347 цитат Чарльза Диккенса о жизни и людях

Ниже 347 цитат Чарльза Диккенса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Так влияют наши собственные мысли даже на внешний вид предметов. Люди, взирающие на природу и своих ближних и утверждающие, что все хмуро и мрачно, — правы; но темные тона являются отражением их собственных затуманенных желчью глаз и сердец. В действительности же краски нежны и требуют более ясного зрения.

   Так влияют наши собственные мысли даже на внешний вид предметов. Люди, взирающие на природу и своих ближних и утверждающие, что все хмуро и мрачно, — правы; но темные тона являются отражением их собственных затуманенных желчью глаз и сердец. В действительности же краски нежны и требуют более ясного зрения.

   — Приключения Оливера Твиста · книга
2. «

   ... Он был одинок в этой грубой, вульгарной толпе и чувствовал уныние и тоску, естественно вытекающие из размышлений о том, что он посажен в клетку и лишён надежды на освобождение.

   ... Он был одинок в этой грубой, вульгарной толпе и чувствовал уныние и тоску, естественно вытекающие из размышлений о том, что он посажен в клетку и лишён надежды на освобождение.

   — Посмертные записки Пиквикского клуба · книга
3. «

   Это закон жизни. Кто ненадежен в одном, тот ненадежен во всем. Ни разу не встречал исключения. И вы не встретите. Да и никто другой.

   Это закон жизни. Кто ненадежен в одном, тот ненадежен во всем. Ни разу не встречал исключения. И вы не встретите. Да и никто другой.

   — мистер Баккет · книга
4. «

   ... Не следует без нужды хранить документы, — мало ли кто и когда вздумает пустить их в ход.

   ... Не следует без нужды хранить документы, — мало ли кто и когда вздумает пустить их в ход.

   — Мистер Уэммик · книга
5. «

   ... Раз у тебя есть идея, проводи ее в жизнь последовательно и все ей подчиняй.

   ... Раз у тебя есть идея, проводи ее в жизнь последовательно и все ей подчиняй.

   — Мистер Уэммик · книга
6. «

   Я не знал с ней ни минуты счастья, но сам только о том и думал, каким бы счастьем было не расставаться с ней до гроба.

   Я не знал с ней ни минуты счастья, но сам только о том и думал, каким бы счастьем было не расставаться с ней до гроба.

   — Пип Гарджери · книга
7. «

   Живой человек, лишенный разума, — страшнее, чем мертвец.

   Живой человек, лишенный разума, — страшнее, чем мертвец.
8. «

   Этот адвокат вращался в мире, где царит зло, и о детях знал главным образом то, что их родится на свет великое множество и все они обречены на гибель. Вообразите, что он нередко видел, как детей самым серьезным образом судили в уголовном суде, где их приходилось брать на руки, чтобы показать присяжным; вообразите, что ему было известно сколько угодно случаев, когда их бросали в тюрьму, секли, ссылали на каторгу, изгоняли из общества, — всячески готовили из них висельников, а дав им вырасти — вешали. Вообразите, что чуть ли не на всех детей, какие попадались ему на глаза в его практике, он имел полное основание смотреть как на мальков, имеющих превратиться в рыбу, которая в конце концов попадет ему в сети, — что их будут обвинять, защищать, бросать на произвол судьбы, отнимать у родителей, подвергать всяческому унижению и надругательству.

   Этот адвокат вращался в мире, где царит зло, и о детях знал главным образом то, что их родится на свет великое множество и все они обречены на гибель. Вообразите, что он нередко видел, как детей самым серьезным образом судили в уголовном суде, где их приходилось брать на руки, чтобы показать присяжным; вообразите, что ему было известно сколько угодно случаев, когда их бросали в тюрьму, секли, ссылали на каторгу, изгоняли из общества, — всячески готовили из них висельников, а дав им вырасти — вешали. Вообразите, что чуть ли не на всех детей, какие попадались ему на глаза в его практике, он имел полное основание смотреть как на мальков, имеющих превратиться в рыбу, которая в конце концов попадет ему в сети, — что их будут обвинять, защищать, бросать на произвол судьбы, отнимать у родителей, подвергать всяческому унижению и надругательству.

   — мистер Джеггерс · книга
9. «

   Душа, заключенная в каждом человеке, должна общаться с людьми и, повсюду следуя за ними, соучаствовать в их судьбе. А тот, кто не исполнил этого при жизни, обречен мыкаться после смерти. Он осужден колесить по свету и взирать на радости и горести людские, разделить которые он уже не властен, а когда-то мог бы — себе и другим на радость.

