412 лучших цитат — Чарльз Буковски

Чарльз Буковски — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 412 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Я не помню, как ложился спать, но утром я был там.

   Я не помню, как ложился спать, но утром я был там.

   — Иногда так одиноко, что в этом даже есть смысл · книга
2. «

   Шла война, но дамское платье по-прежнему пользовалось большим спросом...

   Шла война, но дамское платье по-прежнему пользовалось большим спросом...

   — Генри Чинаски · книга
3. «

   Майкл Перкинс: Кое-кто и до сих пор считает, что ваши стихи — трата времени. Буковски: А что не трата времени? Некоторые собирают марки или бабушек своих убивают. Мы все просто ждём, занимаемся мелочами и ждём смерти.

   Майкл Перкинс: Кое-кто и до сих пор считает, что ваши стихи — трата времени. Буковски: А что не трата времени? Некоторые собирают марки или бабушек своих убивают. Мы все просто ждём, занимаемся мелочами и ждём смерти.

   — Солнце, вот он я. Интервью · книга
4. «

   Сколь мало бы у человека ни оставалось, он поймёт, что всегда сможет обходиться ещё меньшим.

   Сколь мало бы у человека ни оставалось, он поймёт, что всегда сможет обходиться ещё меньшим.

   — Самая красивая женщина в городе · книга
5. «

   Мысли и слова могут быть обворожительны, хотя в конечном итоге они и бесполезны.

   Мысли и слова могут быть обворожительны, хотя в конечном итоге они и бесполезны.

   — Хлеб с ветчиной · книга
6. «

   Чем меньше веришь в жизнь, тем меньше теряешь. Мне почти нечего было терять...

   Чем меньше веришь в жизнь, тем меньше теряешь. Мне почти нечего было терять...

   — Юг без признаков севера · книга
7. «

   Взять кинозвезд: они снимают кожу с зада и приживляют к лицу. На заду кожа морщится позже всего. Последние годы они дохаживают с ягодицами вместо лиц.

   Взять кинозвезд: они снимают кожу с зада и приживляют к лицу. На заду кожа морщится позже всего. Последние годы они дохаживают с ягодицами вместо лиц.

   — Макулатура · книга
8. «

   Любой скажет вам, что я человек не очень порядочный. Да я и слова-то такого не знаю. Меня всегда восхищали злодеи, изгои, сукины дети. Я не люблю гладко выбритых мальчиков с галстуками и приличной работой. Мне нравятся сумасброды, люди со сломанными зубами, помутненным рассудком и дурными привычками. Они мне интересны. Они всегда готовы на неожиданные поступки и сильные чувства. Нравятся мне и мерзкие бабы, пьяные, сквернословящие суки со спущенными чулками и грубо размалеванными рожами. Извращенцы мне интереснее, чем святоши. Я могу запросто общаться с бродягами, потому что и я – бродяга. Я не люблю законов, нравоучений, религий, правил. Я не люблю поступать в соответствии с общественными устоями.

   Любой скажет вам, что я человек не очень порядочный. Да я и слова-то такого не знаю. Меня всегда восхищали злодеи, изгои, сукины дети. Я не люблю гладко выбритых мальчиков с галстуками и приличной работой. Мне нравятся сумасброды, люди со сломанными зубами, помутненным рассудком и дурными привычками. Они мне интересны. Они всегда готовы на неожиданные поступки и сильные чувства. Нравятся мне и мерзкие бабы, пьяные, сквернословящие суки со спущенными чулками и грубо размалеванными рожами. Извращенцы мне интереснее, чем святоши. Я могу запросто общаться с бродягами, потому что и я – бродяга. Я не люблю законов, нравоучений, религий, правил. Я не люблю поступать в соответствии с общественными устоями.

   — Юг без признаков севера · книга
9. «

   Воюющим президентам достается больше власти, а позже — больше страниц.

   Воюющим президентам достается больше власти, а позже — больше страниц.

   — Хлеб с ветчиной · книга
10. «

    Лос-Анджелес — хорошее место. Здесь обитает много бедных людей, и не составляет большого труда затеряться среди них.

    Лос-Анджелес — хорошее место. Здесь обитает много бедных людей, и не составляет большого труда затеряться среди них.

    — Хлеб с ветчиной · книга
11. «

    Все дело в новом голосе. Кому охота слушать старый голос. Старые голоса становятся частью твоего я, как ноготь.

    Все дело в новом голосе. Кому охота слушать старый голос. Старые голоса становятся частью твоего я, как ноготь.

