Чарльз Перси Сноу: 26 фраз, которые разошлись на цитаты

Чарльз Перси Сноу — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 26 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Беды наших любимых часто причиняют нам самые горькие мучения.

   Беды наших любимых часто причиняют нам самые горькие мучения.

   — Наставники · книга
2. «

   Все чувства, кроме любви и дружбы ослабевают и забываются под воздействием всесильного времени, обстоятельств жизни или личных неурядиц.

   Все чувства, кроме любви и дружбы ослабевают и забываются под воздействием всесильного времени, обстоятельств жизни или личных неурядиц.

   — Наставники · книга
3. «

   Вот так, Иен, когда задумаешь убийство, позаботься о том, чтобы твоей жертвой оказался врач. Это облегчит тебе задачу — он сам покажет, куда стрелять.

   Вот так, Иен, когда задумаешь убийство, позаботься о том, чтобы твоей жертвой оказался врач. Это облегчит тебе задачу — он сам покажет, куда стрелять.

   — Финбоу · книга
4. «

   Успех в жизни зависит от двух ценных качеств. Первое — нужно знать, куда обратиться за тем, что тебе необходимо, и второе — уметь добиться, чтобы это необходимое было сделано.

   Успех в жизни зависит от двух ценных качеств. Первое — нужно знать, куда обратиться за тем, что тебе необходимо, и второе — уметь добиться, чтобы это необходимое было сделано.

   — Финбоу · книга
5. «

   Страсть читать вслух собственные сочинения представляется мне едва ли не самой отталкивающей человеческой слабостью, но беда в том, что это явление очень распространенное и противостоять ему просто рискованно. В свое время я часто становился ее жертвой. Но я всегда старался быть снисходительным слушателем. Если уж нести голову на плаху, так нести ее гордо. А поскольку мне нравится доставлять людям радость, то я не только терпеливо выслушиваю романы, стихи и письма, написанные моими друзьями, но, случается, и сам прошу их читать мне. В минуты скверного настроения, когда все мне видится в черном свете, у меня появляется мысль, что репутацию человека с тонким вкусом я заслужил отчасти благодаря этой своей черте.

   Страсть читать вслух собственные сочинения представляется мне едва ли не самой отталкивающей человеческой слабостью, но беда в том, что это явление очень распространенное и противостоять ему просто рискованно. В свое время я часто становился ее жертвой. Но я всегда старался быть снисходительным слушателем. Если уж нести голову на плаху, так нести ее гордо. А поскольку мне нравится доставлять людям радость, то я не только терпеливо выслушиваю романы, стихи и письма, написанные моими друзьями, но, случается, и сам прошу их читать мне. В минуты скверного настроения, когда все мне видится в черном свете, у меня появляется мысль, что репутацию человека с тонким вкусом я заслужил отчасти благодаря этой своей черте.

   — Иен · книга
6. «

   Иной раз человек на что-то надеется в глубине души, даже когда твердо знает, что никакой надежды у него нет.

   Иной раз человек на что-то надеется в глубине души, даже когда твердо знает, что никакой надежды у него нет.

   — Наставники · книга
7. «

   Интересно все-таки, почему это англичане становятся беспомощными, словно дети, как только столкнутся с неприкрытым, беспардонным хамством? Более того, в нашем испорченном всяким вздором представлении оно даже выглядит признаком твердости характера.

   Интересно все-таки, почему это англичане становятся беспомощными, словно дети, как только столкнутся с неприкрытым, беспардонным хамством? Более того, в нашем испорченном всяким вздором представлении оно даже выглядит признаком твердости характера.

   — Финбоу · книга
8. «

   В любом обществе, чтобы стать влиятельным человеком, надо немного отличаться от других, надо быть немного многогранней, чем другие, — но именно немного, в этом всё дело.

   В любом обществе, чтобы стать влиятельным человеком, надо немного отличаться от других, надо быть немного многогранней, чем другие, — но именно немного, в этом всё дело.

   — Наставники · книга
9. «

   Люди всегда надеются на признательность тех, кому они помогли, и далеко не сразу понимают, что признательность — очень редкое явление.

   Люди всегда надеются на признательность тех, кому они помогли, и далеко не сразу понимают, что признательность — очень редкое явление.

   — Наставники · книга
10. «

    Легкость, с которой мы воспринимаем чужие несчастья — это чудеснейший дар природы.

    Легкость, с которой мы воспринимаем чужие несчастья — это чудеснейший дар природы.

    — Финбоу · книга
11. «

    Ведь что любопытно: даже на такой исключительный случай существуют свои условности, которые диктуют, как надо вести себя после сильной эмоциональной встряски. Взгляни на них, они из кожи вон лезут потому, что им с детства вбили в голову, что, когда тревоги остались позади, принято веселиться. В то время как естественная реакция после сильного нервного напряжения должна быть совсем иной: усталое безразличие и апатия.

