знаю, женись».

   Я окончил колледж, звоню по междугороднему и говорю: «Пап, я окончил колледж». Он говорит: «Найди работу». В двадцать пять я ему звоню снова и говорю: «Теперь что?». Он говорит: «Не знаю, женись».

   — Бойцовский клуб · книга
10. «

    Большой Брат поет и пляшет. Насильно кормит тебя с большой ложки, чтобы твой разум не изголодался по мысли, чтобы не дать тебе задуматься.

    Большой Брат поет и пляшет. Насильно кормит тебя с большой ложки, чтобы твой разум не изголодался по мысли, чтобы не дать тебе задуматься.

    — Колыбельная · книга
11. «

    Мне нужно сделать что-то такое, чего я больше всего боюсь.

    Мне нужно сделать что-то такое, чего я больше всего боюсь.

    — Колыбельная · книга
12. «

    Я где-то читал, что красивая женщина — это радость навсегда. Но на своем собственном опыте я убедился, что даже самая распрекрасная женщина — это радость часа на три максимум. Потому что потом она непременно захочет рассказать о своих детских травмах…

    Я где-то читал, что красивая женщина — это радость навсегда. Но на своем собственном опыте я убедился, что даже самая распрекрасная женщина — это радость часа на три максимум. Потому что потом она непременно захочет рассказать о своих детских травмах…

    — Удушье · книга
13. «

    Чудесное волшебство смерти, одна секунда — ты ходишь и говоришь, и в следующую секунду ты — предмет.

    Чудесное волшебство смерти, одна секунда — ты ходишь и говоришь, и в следующую секунду ты — предмет.

    — Бойцовский клуб · книга
14. «

    Только после смерти мы обретем свои имена, потому что после смерти мы уже не будем безымянной силой. Смерть сделает нас героями.

    Только после смерти мы обретем свои имена, потому что после смерти мы уже не будем безымянной силой. Смерть сделает нас героями.

    — Бойцовский клуб · книга
15. «

    Каждый из нас — тоже гений. Только каждый по-своему.

    Каждый из нас — тоже гений. Только каждый по-своему.

    — Леди Бомж · книга
16. «

    Сегодня как раз такой день, когда солнце встаёт исключительно с целью тебя унизить.

    Сегодня как раз такой день, когда солнце встаёт исключительно с целью тебя унизить.

    — Уцелевший · книга
17. «

    ...убийца почти всегда возвращается к своей жертве, чтобы поговорить. Почти всегда. Нам всем нужен кто-то, кому можно было бы рассказать историю своей жизни, а свое преступление убийца может обсудить только с тем человеком, который точно его не накажет. Со своей жертвой. Даже убийце нужно с кем-нибудь поговорить, рассказать о себе, и эта потребность так велика, что он неприменно придет на могилу или к телу, которое уже начало разлагаться, сядет рядом и заведет бу бу бу на несколько часов. Пока его собственные слова не наполнятся для него смыслом. Пока убийца сам не поверит в историю о своей новой реальности. В которой его преступление было правильным, вот почему полиция ждет.

    ...убийца почти всегда возвращается к своей жертве, чтобы поговорить. Почти всегда. Нам всем нужен кто-то, кому можно было бы рассказать историю своей жизни, а свое преступление убийца может обсудить только с тем человеком, который точно его не накажет. Со своей жертвой. Даже убийце нужно с кем-нибудь поговорить, рассказать о себе, и эта потребность так велика, что он неприменно придет на могилу или к телу, которое уже начало разлагаться, сядет рядом и заведет бу бу бу на несколько часов. Пока его собственные слова не наполнятся для него смыслом. Пока убийца сам не поверит в историю о своей новой реальности. В которой его преступление было правильным, вот почему полиция ждет.

    — Миссис Кларк · книга
18. «

    Если не можешь принять родных со всеми их недостатками, ни один чужой тебя не устроит.

    Если не можешь принять родных со всеми их недостатками, ни один чужой тебя не устроит.

    — Рэнт: Биография Бастера Кейси · книга
19. «

    Я притворяюсь, что последнее слово в предложении меня... и тут я делаю паузу... душит. Как будто мне никак не удается выговорить нужное... слово. Напряжение заставляет людей вслушиваться в то, что я говорю.

    Я притворяюсь, что последнее слово в предложении меня... и тут я делаю паузу... душит. Как будто мне никак не удается выговорить нужное... слово. Напряжение заставляет людей вслушиваться в то, что я говорю.

    — Рэнт: Биография Бастера Кейси · книга
20. «

    Ты можешь работать, как проклятый, можешь стать самым умным и вообще распрекрасным, но никто не забудет о том, что однажды ты совершил ошибку.

    Ты можешь работать, как проклятый, можешь стать самым умным и вообще распрекрасным, но никто не забудет о том, что однажды ты совершил ошибку.

    — Снафф · книга