    — Генри Чинаски · книга
12. «

    Я вспомнил историю в «Программе скачек» про породистого жеребца, которого никак не могли спарить с кобылой. Ему выискивали самых красивых кобылиц, и всякий раз жеребец перед ними пасовал. Потом какой-то дока все понял. Он вымазал красивую кобылу грязью, и жеребец живо на нее взобрался. Штука в том, что жеребец робел перед красотой, а когда ее вымазали, перепачкали грязью, он понял, что сам не хуже или даже лучше. Мужики порой рассуждают почти как кони.

    Я вспомнил историю в «Программе скачек» про породистого жеребца, которого никак не могли спарить с кобылой. Ему выискивали самых красивых кобылиц, и всякий раз жеребец перед ними пасовал. Потом какой-то дока все понял. Он вымазал красивую кобылу грязью, и жеребец живо на нее взобрался. Штука в том, что жеребец робел перед красотой, а когда ее вымазали, перепачкали грязью, он понял, что сам не хуже или даже лучше. Мужики порой рассуждают почти как кони.

    — Юг без признаков севера · книга
13. «

    Любовь — это для настоящих людей.

    Любовь — это для настоящих людей.

    — Генри Чинаски · книга
14. «

    – ... Вот ты живешь со мной уже столько лет. А почему? – Сам не знаю. Люди привыкают – как к работе. Люди просто привыкают. Случается.

    – ... Вот ты живешь со мной уже столько лет. А почему? – Сам не знаю. Люди привыкают – как к работе. Люди просто привыкают. Случается.

    — Маргарет · книга
15. «

    а вы помните Эльфа? парня, с которым я дрался, ну так он погиб во время войны под пулеметным огнем, я слышал, он долго мучился, недели три-четыре, перед тем как испустить дух, и вот странная вещь, он как-то сказал мне, нет, вернее, спросил:

    а вы помните Эльфа? парня, с которым я дрался, ну так он погиб во время войны под пулеметным огнем, я слышал, он долго мучился, недели три-четыре, перед тем как испустить дух, и вот странная вещь, он как-то сказал мне, нет, вернее, спросил:

    — Записки старого козла · книга
16. «

    волшебство держится и без нас что бы мы ни делали против него.

    волшебство держится и без нас что бы мы ни делали против него.

    — О кошках · книга
17. «

    — Будь ты хоть последним парнем на всём белом свете, и то б я на тебя не посмотрела. — Будь я последним парнем, тебе пришлось бы долго ждать своей очереди.

    — Будь ты хоть последним парнем на всём белом свете, и то б я на тебя не посмотрела. — Будь я последним парнем, тебе пришлось бы долго ждать своей очереди.

    — Голливуд · книга
18. «

    – Мне надо вымыть жалюзи. – Вымыть жалюзи, оно никогда не помешает. – Ты что делаешь? – Ничего. Пью. – Так что насчёт жалюзи? – Пять баксов. – Согласен.

    – Мне надо вымыть жалюзи. – Вымыть жалюзи, оно никогда не помешает. – Ты что делаешь? – Ничего. Пью. – Так что насчёт жалюзи? – Пять баксов. – Согласен.

    — Фактотум · книга
19. «

    я сидел со своим приятелем по кличке Эльф, в детстве Эльфу был конкретный кирдык, он весь съежился, годами валялся на кровати и тискал резиновые мячики, тренировался, а когда наконец поднялся с кровати, то был что в ширину, что в длину, эдакая гора мышц, звероподобный хохотун, метящий в писатели, но выходило у него слишком похоже на Томаса Вулфа, а Т. Вулф (не считая Драйзера) – худший писатель во всей Америке, и я вдарил Эльфу по уху (чем-то он меня взбесил).

    я сидел со своим приятелем по кличке Эльф, в детстве Эльфу был конкретный кирдык, он весь съежился, годами валялся на кровати и тискал резиновые мячики, тренировался, а когда наконец поднялся с кровати, то был что в ширину, что в длину, эдакая гора мышц, звероподобный хохотун, метящий в писатели, но выходило у него слишком похоже на Томаса Вулфа, а Т. Вулф (не считая Драйзера) – худший писатель во всей Америке, и я вдарил Эльфу по уху (чем-то он меня взбесил).

    — Записки старого козла · книга
20. «

    Они трахаются друг с другом, как будто сухие булыжники трутся.

    Они трахаются друг с другом, как будто сухие булыжники трутся.

    — Солнце, вот он я. Интервью · книга