    Ведь что любопытно: даже на такой исключительный случай существуют свои условности, которые диктуют, как надо вести себя после сильной эмоциональной встряски. Взгляни на них, они из кожи вон лезут потому, что им с детства вбили в голову, что, когда тревоги остались позади, принято веселиться. В то время как естественная реакция после сильного нервного напряжения должна быть совсем иной: усталое безразличие и апатия.

    — Финбоу · книга
12. «

    Самое трудное, оказывается, — это осознать, что человек, которого ты любишь, не любит тебя. Просто поразительно, к каким уловкам и самообману прибегают даже самые трезвые люди. Они придумывают себе в утешение, что девушка якобы боится или не хочет признаться ему в своих чувствах. Другой способен даже признать, что нелюбим, но в глубине души сам в это не верит. Такова уж человеческая натура. Это верно даже в отношении самых трезвых реалистов...

    Самое трудное, оказывается, — это осознать, что человек, которого ты любишь, не любит тебя. Просто поразительно, к каким уловкам и самообману прибегают даже самые трезвые люди. Они придумывают себе в утешение, что девушка якобы боится или не хочет признаться ему в своих чувствах. Другой способен даже признать, что нелюбим, но в глубине души сам в это не верит. Такова уж человеческая натура. Это верно даже в отношении самых трезвых реалистов...

    — Финбоу · книга
13. «

    Память о человеке, которого мы любили, не меркнет с годами. И память об истинном друге — тоже.

    Память о человеке, которого мы любили, не меркнет с годами. И память об истинном друге — тоже.

    — Наставники · книга
14. «

    Любой человек, добившийся успеха, с раздражением смотрит на тех, кто ему помогал. С раздражением, а порой и с презрительной насмешкой.

    Любой человек, добившийся успеха, с раздражением смотрит на тех, кто ему помогал. С раздражением, а порой и с презрительной насмешкой.

    — Наставники · книга
15. «

    Глупо, конечно, но все мы рабы чужого мнения, это факт.

    Глупо, конечно, но все мы рабы чужого мнения, это факт.

    — Финбоу · книга
16. «

    Со стороны невозможно определить, кто кому подходит. Никакими общими правилами тут руководствоваться нельзя. Человек инстинктивно чувствует, с кем он должен связать свою судьбу. И всегда оказывается правым — даже если почти все считают, что он ошибся.

    Со стороны невозможно определить, кто кому подходит. Никакими общими правилами тут руководствоваться нельзя. Человек инстинктивно чувствует, с кем он должен связать свою судьбу. И всегда оказывается правым — даже если почти все считают, что он ошибся.

    — Наставники · книга
17. «

    Старые английские традиции — ничего подобного на свете не существует! Они, как правило, совсем недавнего происхождения, редко бывают истинно английскими, и что касается традиций, то о таком понятии не может быть и речи, ибо мы меняем их на каждом шагу, если нам это выгодно. Одним словом, они ужасно комичны, эти так называемые английские традиции!

    Старые английские традиции — ничего подобного на свете не существует! Они, как правило, совсем недавнего происхождения, редко бывают истинно английскими, и что касается традиций, то о таком понятии не может быть и речи, ибо мы меняем их на каждом шагу, если нам это выгодно. Одним словом, они ужасно комичны, эти так называемые английские традиции!

    — Финбоу · книга
18. «

    Таинственность напускают на себя только те, кому нечего сказать.

    Таинственность напускают на себя только те, кому нечего сказать.

    — Финбоу · книга
19. «

    Они пребывали в состоянии депрессии, которая неизменно приходит вслед за сильным эмоциональным напряжением. Вначале человек, волнуясь, ищет выхода в действии, он не в силах сидеть сложа руки и молча ждать развязки событий. Затем он доходит до такого состояния, когда страх окончательно парализует его волю, и он жаждет только одного — конца.

    Они пребывали в состоянии депрессии, которая неизменно приходит вслед за сильным эмоциональным напряжением. Вначале человек, волнуясь, ищет выхода в действии, он не в силах сидеть сложа руки и молча ждать развязки событий. Затем он доходит до такого состояния, когда страх окончательно парализует его волю, и он жаждет только одного — конца.

    — Смерть под парусом · книга
20. «

    Против смерти как таковой я ничего не могу возразить! Но какой смертью умереть — уже далеко не безразлично.

    Против смерти как таковой я ничего не могу возразить! Но какой смертью умереть — уже далеко не безразлично.

    — Финбоу · книга