   Душа, заключенная в каждом человеке, должна общаться с людьми и, повсюду следуя за ними, соучаствовать в их судьбе. А тот, кто не исполнил этого при жизни, обречен мыкаться после смерти. Он осужден колесить по свету и взирать на радости и горести людские, разделить которые он уже не властен, а когда-то мог бы — себе и другим на радость.

   — Призрак · книга
10. «

    С тех пор как я себя помню, я в душе вел нескончаемый спор с несправедливостью.

    С тех пор как я себя помню, я в душе вел нескончаемый спор с несправедливостью.

    — Большие надежды · книга
11. «

    Бывает, что в дом врывается холод, когда забывают закрыть окна, и все в нем корежится от стужи. Даже мечты. Все обращается в холод. Фантазии, сны, все.

    Бывает, что в дом врывается холод, когда забывают закрыть окна, и все в нем корежится от стужи. Даже мечты. Все обращается в холод. Фантазии, сны, все.

    — Большие надежды · книга
12. «

    Потому что я женатый человек, Сэмивел, потому что я женатый человек. Когда ты женишься, Сэмивел, ты поймешь многое, что сейчас не понимаешь, но стоит ли столько мучиться, чтобы узнать так мало, как сказал приютский мальчик, дойдя до конца азбуки, — это дело вкуса. Я думаю, что не стоит.

    Потому что я женатый человек, Сэмивел, потому что я женатый человек. Когда ты женишься, Сэмивел, ты поймешь многое, что сейчас не понимаешь, но стоит ли столько мучиться, чтобы узнать так мало, как сказал приютский мальчик, дойдя до конца азбуки, — это дело вкуса. Я думаю, что не стоит.

    — Мистер Уинкль · книга
13. «

    Воспоминания, вызываемые мирными деревенскими пейзажами, чужды миру сему, его помыслам и надеждам.

    Воспоминания, вызываемые мирными деревенскими пейзажами, чужды миру сему, его помыслам и надеждам.

    — Приключения Оливера Твиста · книга
14. «

    Никогда и ни при каких обстоятельствах я не бросал ученья. В этом не было большой заслуги, — просто у меня хватало ума понимать, как мало я знаю.

    Никогда и ни при каких обстоятельствах я не бросал ученья. В этом не было большой заслуги, — просто у меня хватало ума понимать, как мало я знаю.

    — Большие надежды · книга
15. «

    Когда дьявол ходит среди нас аки лев рыкающий, он ходит во образе, который, кроме дикарей и охотников, может соблазнить лишь немногих. Но когда он принаряжен, отутюжен, вылощен по последней моде; когда он пресыщен пороком, пресыщен добродетелью и до такой степени истаскан, что ни для ада, ни для рая не годится; вот тогда — занимается ли он волокитой или волокитством, — тогда он сущий дьявол.

    Когда дьявол ходит среди нас аки лев рыкающий, он ходит во образе, который, кроме дикарей и охотников, может соблазнить лишь немногих. Но когда он принаряжен, отутюжен, вылощен по последней моде; когда он пресыщен пороком, пресыщен добродетелью и до такой степени истаскан, что ни для ада, ни для рая не годится; вот тогда — занимается ли он волокитой или волокитством, — тогда он сущий дьявол.

    — Тяжёлые времена · книга
16. «

    Любящее сердце стоит больше, чем вся мудрость на свете.

    Любящее сердце стоит больше, чем вся мудрость на свете.

    — Жизнь Дэвида Копперфилда, рассказанная им самим · книга
17. «

    Ненависть к высшим — это невольная дань преклонения низших.

    Ненависть к высшим — это невольная дань преклонения низших.

    — Повесть о двух городах · книга
18. «

    ... Чувства, вполне серьезные у взрослого мужчины, в мальчике кажутся нам смешными.

    ... Чувства, вполне серьезные у взрослого мужчины, в мальчике кажутся нам смешными.

    — Большие надежды · книга
19. «

    ... бывают такие книги, у которых самое лучшее — корешок и обложка.

    ... бывают такие книги, у которых самое лучшее — корешок и обложка.

    — Приключения Оливера Твиста · книга
20. «

    Бывает такое дремотное состояние между сном и бодрствованием, когда вы лежите с полузакрытыми глазами и наполовину сознаете все, что происходит вокруг, и однако вам за пять минут может привидеться больше, чем за пять ночей, хотя бы вы их и провели с плотно закрытыми глазами и ваши чувства были погружены в глубокий сон.

    Бывает такое дремотное состояние между сном и бодрствованием, когда вы лежите с полузакрытыми глазами и наполовину сознаете все, что происходит вокруг, и однако вам за пять минут может привидеться больше, чем за пять ночей, хотя бы вы их и провели с плотно закрытыми глазами и ваши чувства были погружены в глубокий сон.

    — Приключения Оливера Твиста · книга