136 лучших фраз Чарльза де Линта

Подборка из 136 цитат Чарльза де Линта: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ты не комнатная собачка, чтобы на команду «Прыгай» спрашивать, насколько высоко.

   Ты не комнатная собачка, чтобы на команду «Прыгай» спрашивать, насколько высоко.

   — Мот · книга
2. «

   Всякий бывает опасен, если доведешь.

   Всякий бывает опасен, если доведешь.

   — Волчья Тень · книга
3. «

   Не может человек, вкладывающий столько души в свою музыку, быть совершенно пустым внутри. Просто ему нужен кто-то – кто-то особенный. Пусть не она, ладно. Но где-то на свете должна быть женщина, которая ему подойдет, – и тогда рухнут стены, сквозь которые до сих пор только его музыка проникала в мир.

   Не может человек, вкладывающий столько души в свою музыку, быть совершенно пустым внутри. Просто ему нужен кто-то – кто-то особенный. Пусть не она, ладно. Но где-то на свете должна быть женщина, которая ему подойдет, – и тогда рухнут стены, сквозь которые до сих пор только его музыка проникала в мир.

   — Городские Легенды · книга
4. «

   По-моему, творческая искра никогда не гаснет. Чем чаще черпаешь из колодца вдохновения, тем полнее он становится. Чем больше я работаю, тем больше у меня появляется идей. Откуда они появляются, из моего подсознания или извне, неважно. Важно то, что я вкладываю в свои истории.

   По-моему, творческая искра никогда не гаснет. Чем чаще черпаешь из колодца вдохновения, тем полнее он становится. Чем больше я работаю, тем больше у меня появляется идей. Откуда они появляются, из моего подсознания или извне, неважно. Важно то, что я вкладываю в свои истории.

   — Таллула · книга
5. «

   Люди так легко забывают, что во всем есть душа, что все в мире равно. Что волшебство и тайна – часть ваших жизней, а не истории из книжек, забытых в детской, которые перечитывают только ради бегства от жизни.

   Люди так легко забывают, что во всем есть душа, что все в мире равно. Что волшебство и тайна – часть ваших жизней, а не истории из книжек, забытых в детской, которые перечитывают только ради бегства от жизни.

   — Белая Олениха · книга
6. «

   Всегда гораздо лучше знать правду.

   Всегда гораздо лучше знать правду.

   — Касси · книга
7. «

   Эллен шутливо взъерошила остатки его петушиного гребня: – Думаю, мораль сей басни такова: следить надо за тем, какая вибрация от тебя исходит. При слове «вибрация» Рис недовольно поморщился, но все же кивнул. – Либо мы следим за своими чувствами, – добавила она, – либо наше волшебство улетает от нас и становится неуправляемым.

   Эллен шутливо взъерошила остатки его петушиного гребня: – Думаю, мораль сей басни такова: следить надо за тем, какая вибрация от тебя исходит. При слове «вибрация» Рис недовольно поморщился, но все же кивнул. – Либо мы следим за своими чувствами, – добавила она, – либо наше волшебство улетает от нас и становится неуправляемым.

   — Птичий рынок дядюшки Доббина · книга
8. «

   На свете нет места надеждам и настоящему счастью. В конце концов, никто не может жить счастливо, поскольку никто не может жить вечно, а под покровом счастья всегда скрывается боль.

   На свете нет места надеждам и настоящему счастью. В конце концов, никто не может жить счастливо, поскольку никто не может жить вечно, а под покровом счастья всегда скрывается боль.

   — Лезвие сна · книга
9. «

   У человека всегда есть шанс. Беда лишь в том, что, когда мы наконец получаем то, чего нам так хотелось, оно не всегда ведет себя так, как мы предполагали.

   У человека всегда есть шанс. Беда лишь в том, что, когда мы наконец получаем то, чего нам так хотелось, оно не всегда ведет себя так, как мы предполагали.

   — Призраки в Сети · книга
10. «

    Все-таки дом – не место, а люди.

    Все-таки дом – не место, а люди.

    — Лунное сердце · книга
11. «

    Есть два вида сложностей: одни мы сами на себя навлекаем, и они совсем не так уж забавны, а другие нам приносит мир. От таких чувствуешь себя отчаянным и живым, когда пытаешься сложить из них целое.

    Есть два вида сложностей: одни мы сами на себя навлекаем, и они совсем не так уж забавны, а другие нам приносит мир. От таких чувствуешь себя отчаянным и живым, когда пытаешься сложить из них целое.

