163 цитаты от Чарльза Буковски

Чарльз Буковски — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 163 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Сколько хороших мужиков оказалось под мостом из-за бабы.

   Сколько хороших мужиков оказалось под мостом из-за бабы.

   — Генри Чинаски · книга
2. «

   Если то, что писатель написал, издавалось и расходилось во многих, многих экземплярах, писатель считал себя великим. Если то, что писатель писал, издавалось и продавалось средне, писатель считал себя великим. Если то, что писатель писал, вообще никогда не издавалось, и у него не было денег, чтобы напечатать это самому, то он считал себя истинно великим.

   Если то, что писатель написал, издавалось и расходилось во многих, многих экземплярах, писатель считал себя великим. Если то, что писатель писал, издавалось и продавалось средне, писатель считал себя великим. Если то, что писатель писал, вообще никогда не издавалось, и у него не было денег, чтобы напечатать это самому, то он считал себя истинно великим.

   — Генри Чинаски · книга
3. «

   Человек — унылое животное, которое впустую растрачивает свой потенциал. Я сажусь в набитый автобус, смотрю на людей — и я несчастен, потому что чувствую: они все почему-то неправильные. Не потому, что у них Бога нет, не потому, что трезвые, — с ними что-то другое не так... Чтобы вырваться на свободу, нужна поистине дерзкая, изобретательная душа.

   Человек — унылое животное, которое впустую растрачивает свой потенциал. Я сажусь в набитый автобус, смотрю на людей — и я несчастен, потому что чувствую: они все почему-то неправильные. Не потому, что у них Бога нет, не потому, что трезвые, — с ними что-то другое не так... Чтобы вырваться на свободу, нужна поистине дерзкая, изобретательная душа.
4. «

   Я не рассчитываю, что каждый будет гением, но нипочём бы не догадался, что столько народу кинется в идиотизм с таким апломбом.

   Я не рассчитываю, что каждый будет гением, но нипочём бы не догадался, что столько народу кинется в идиотизм с таким апломбом.
5. «

   Не раздевайте мою любовь, там может быть манекен. Не раздевайте манекен, а вдруг там моя любовь.

   Не раздевайте мою любовь, там может быть манекен. Не раздевайте манекен, а вдруг там моя любовь.
6. «

   — Будь ты хоть последним парнем на всём белом свете, и то б я на тебя не посмотрела. — Будь я последним парнем, тебе пришлось бы долго ждать своей очереди.

   — Будь ты хоть последним парнем на всём белом свете, и то б я на тебя не посмотрела. — Будь я последним парнем, тебе пришлось бы долго ждать своей очереди.

   — Голливуд · книга
7. «

   Что-то мы потеряли. Что-то по-настоящему важное. Вначале все было иначе.

   Что-то мы потеряли. Что-то по-настоящему важное. Вначале все было иначе.

   — Фактотум · книга
8. «

   Я всегда отстранялся от всех и наблюдал за людьми со стороны. Что-то вроде театра — они были на сцене, а я одинокий зритель.

   Я всегда отстранялся от всех и наблюдал за людьми со стороны. Что-то вроде театра — они были на сцене, а я одинокий зритель.

   — Хлеб с ветчиной · книга
9. «

   — Здесь собираются одни придурки. — Да везде собираются одни придурки, но здесь их как-то особенно много.

   — Здесь собираются одни придурки. — Да везде собираются одни придурки, но здесь их как-то особенно много.

   — Генри Чинаски · книга
10. «

    Бросив взгляд в зеркальце, я увидел, как Лидия стоит одна в лунном свете, не шевелясь, в своем голубом неглиже и трусиках. Все нутро мне корежило и переворачивало. Я болен, не нужен, печален. Влюблен в нее.

    Бросив взгляд в зеркальце, я увидел, как Лидия стоит одна в лунном свете, не шевелясь, в своем голубом неглиже и трусиках. Все нутро мне корежило и переворачивало. Я болен, не нужен, печален. Влюблен в нее.

    — Женщины · книга
11. «

    Надежда — это всё, что нужно человеку. Когда нет надежды, ты лишаешься мужества, и у тебя опускаются руки.

    Надежда — это всё, что нужно человеку. Когда нет надежды, ты лишаешься мужества, и у тебя опускаются руки.

    — Генри Чинаски · книга
12. «

    В моей любви к ней не было сексуального оттенка. Я просто хотел, чтобы она укутала меня в свою накрахмаленную чистоту, и мы исчезли бы из этого мира навсегда.

    В моей любви к ней не было сексуального оттенка. Я просто хотел, чтобы она укутала меня в свою накрахмаленную чистоту, и мы исчезли бы из этого мира навсегда.

    — Хлеб с ветчиной · книга
13. «

    Жизнь изнашивает человека. Изнашивает до дыр.

    Жизнь изнашивает человека. Изнашивает до дыр.

    — Макулатура · книга
14. «

    Мы живём в мире, где прав тот, кто выжил.

    Мы живём в мире, где прав тот, кто выжил.

    — Голливуд · книга
15. «

    ...честная женщина достойна восхищения.

    ...честная женщина достойна восхищения.

    — Генри Чинаски · книга
16. «

    Женщина — это работа на полный рабочий день. А если ты выбираешь профессию, приходится выбирать что-то одно.

    Женщина — это работа на полный рабочий день. А если ты выбираешь профессию, приходится выбирать что-то одно.

    — Генри Чинаски · книга
17. «

    Просто жить, пока не умрёшь, — уже тяжёлая работа.

    Просто жить, пока не умрёшь, — уже тяжёлая работа.

    — Женщины · книга
18. «

    Рузвельт требовал, чтобы мы отправлялись на войну. Естественно, это обеспечивало ему место в книге мировой истории. Воюющие президенты обладают большей властью, а позже большим числом страниц.

    Рузвельт требовал, чтобы мы отправлялись на войну. Естественно, это обеспечивало ему место в книге мировой истории. Воюющие президенты обладают большей властью, а позже большим числом страниц.

    — Хлеб с ветчиной · книга
19. «

    Я женат, но без жены. Моя жена – это моя собственная жизнь.

    Я женат, но без жены. Моя жена – это моя собственная жизнь.
20. «

    Мне нравилось быть пьяным. Я понял, что полюблю пьянство навсегда. Оно отвлекало от реальности, а если мне удастся отвлекаться от этой очевидности как можно чаще, возможно, я и спасусь от нее, не позволю вползти в меня.

    Мне нравилось быть пьяным. Я понял, что полюблю пьянство навсегда. Оно отвлекало от реальности, а если мне удастся отвлекаться от этой очевидности как можно чаще, возможно, я и спасусь от нее, не позволю вползти в меня.

    — Хлеб с ветчиной · книга