    — Волчья Тень · книга
12. «

    – Иногда знание бывает ужасной обузой, – отозвалась Мэран. – Многие верят, что именно оно послужило причиной изгнания Адама и Евы из рая. – И все таки хорошо, что они обрели его, правда? Мэран кивнула: – Думаю, да. Хотя с ним пришло и страдание, с которым мы неразлучны и по сей день.

    – Иногда знание бывает ужасной обузой, – отозвалась Мэран. – Многие верят, что именно оно послужило причиной изгнания Адама и Евы из рая. – И все таки хорошо, что они обрели его, правда? Мэран кивнула: – Думаю, да. Хотя с ним пришло и страдание, с которым мы неразлучны и по сей день.

    — Джилли Копперкорн · книга
13. «

    Трудно – не значит невозможно. Это просто значит, что придется потрудиться.

    Трудно – не значит невозможно. Это просто значит, что придется потрудиться.

    — Джилли Копперкорн · книга
14. «

    Друзьям полагается держаться вместе в горе и радости.

    Друзьям полагается держаться вместе в горе и радости.

    — Джилли Копперкорн · книга
15. «

    В конце концов, вся жизнь — это смертельно опасная болезнь.

    В конце концов, вся жизнь — это смертельно опасная болезнь.

    — Лезвие сна · книга
16. «

    Музыка существует для того, чтобы заставлять человека чувствовать – радость, печаль, гнев, что угодно, – а не убивать в нем способность думать, как это бывает почти со всеми песнями, попадающими обычно в чарты.

    Музыка существует для того, чтобы заставлять человека чувствовать – радость, печаль, гнев, что угодно, – а не убивать в нем способность думать, как это бывает почти со всеми песнями, попадающими обычно в чарты.

    — Джилли Копперкорн · книга
17. «

    – Твоя ошибка, – сказала Хилари, когда они уселись на краешке фонтана во внутреннем дворе торгового центра на Уильямсон стрит, прямо напротив входа, – в том, что ты ждёшь мужчину, который придёт и решит твои проблемы. – Ну конечно. И как это я сама не сообразила? – То есть, – продолжала Хилари, не обращая внимания на сарказм Зои, – объяснит тебе, кто ты такая, куда идёшь и кем хочешь стать. – И что ты предлагаешь взамен? – спросила она. – Искать женщину? Хилари покачала головой: – Сначала найди саму себя. Остальное приложится.

    – Твоя ошибка, – сказала Хилари, когда они уселись на краешке фонтана во внутреннем дворе торгового центра на Уильямсон стрит, прямо напротив входа, – в том, что ты ждёшь мужчину, который придёт и решит твои проблемы. – Ну конечно. И как это я сама не сообразила? – То есть, – продолжала Хилари, не обращая внимания на сарказм Зои, – объяснит тебе, кто ты такая, куда идёшь и кем хочешь стать. – И что ты предлагаешь взамен? – спросила она. – Искать женщину? Хилари покачала головой: – Сначала найди саму себя. Остальное приложится.

    — Маленькая Смерть · книга
18. «

    — Вот тебе еще одна загадка, если любовь причиняет мучительные страдания, зачем люди так к ней стремятся? — Это происходит потому, что мы не знаем ничего прекраснее. И никогда не можем перед ней устоять.

    — Вот тебе еще одна загадка, если любовь причиняет мучительные страдания, зачем люди так к ней стремятся? — Это происходит потому, что мы не знаем ничего прекраснее. И никогда не можем перед ней устоять.

    — Лезвие сна · книга
19. «

    Прочно укоренившись в прошлом, древо истории тянет свои ветви сквозь наступающие годы, а множество рассказов, из которых складывается история, словно почки, распускаются, превращаясь в листву, засыхают и становятся воспоминаниями, потом процесс этот повторяется в обратном порядке, одно событие связывается с другим, будто нитями паутины, так что каждое создание играет свою роль в истории мира, воспринимая лишь отдельные аспекты общего повествования и замечая, каждое в меру своих способностей, лишь проблески Великой Тайны, лежащей в основе всего.

    Прочно укоренившись в прошлом, древо истории тянет свои ветви сквозь наступающие годы, а множество рассказов, из которых складывается история, словно почки, распускаются, превращаясь в листву, засыхают и становятся воспоминаниями, потом процесс этот повторяется в обратном порядке, одно событие связывается с другим, будто нитями паутины, так что каждое создание играет свою роль в истории мира, воспринимая лишь отдельные аспекты общего повествования и замечая, каждое в меру своих способностей, лишь проблески Великой Тайны, лежащей в основе всего.

    — Лунное сердце · книга
20. «

    Можно бесконечно развивать имеющийся талант, но научить ему нельзя.

    Можно бесконечно развивать имеющийся талант, но научить ему нельзя.

    — Джилли Копперкорн · книга